- А что, если я скажу, что вы можете заработать три своих месячных оклада всего за один вечер?
Мира вздрогнула и выронила тряпку. Она не слышала шагов, настолько была поглощена полировкой старинного дубового буфета. Теперь она обернулась так резко, что длинная прядь светлых волос хлестнула её по лицу.
В дверях стоял Артемий Гранин. Владелец редко появлялся в ресторане так рано и тем более не заговаривал с ней. Высокий, с прямой осанкой, в строгом чёрном костюме, он смотрел на неё внимательными янтарными глазами, чуть прищуренными, будто оценивал что-то важное.
— Простите! — Мира подняла тряпку, машинально отряхнула руки о фартук.
— Присядьте! — он указал на ближайший стул с резной спинкой. — У меня к вам деловое предложение.
Мира послушно опустилась на стул, не понимая, что происходит.
За два года работы уборщицей в этом ресторане она перекинулась с хозяином от силы десятком фраз. Все указания обычно передавал администратор. Гранин сел напротив, положил на стол руки с ухоженными, но явно рабочими ладонями. На левом запястье блеснули часы — не кричащие роскошью, но дорогие, со вкусом.
– Мне нужно, чтобы вы сыграли роль моей… – он запнулся, подбирая слово. – Состоятельной невесты.
– На один вечер? – Мира моргнула. – Вы ошиблись. Я не актриса.
– А вы представьте, что актриса, – в его голосе появились хрипловатые нотки нетерпения. – Суть в том, что послезавтра женится мой бывший друг. Я получил приглашение, и мне крайне важно произвести определённое впечатление.
– Почему именно я? – Мира невольно коснулась виска, где под волосами прятался шрам – единственное осязаемое напоминание о прошлом, которое она не помнила.
Гранин склонил голову, и пряди на его висках поймали утренний свет из высоких окон.
– Потому что у вас есть то, что нельзя подделать, – он сделал неопределённый жест рукой. – Осанка, манера двигаться. Вас выдаёт каждое движение.
– Что именно?
– Порода, – он произнёс это слово без иронии. – Вы можете мыть полы, но делаете это так, будто оказываете одолжение. Знаете, как держать спину. У вас взгляд другой.
Мира почувствовала, как к щекам приливает кровь. Она опустила глаза и увидела свои руки, покрасневшие от моющих средств, с коротко остриженными ногтями. Такими руками не держат бокалы шампанского в высшем обществе.
- Вы ничего не знаете обо мне, – произнесла она тихо, но твёрдо.
– А вы о себе? – неожиданно спросил он, и Мира вскинула голову. Попал в точку. Она действительно почти ничего не знала о себе, о той, что была до аварии.
– Три оклада за вечер и никаких дополнительных обязательств, – повторил он, вставая. – Подумайте до обеда. Я буду у себя в кабинете.
Он вышел, оставив после себя шлейф дорогого парфюма и ощущение нереальности происходящего.
Крошечная комната в общежитии встретила её привычным уютом и теснотой. Гектор, серый британский кот с медными глазами, потёрся о ноги, требуя внимания и еды. Мира механически наполнила его миску, включила чайник и опустилась на край продавленного дивана.
Сыграть невесту. Предложение Гранина не выходило из головы все восемь часов рабочего дня. Она прикинула сумму: трёх её окладов хватило бы и на первый взнос за курсы переподготовки, и на новую зимнюю куртку – старая совсем истончилась на локтях. Но дело было не только в деньгах. Предложение разбудило что-то глубоко внутри, словно кто-то потревожил озеро, покрытое ряской забвения.
Под этой ряской таилась её настоящая жизнь: отрывки снов, вспышки воспоминаний, которые приходили и исчезали, не складываясь в цельную картину. Она набрала знакомый номер.
– Таисия? Это я. Есть минутка?
Дочь Савелия, нейропсихолог, взяла её под крыло после выписки из больницы. Именно Таисия нашла ей эту комнату и эту работу три года назад, когда стало ясно, что память не вернётся сама по себе.
– Что случилось? – голос Таисии звучал обеспокоенно.
- Мне сделали странное предложение, – Мира пересказала утренний разговор, опустив сумму вознаграждения.
- И ты звонишь посоветоваться, так? – в голосе Таисии прозвучал профессиональный интерес.
- Что тебя смущает?
- Всё. Я не знаю, кто я на самом деле. Не помню правил этикета, не умею. Вести себя в обществе - Мира закусила губу. - А вдруг он прав? Вдруг я раньше была?
- Именно.
Таисия почти воскликнула.
- Ты сама подумай, твое тело явно помнит многое. Как ты держишь спину, как двигаешься, это не выучить за пару часов. Мы пробовали терапию воспоминаниями, прогулки по центру города, посещение театра, ничего не сработало. Но здесь. Полное погружение в контекст. В атмосферу твоей возможной прежней среды?
- То есть ты считаешь?
- Я считаю, что это отличная возможность.
Голос Таисии стал убедительным.
- Поверь мне как специалисту. Такие сильные стимулы иногда творят чудеса.
Мира молчала, глядя на Гектора, который умывался, сидя на подоконнике. Что если эта свадьба действительно поможет ей вспомнить, что если она узнает там кого-то?
- Хорошо, — наконец сказала она. — Я попробую.
— Вы согласны? — Гранин констатировал это как факт, едва она переступила порог его кабинета. - С условиями?
Мира выпрямила спину.
- Во-первых, аванс. Половина суммы сразу, половина после. Во-вторых, я хочу знать, зачем вам это на самом деле. И, в-третьих, никаких прикосновений без моего согласия.
Гранин неожиданно рассмеялся, открыто, с неподдельным удовольствием. Его глаза сузились, на щеках обозначились ямочки. В этот момент он выглядел значительно моложе своих лет.
- Сразу видно деловой подход. Может, вам не в уборщице надо было идти, а в юристы, он достал из ящика стола конверт. Здесь аванс. Что касается причин. Родион Велесов, мой бывший друг и компаньон, женится на дочери нефтяного магната. Я хочу, чтобы он увидел меня с красивой, статусной девушкой и подавился своим шампанским от зависти. Все просто.
Он говорил небрежно, но что-то подсказывало Мире, за этим стоит более глубокая история.
Впрочем, ей было всё равно. Главное, деньги и возможность, пусть призрачная, вспомнить что-то из прошлого.
- Завтра мы едем за платьем, - он кивнул на конверт.- За мой счёт, разумеется.
- Это слишком открыто,
Мира покачала головой, глядя на платье цвета слоновой кости с глубоким декольте.
- И слишком похоже на свадебное. Я не хочу затмевать невесту.
Консультантка модного бутика, худощавая женщина с идеальным макияжем, согласно кивнула.
- Вы правы. Было бы дурным тоном. Могу предложить.
- Что-нибудь глубокого оттенка.
Мира сама удивилась своей уверенности.
- Бордо или изумрудный? Закрытой, но с интересной спиной.
Артемий наблюдал за ней с нарастающим интересом.
- Откуда вы знаете такие тонкости? Мира пожала плечами.
- Понятия не имею. Просто чувствую, что так правильно.
Когда консультантка принесла платье цвета бордо, струящийся шелк, закрытый перед, спина оголена до поясницы, Мира ощутила странный трепет. Она коснулась ткани, и пальцы вспомнили прикосновение к такому же материалу, только.
Когда? Где? В примерочной она долго смотрела на свое отражение. Высокая стройная девушка с голубыми глазами и светлыми волосами, собранными в элегантный пучок. Как чужая. И в то же время. Что-то знакомое было в этом образе, в этой позе. Когда она вышла к Артемию, он встал, не отрывая от неё взгляда.
- Идеально, — произнёс он одними губами.
— Теперь туфли и украшения, — деловито сказала консультантка. — У нас как раз есть гарнитур, который идеально дополнит образ.
— Только не рубины, — машинально сказала Мира. — Лучше что-нибудь с сапфирами.
Она осёклась, заметив, как Артемий вскинул брови. За следующие несколько часов они посетили ювелирный магазин, где Мира безошибочно выбрала сапфировый комплект, затем спа-салон, где ей сделали маникюр и укладку.
К вечеру, стоя перед зеркалом в гримерной дорогого салона, Мира с трудом узнавала себя. Перед ней стояла светская дама с идеальной осанкой, с лёгкой улыбкой, с затаённым огнём во взгляде. Незнакомка в роскошном платье цвета бордо, с сапфирами в ушах и на шее. Но где-то на краю сознания, как рассветный луч, мелькнуло странное чувство узнавания.
Будто она уже видела себя такой, может, в другой жизни, в другом платье, перед другим зеркалом. Дежавю. Чёрный автомобиль бесшумно скользил по вечернему Петербургу. За окном проплывали золотистые фонари, отражаясь в темной глади Невы. Мира сидела, выпрямив спину, с руками, сложенными на коленях, поза, пришедшая откуда-то из глубин её существа.
Платье цвета бордо мягко струилось по фигуре, сапфиры тихо мерцали в ушах, ловя отблески городских огней. Артемий искоса наблюдал за ней. В строгом смокинге он выглядел импозантно, властный, уверенный в себе мужчина в самом расцвете сил. Мира чувствовала его взгляд, но не поворачивала головы.
- Вы! — Необычайно красивы, — произнес он, наконец, нарушая молчание.
— Спасибо! — Мира коснулась пальцами сапфировой подвески.
— Все это… Странно для меня. Будто надеваю чужую кожу.
Артемий повернулся к ней всем корпусом.
- Мне кажется, эта кожа вам очень даже подходит. Кстати, давайте перейдем на ты. Все-таки мы помолвлены по легенде.
Он усмехнулся.
- Хорошо. Артемий, - имя прозвучало непривычно интимно в пространстве салона.
- Тёма, — поправил он.
- Для друзей просто Тёма.
- А мы друзья?
Она приподняла бровь.
- Пока деловые партнёры, - он улыбнулся уголком рта.
- Но вечер длинный.
Мира отвернулась к окну, скрывая невольную улыбку. Было что-то, располагающее в этой его прямоте чуждой светской вычурности.
— Расскажи о нём, — попросила она. — О Родионе.
— Почему ты хочешь его? Задеть?
Лицо Артемия на мгновение напряглось, вокруг глаз обозначились тонкие морщинки.
- 90-е, начал он негромко. Время больших возможностей и больших потерь. Я приехал в Питер из Пскова без связей, без денег. Жил в общежитии на окраине, перебивался случайными заработками.
На овощебазе встретил Родиона. Мира слушала, не перебивая. Перед её внутренним взором возникали картины, серые склады, ящики с фруктами, два молодых парня, таскающие тяжести, мечтающие о лучшей жизни. Мы стали друзьями, - продолжал Артемий.
- Настоящими, я так думал.
Вместе арендовали первое кафе. Крошечное, на шесть столиков. Родион отвечал за финансы.
Он замолчал, и Мира физически ощутила, как в этой паузе таится боль предательства.
- Что произошло? — тихо спросила она.
— В двухтысячном он исчез. Просто не пришёл на работу. Вместе с ним исчезли все наши сбережения, мы копили на расширение. Я был. Опустошён, - голос Артемия стал тише. - Не деньги даже. Доверие. Я верил ему.
Мира невольно коснулась его руки, и он благодарно кивнул.
- Через год Родион вернулся, - Артемий невесело усмехнулся.
- С наследством от дальнего родственника. Неожиданно всплывший дядюшка, о котором он никогда не упоминал. Предложил снова стать партнерами, теперь уже открыть ресторан. Я отказался. Вот и вся история.
Мира чувствовала, он рассказал не всё. За этими словами скрывалось нечто более темное, болезненное.
- А теперь он женится на дочери нефтяного магната, - закончил Артемий.
- И ты хочешь? Поздравить его?
В вопросе Миры прозвучала ирония.
- Я хочу, чтобы он увидел, что я тоже не пропал, - просто ответил Артемий, - что предательство не сломило меня.
продолжение