Голосовое сообщение от Кати, 14:32:
Вер, ты где? Только не говори, что снова сидишь в той библиотеке на Кропоткинской. Звони, когда услышишь. У меня новости. Плохие. Очень плохие! Твой Игорь... В общем, звони.
Я сидела именно в библиотеке на Кропоткинской. В читальном зале, где пахло старыми книгами и тишиной. Телефон лежал в сумке на беззвучном.
Вышла только в шесть вечера. Увидела 15 пропущенных. Катя - 8, Игорь - 5, свекровь - 2.
Позвонила Кате.
- Наконец-то! Слушай, я не знаю, как тебе сказать...
- Говори прямо.
- Игорь сегодня приходил к нам на работу. Искал Диму. Спрашивал, сколько стоит твоя квартира, если продавать срочно.
Дима - риелтор. Мой бывший одноклассник. Работает в той же компании, что и Катя, но в соседнем отделе.
- И что Дима ответил?
- Сказал, что около восьми миллионов, если быстро. Десять, если подождать. Вера, ты в курсе, что он собирается продать твою квартиру?
Мою квартиру. Двухкомнатную. Досталась от бабушки четыре года назад. Оформлена на меня. До брака оформлена.
- Спасибо, Кать. Я разберусь.
Игорь позвонил через минуту.
- Вера, где ты? Нам надо поговорить. Срочно.
- Я еду домой. Минут сорок.
- Хорошо. Мама тоже будет. Это важно.
Мама тоже будет.
Я купила в ларьке у метро кофе. Большой, крепкий. Села на лавочку и выпила его полностью, обжигаясь. Думала о чем угодно. О защите диссертации через два месяца. О том, что надо купить корм коту. О новом сезоне сериала, который вышел вчера.
Только не о том, что меня ждет дома.
Они сидели на кухне. Игорь у окна, свекровь Людмила Петровна во главе стола. Место судьи. Мое место было пустое. Подсудимой.
- Проходи, Верочка, садись, - Людмила Петровна улыбнулась. Фальшиво. - Мы тебя заждались.
Я села. Поставила сумку на пол.
- Слушаю.
Игорь откашлялся.
- Вера, нам нужно обсудить один вопрос. Важный. Касается семьи.
- Продолжай.
- Маме нужна операция. Серьезная. На позвоночнике. В Германии. Здесь такие не делают. Или делают, но плохо. А в Германии лучшие специалисты.
- Сколько стоит?
- С перелетом, проживанием, реабилитацией... Девять миллионов.
Людмила Петровна закивала.
- Я, конечно, не хочу вас затруднять. Но врачи говорят, что откладывать нельзя. Еще полгода, и будет поздно. Я могу остаться инвалидом.
Инвалидом. Людмила Петровна ходит в фитнес три раза в неделю. Летом плавала в бассейне. На новый год танцевала на корпоративе у Игоря.
- Какой диагноз?
- Протрузия дисков, - быстро сказал Игорь. - Несколько штук. Мама уже к трем врачам ходила, все говорят одно.
- Покажите выписки.
Пауза.
- Какие выписки? - Людмила Петровна нахмурилась.
- Медицинские. Заключения врачей. Снимки МРТ. Направление на операцию в Германию.
- Зачем они тебе?
- Хочу посмотреть.
Игорь и Людмила Петровна переглянулись.
- Вера, ты не веришь, что маме нужна операция?
- Хочу увидеть документы.
- Но зачем? Ты же не врач!
- Затем, что речь о девяти миллионах.
Людмила Петровна выпрямилась.
- Верочка, милая, я понимаю, что это большие деньги. Но речь о моей жизни! О моем здоровье! Ты же не хочешь, чтобы я осталась прикованной к постели?
- Покажите документы.
- У меня их здесь нет! Они дома!
- Тогда принесете в следующий раз.
Игорь стукнул кулаком по столу.
- Вера, хватит! Какие документы?! Мама больна! Ей нужна помощь! А ты устраиваешь допрос!
- Игорь, я попросила увидеть медицинские заключения. Это нормально, когда речь о такой сумме.
- О какой сумме?! - он встал. - Верочка, тебе еще не сказали главное!
Вот оно.
- Говори.
- Денег у нас нет. Совсем. Я брал кредит на машину, помнишь? Выплачивать еще три года. У мамы пенсия. У тебя стипендия копеечная. Единственный выход...
Он замолчал. Я закончила за него:
- Продать мою квартиру.
- Да! - с облегчением выдохнул Игорь. - Продать квартиру! Вера, я знаю, это тяжело. Но мы найдем другое жилье. Снимем для начала. Потом накопим, купим снова. Главное сейчас - спасти маму!
Людмила Петровна прижала ладони к груди.
- Верочка, родная, я знаю, что это огромная жертва. Но это ради семьи! Ради матери твоего мужа! Я бы на твоем месте не раздумывала!
Я достала телефон. Открыла калькулятор.
- Значит, так. Квартира стоит восемь миллионов при быстрой продаже. Операция с реабилитацией - девять. Не хватает миллиона. Откуда остальное?
- Ну... Возьмем кредит, - Игорь пожал плечами. - Или... мама может отложить что-то из пенсии...
- Ага. Из двадцати двух тысяч.
- Вера, ну почему ты так?! Почему все усложняешь?!
- Я не усложняю. Я считаю. - Я убрала телефон. - Хорошо. Допустим, я соглашусь продать квартиру. Где мы будем жить?
- Снимем!
- На что? Твоя зарплата - шестьдесят тысяч. Аренда двушки в нормальном районе - минимум сорок. Коммуналка, еды, проезд - еще двадцать. Остается ноль. На что платить кредит, который ты возьмешь на недостающий миллион?
Тишина.
- Мы... как-нибудь... - пробормотал Игорь.
- Как-нибудь не получится. Получится, что мы останемся без жилья, в долгах, и денег на жизнь не будет. Это вы называете спасением семьи?
Людмила Петровна вскочила.
- Так вот оно что! Ты отказываешься помочь! Деньги тебе дороже жизни человека!
- Людмила Петровна, я попросила показать медицинские документы. Вы отказались. Я посчитала, что после продажи квартиры мы останемся на улице. Это факты.
- Факты! - она махнула рукой. - Какие факты?! Игорюшенька, скажи своей жене, что она бессердечная!
- Мам, погоди...
- Нет, не погожу! Я вижу, какая она! Эгоистка! Думает только о себе! О своей драгоценной квартире! А то, что я могу стать инвалидом, ей плевать!
Я встала.
- Игорь, если твоей маме действительно нужна операция, пусть принесет документы. Я готова их посмотреть. Готова помочь найти деньги другим способом. Но продавать квартиру я не буду.
- Другим способом! - заорала Людмила Петровна. - Каким еще способом?! Ты что, с неба денег ждешь?!
- Можно взять кредит под залог вашей квартиры, Людмила Петровна. У вас трехкомнатная в центре. Стоит не меньше пятнадцати миллионов.
Она побледнела.
- Мою квартиру?! Ты хочешь, чтобы я рисковала своим жильем?!
- А моим - пожалуйста?
- Так ты замужем за моим сыном! Вы семья! У вас все общее!
- Моя квартира - не общее. Она оформлена на меня до брака. И продавать ее я не собираюсь.
Игорь схватил меня за руку.
- Вера, ты серьезно? Ты правда откажешь матери в помощи?
- Я не отказываю. Я предлагаю другое решение. Если она действительно больна, есть варианты. Кредит под ее квартиру. Продажа ее квартиры. Сбор средств. Государственная программа по квотам. Но не продажа моего жилья.
Людмила Петровна заплакала. Громко, театрально.
- Игорь! Ты слышишь?! Твоя жена говорит, чтобы я продала свою квартиру! Ту, что мне твой отец оставил! Единственное, что у меня есть!
- Мам, ну успокойся...
- Не успокоюсь! Пусть она уходит! Немедленно! Я не хочу видеть человека, который готов смотреть, как я умираю!
Я взяла сумку.
- Хорошо. Я ухожу.
Игорь преградил дорогу.
- Вера, стой. Куда ты?
