Продолжаю делиться с коллегами и всеми интересующимися помощью при психологической травме в детстве и ее последствиях представлением о 12 принципах работы с травмой по версии национальной сети по проблемам детского травматического стресса США, начало здесь
В своей практике я часто слышу от родителей и от взрослых клиентов вопрос о том, почему ребенок продолжает страдать, хотя травмирующее событие осталось в прошлом. Ответ на этот вопрос дает первая и фундаментальная концепция: травматические переживания по своей природе обладают внутренней сложностью. Крайне важно понимать, что даже единичное и внешне ограниченное событие не является целостным. В психике ребенка оно дробится на множество отдельных травматических моментов.
Каждый такой момент имеет уникальную субъективную значимость. В один миг ребенок может ощущать реальную угрозу для жизни, в другой чувствовать физическое нарушение своих границ, а в третий становиться свидетелем беспомощности или страха других людей. На каждый из этих эпизодов возникает комплексная реакция, включающая не только физиологические, но также эмоциональные и когнитивные компоненты. Запускается сложный каскад изменений: резко сменяются чувства и мысли, возникают телесные реакции, а также обостряется тревога за безопасность близких.
Внутри этого процесса ребенок постоянно, хотя далеко не всегда осознанно, оценивает возможные пути спасения. Он может придумать план действия, но оказаться не в состоянии его реализовать из-за внешних обстоятельств или собственного ступора, вызванного страхом. Позже, когда непосредственная опасность минует, именно эти мысли о нереализованных поступках, собственное бездействие или, напротив, совершенные действия могут превратиться в тяжелые переживания вины, стыда, гнева или глубокого сожаления.
Интенсивность и содержание этих реакций напрямую зависят от двух ключевых факторов: предыдущего жизненного опыта ребенка и его актуального уровня развития. Один и тот же травматический момент пятилетний ребенок и подросток воспримут и переживут совершенно по разному. Кроме того, сама травма редко существует в вакууме. Последующие за ней события, как поддерживающие, так и, к сожалению, новые стрессовые, наслаиваются на первоначальную психологическую рану, создавая дополнительные уровни проблем.
Особую глубину и сложность травме придают два обстоятельства. Первое это повторяющийся или множественный травматический опыт, когда психика не успевает восстановиться, а новые удары наносятся по еще не зажившим ранам. Второе, и наиболее тяжелое, это когда источником угрозы и страха становится близкий человек, чья основная роль заключается в обеспечении безопасности и заботы. В такой ситуации разрушается сама основа детского мира, и процесс восстановления требует особенно бережного и продолжительного подхода.
Понимание этой изначальной сложности является первым и важнейшим шагом для любого специалиста или родителя. Оно позволяет избежать упрощения переживаний ребенка, не обесценивать их призывами забыть произошедшее, а разглядеть за его поведением или симптомами многоголосую и противоречивую симфонию травмы, требующую к себе уважительного и терпеливого отношения.
В следующий раз продолжим рассматривать этот интересный и комплексный взгляд на детскую травму. Следующий принцип: Травма возникает в широком контексте, который включает личностные характеристики детей, их жизненный опыт и текущие обстоятельства.
Автор: Екатерина Сорокина
Психолог, Магистр психологии
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru