Государственная программа «Доступная среда» берёт свое начало в 2011 году, после присоединения России к конвенции ООН «О правах инвалидов».
За первые пять лет выполнения программы под потребности и возможности людей с ограничениями по здоровью во всех регионах суммарно приспособлены более 18 тысяч наиболее значимых объектов инфраструктуры.
Поликлиники и аптеки, социальные и образовательные учреждения, банки, магазины, кинотеатры, концертные залы и спортивные сооружения обязали организовать пространство и предоставлять свои услуги таким образом, чтобы инвалиды могли беспрепятственно ими пользоваться.
В 2016 году в программу включили еще одно важное направление — создание реабилитационной инфраструктуры. В 2018 году программу продлили до 2025-го. Правительство России рассчитывало, что за 15 лет действия программы, на которую выделено более 700 миллиардов рублей из госбюджета, власти регионов приведут свои территории в соответствие с требованиями, установленными законом, и сделают города и села доступными или безбарьерными.
Оба термина упоминаются во многих законодательных актах и применяются к элементам окружающей среды, в которую могут свободно заходить, попадать и которую могут использовать люди с физическими, сенсорными или интеллектуальными нарушениями. Первоначально это выражение использовалось для описания зданий и компонентов, которыми могли пользоваться люди, использующие инвалидную коляску. Однако впоследствии в определение были включены стандарты, которые подходили людям с другими видами инвалидности. В широком смысле безбарьерный или доступный дизайн — это дизайн, который создает наиболее легкие и безопасные условия для наибольшего числа людей и способствует их независимому образу жизни.
Так ли это на самом деле, и насколько Салават за время реализации программы стал городом доступной и безбарьерной среды, мы попросили прокомментировать салаватца Сергея Бубнова, инвалида-колясочника.
— Я в инвалидной коляске 11 лет и за это время изучил город, что называется, на ощупь. Передвигаюсь я за счет мышц рук, каждую кочку, яму и бордюр чувствую позвоночником, — говорит Сергей Бубнов.
Мы встретились с ним на улице Пушкина, где в настоящее время идут работы по обустройству пешеходной зоны. В этот момент я подумала о том, что когда шла к этой тротуарной зоне, мне пришлось шагнуть на высокий поребрик, а как же он на коляске сюда попал?
— Вот видите, вы уже начинаете замечать. Здесь есть съезд, правда, с другой стороны. И угол наклона почти 45 градусов вместо положенных четырех. И так везде, стоит только присмотреться. Там, где здоровый человек перешагнет, перепрыгнет и обойдет по краю, человеку даже с больными суставами, не то что инвалиду-колясочнику, придется приложить неимоверные усилия. Часто вы видите на улицах Салавата людей в инвалидных колясках? Никогда. А всё потому, что они не выходят из дома. Кто-то элементарно не может преодолеть лестницу, чтобы спуститься во двор. Колясочник всегда передвигается с сопровождающим. Запрыгнуть на поребрик, чтобы переехать на другую сторону улицы, спуститься по крутому съезду и не опрокинуть коляску невозможно без посторонней помощи. Даже я не рискую перемещаться в одиночку. Хотя я физически сильный человек. Сказываются регулярные занятия в тренажерном зале дворца спорта «Нефтехимик», где созданы все условия для инвалидов. К тому же я являюсь трехкратным абсолютным чемпионом мира по пауэрлифтингу среди спортсменов с ПОДА (прим. ред.: классический жим штанги лежа в 2020, 2022 и 2024 годах), но бороться с салаватскими пандусами и подъемами на тротуары даже мне не под силу, — продолжает он.
Вот и сегодня Сергея сопровождает жена Анастасия. Пока беседуем, идем в сторону площади Ленина. Сергей Бубнов предложил нам посмотреть на новое общественное пространство его глазами. Говорит, что не всё так плохо в Салавате. Есть учреждения, которые ответственно подошли к требованиям законодательства. Отмечает, что МФЦ является одним из немногих мест, где есть и пандус, и доступный туалет, хотя и с узкой дверью. Банки, сетевые магазины тоже оборудованы пандусами, и при должной сноровке туда можно попасть.
— Я часто сталкиваюсь с некачественными пандусами, которые представляют собой просто два швеллера. По ним невозможно подняться даже взрослому мужчине, не говоря уже о детской коляске. Часто здания пытаются оборудовать правильно, но получается плохо. Пандус делают, но он оказывается нефункциональным из-за неудобной двери, открывающейся на себя, или высокого бордюра. Это делает вход практически невозможным без посторонней помощи. У здания администрации города уже сколько лет сломаны перила пандуса, — продолжает Сергей Бубнов.
Отдельная тема — отношение жителей к инвалидам вообще и колясочникам в частности. Сергей делится историями, когда сталкивался с враждебностью и хамством, что удивительно, чаще от автоледи. Именно они позволяют себе спокойно парковаться на местах для инвалидов, аргументируя тем, что ждут детей с уроков или занятий. Тот случай, когда детоцентричность нашего общества становится ширмой для черствости и наглости.
— Места для парковки инвалидов часто заняты обычными автомобилями, а сотрудники ГИБДД не реагируют на обращения. Я сам сталкивался с ситуацией, когда мне негде было припарковаться, а на мои звонки никто не приезжал. Это говорит о том, что даже при наличии знаков и правил их соблюдение не контролируется, а права инвалидов нарушаются. Я часто сталкиваюсь с тем, что люди воспринимают мои обращения как жалобы, хотя я лишь требую соблюдения законов, — говорит он.
Сергей Бубнов подчеркивает, что Салават действительно меняется в лучшую сторону, появляются общественные пространства, которые хочется посещать: набережная, аллея Батыра, парк культуры и отдыха.
— На набережной обещали восстановить гантельный ряд, но до сих пор не сделали. Тренажеры либо на ремонте, либо украдены. Несмотря на наличие охраны и видеокамер, никто не несет ответственности за сохранность оборудования. Это показывает, что даже в местах отдыха и спорта не создаются условия для полноценного использования их всеми категориями граждан. Подъемники, установленные в городе, например, у бывшего спортивного магазина, оказались нефункциональными. Они служат лишь для «правильного вида», но никогда не использовались. Администрация объяснила, что за их работу отвечает владелец помещения, а не город. Это вызвало у меня недоумение, так как владельцы часто арендуют помещения и не считают себя ответственными. После моих многочисленных жалоб администрация города всё же сделала небольшой пандус к туалету в парке, но он не соответствует проекту. Но хоть что-то. А мост через Белую? Да что там, перечислять всё недели не хватит, — махнул рукой Сергей Бубнов.
Тем временем мы подошли к площади Ленина, где был реализован самый масштабный и дорогой проект этого года — «Семь сновидений сквозь явь».
Подготовка документов и общественное обсуждение проекта начались в 2022 году. В августе 2024 года глава региона Радий Хабиров написал на своих страницах в социальных сетях, что Салават стал одним из пяти победителей очередного Всероссийского конкурса лучших проектов создания комфортной городской среды наряду с Белебеем, Нефтекамском, Учалами и Благовещенском. Проект несколько раз видоизменялся, его приводили в соответствие как с пожеланиями горожан, так и с реалиями местности. За несколько лет обсуждения пришлось отказаться от фонтана и деревьев в пользу открытого пространства. В 2025 году началась реализация проекта, которая обошлась федеральному бюджету в 174 миллиона рублей. Однако споры не утихают и по сей день.
Когда вышли на площадь, Анастасия, жена Сергея, рассказывала о том, что коляска весит около 30 килограммов, и когда они передвигаются на машине, то укладывать и вытаскивать ее из багажника приходится ей. А каково мамочкам с детьми-инвалидами? Мы остановились и вдруг поняли, что Сергея с нами нет. Он остался в том месте, где стыкуются тротуар и новая брусчатка, выложенная на площади.
— Ой, одну секунду, мне нужно подстраховать Сережу, — говорит Анастасия.
И второй раз появляется это странное чувство растерянности. Мы ведь даже не заметили, что перепад слишком высок для коляски. Перешагнули и пошли дальше.
— Классная площадь по сравнению с теми заплатками из асфальта, залитыми гудроном, тут вне сомнений. Но это самый новый проект, самый последний. Неужели нельзя было пригласить кого-то, кто помог бы сделать его комфортным для всех? Хоть общество инвалидов бы позвали, хоть меня. Смотрите, мы сейчас стоим на углу улицы Гагарина. Я планирую пересечь площадь и выехать на улицу Ленина, чтобы спокойно прогуляться до обелиска. И вот тут начинается целый квест. Пока не проедешь всю новую площадь по окружности, не узнаешь, что съезда с нее нет! Точнее, не было до моих жалоб. Потом накидали асфальт в той части, что находится напротив здания администрации города. С тем самым «салаватским углом». А как вам поребрик, отделяющий площадь от территории перед памятником? Видите, какой перепад слева и справа? А ведь можно было просто пригласить кого-то, кто передвигается на инвалидной коляске, и сделать всё как нужно, как удобно всем, — показывает Сергей Бубнов.
Мы еще долго обсуждали законы, кодексы, акты и своды правил, регулирующие и обязывающие, а также те, что утверждают ответственность. Сергей спросил, знаем ли мы, сколько инвалидов-колясочников в Салавате? Мы не знали, как и он. Говорит, что нигде не смог получить эту информацию. Ну, уж мы-то, СМИ, точно сможем! Ан нет. Ни Городская больница, ни Центр социальной поддержки населения, ни общество инвалидов данной информацией не располагают. Инвалидов не видно на улицах города, но это не значит, что их нет. Они есть, и они люди.
Фото: Алена Бизикина/ газета "Выбор"
Автор: Ольга Исакова