- Ты слышал. Твоя мать велела мне уйти. Я ухожу.
- Но... Это же ерунда! Она не в себе, расстроена!
- Может быть. Но я больше не могу здесь находиться.
- Вера, подожди! Давай обсудим спокойно!
- Обсуждать нечего. Вы хотите, чтобы я продала квартиру. Я отказываюсь. Всё.
Я вышла. Дверь не хлопнула. Я просто аккуратно закрыла ее за собой.
Переписка с Катей:
Я, 21:47:
Можно к тебе?
Катя, 21:48:
Конечно
Что случилось?
Я, 21:50:
Потом расскажу
Через полчаса буду
Катя, 21:51:
Жду
Вино покупать?
Я, 21:52:
Да
У Кати я прожила неделю. Игорь звонил каждый день. Сначала ругался. Потом просил вернуться. Потом плакал.
- Вера, мама извиняется. Она не хотела тебя обидеть. Просто переволновалась. Вернись, пожалуйста. Мы все обсудим нормально.
- Игорь, принеси документы об операции. Если они есть, я готова говорить.
Он принес через три дня. Встретились в кафе около моей работы.
Я открыла папку. Внутри - две справки из районной поликлиники. Датированы позавчера. Заключение: "Остеохондроз поясничного отдела. Рекомендовано: ЛФК, физиотерапия, массаж".
Никаких протрузий. Никакой Германии. Никаких девяти миллионов.
- Это что?
Игорь смотрел в стол.
- Врач сказал, что операция не нужна. Достаточно консервативного лечения.
- Когда он это сказал?
- Три месяца назад.
Три месяца назад. А мне предложили продать квартиру вчера.
- Значит, вся эта история с Германией - ложь?
- Не ложь... Мама действительно хотела лечь на операцию. Думала, что так надежнее. Но врачи отговорили.
- И когда вы собирались мне сказать?
Он молчал.
- Игорь, вы хотели, чтобы я продала квартиру за восем миллионов ради операции, которая не нужна?
- Вера, ну... Мама правда переживала. Ей казалось, что ей плохо. Что она инвалидом станет. А деньги... Ну, они бы не пропали! Мы бы их отложили! На будущее! На детей, на что-нибудь!
На будущее. На детей. На что-нибудь.
Я закрыла папку.
- Игорь, я подам на развод.
- Что?! Из-за этого?!
- Из-за того, что ты соврал. Из-за того, что был готов оставить меня без жилья ради мамы. Из-за того, что даже сейчас не понимаешь, что сделал не так.
- Вера, ну это же мама! Я не мог ей отказать!
- Мог. Должен был. Но не захотел.
Я встала. Он схватил меня за руку.
- Подожди! Ну давай обсудим! Вернись домой, мы все уладим!
- Домой? - я высвободила руку. - Игорь, это не мой дом. Это дом, где твоя мать решает, продавать ли мою квартиру. Где ты ей в этом помогаешь. Мне там не место.
Развод оформили через четыре месяца. Квартира осталась мне - она и была моей. Игорь пытался через суд доказать, что вложил в нее деньги на ремонт. Не смог. Все чеки были на мое имя.
Людмила Петровна вылечила спину за двадцать тысяч рублей в районной поликлинике. Массаж, физио, таблетки. Через два месяца вернулась в фитнес.
Игорь женился через год. На девушке без квартиры. Живут у Людмилы Петровны. В той самой трехкомнатной в центре.
Катя как-то встретила его в супермаркете. Говорит, выглядит уставшим. Жалуется, что мать с женой не ладят. Спросил, как я. Катя ответила, что прекрасно.
И это правда.
Я защитила диссертацию. Получила хорошую работу. Доделала ремонт в квартире. Завела собаку.
И никто больше не предлагает мне продать мой дом ради чужих фантазий.
Присоединяйтесь к нашему уютному сообществу в Telegram! Более 5000 читателей уже там — обсуждаем рассказы, делимся впечатлениями и вдохновением. Подписывайтесь и становитесь частью нашей литературной семьи.
🌺 Спасибо, что оценили мой труд, поддержите канал лайком 👍🏼 или подпиской ✍️