— Ну ты только взгляни на себя! — Алина подбежала к зеркалу в прихожей, оценивая последствия вчерашней стрижки. — Я же предупреждала, этот парикмахер — просто диверсант!
Её супруг Максим спокойно листал ленту на телефоне, развалившись на диване.
— Всё в порядке. Просто ты слишком требовательна.
— Требовательна? У меня на голове нечто среднее между птичьим гнездом и стогом сена!
— Алина, не заводись с самого утра. Кстати, мама сегодня собирается к нам.
Это прозвучало как удар. Алина застыла с расческой в руке.
— Как это собирается? Мы же договорились на следующий месяц!
— Ну, она передумала. Соскучилась.
— По тебе или по возможности указать мне на мои недостатки? — проворчала Алина, яростно дергая расческой по волосам.
Их история с Максимом началась три года назад. Познакомились в офисе, влюбились, поженились. Всё было прекрасно, пока не встал жилищный вопрос. У Алины была своя однокомнатная квартира в престижном районе — подарок от бабушки. У Максима — прописка у матери в двушке на окраине и постоянные разговоры о ипотеке.
— Давай пока поживём у тебя, — предложил он тогда. — А там видно будет.
Алина согласилась. Какие могли быть трудности? Она работала редактором в издательстве, зарабатывала неплохо, квартира была её. Максим был менеджером в торговой фирме, и его доход сильно зависел от выполнения плана.
Первый год они прожили как в сказке. Алина обожала создавать уют: ароматические свечи, мягкие пледы, свежие цветы. Максим восхищался её умением превратить обычный вечер в маленький праздник. Правда, он часто забывал оплатить счета за квартиру, но Алина не обращала на это внимания — ерунда какая.
Свекровь, Галина Степановна, постепенно входила в их жизнь. Сначала приезжала раз в полгода. Потом — каждый месяц. Затем стала заходить "мимоходом" среди недели.
— Алиночка, я была неподалёку, решила заглянуть!
И каждый раз она обязательно находила, к чему придраться.
— Ой, а почему у вас тут такой слой пыли на антресолях? — прищуривалась она, проводя пальцем по верхней полке.
— Туда же никто не заглядывает, мама, — вздыхал Максим.
— Но должно же быть чисто! А то что подумают?
— Кто подумает? — искренне удивлялась Алина. — На антресолях?
Или другая её любимая фраза:
— Милая, а почему ты не гладишь Максиму брюки? Он же в офисе работает!
— Я сам справляюсь, мама, — терпеливо говорил Максим. — Мы договорились распределить обязанности.
— Договорились! — всплёскивала руками Галина Степановна. — Мужчина должен быть окружён заботой! Иначе зачем ему женщина?
Алина в такие моменты демонстративно закрывала ноутбук и уходила в спальню работать над срочным проектом.
Но сегодняшний визит чувствовался особенным. Алина поняла это по тому, как Максим суетился с утра, вытирал пыль (впервые за много месяцев!) и даже пропылесосил ковёр.
— Ты что-то скрываешь, — прищурилась Алина.
— Я? Ничего. Просто мама давно не была, вот я и решил...
— Максим!
— Ладно, признаюсь! Она хочет серьёзно с тобой поговорить.
— О чём?
— О нашем будущем, — многозначительно произнёс муж и поспешил на кухню заварить чай.
Галина Степановна появилась ровно в двенадцать. В руках она держала огромный контейнер с запечённой курицей.
— Я приготовила! Знаю, что ты, Алиночка, не большой мастер в готовке, вот решила помочь.
Алина стиснула зубы. Она прекрасно готовила, просто не видела смысла проводить у плиты всё свободное время.
— Спасибо, Галина Степановна. Проходите, пожалуйста.
Они сели за стол. Свекровь окинула комнату оценивающим взглядом, явно выискивая недостатки.
— А у вас тут обои выцвели, я смотрю, давно не меняли?
— Мы их клеили два года назад, — спокойно ответила Алина.
— Ах, ну да. Это ещё до свадьбы. Вот видишь, Максим, пора бы уже и обновить.
— Зачем? — удивилась Алина. — Всё в прекрасном состоянии.
— Ну как же! Мужчине в доме важно чувствовать себя хозяином! А когда всё вокруг такое... женственное.
— У меня стены серого цвета, — парировала Алина.
— Ну, я же образно выражаюсь, дорогая!
Максим нервно постукивал пальцами по столу. Алина насторожилась ещё сильнее.
— Так о чём вы хотели поговорить, Галина Степановна?
Свекровь отпила чаю, аккуратно промокнула губы салфеткой и сложила руки.
— Алиночка, милая. Я тут подумала... Вы с Максимом уже три года вместе. Пора бы и о детях подумать.
— Мы над этим думаем, — осторожно ответила Алина.
— Вот и замечательно! Но понимаешь, в чём дело. Однокомнатная квартира для семьи с ребёнком — не самый удобный вариант. Малышу нужна своя комната.
— Ну, первое время можно и в однушке пожить, — пожала плечами Алина. — А там посмотрим.
— А вот тут у меня и появилась идея! — оживилась Галина Степановна. — Просто блестящая!
Алина напряглась.
— Я вас слушаю.
— Ты продаёшь свою квартиру. Максим продаёт мою двушку — я уже готова её на него переписать. На эти деньги вы покупаете просторную трёшку, и мы живём все вместе! Я буду помогать с внуком, готовить, поддерживать порядок...
Воцарилась тишина. Алина медленно поставила чашку на блюдце.
— Все вместе?
— Ну конечно! Так же удобнее! И ребёнка есть с кем оставить, и вам с Максимом — помощь.
— А кто сказал, что мне нужна помощь? — Алина почувствовала, как внутри всё закипает.
— Дорогая, не принимай близко к сердцу! Всё для вашего же блага!
— Галина Степановна, — Алина говорила неестественно спокойно, — моя квартира — это наследство. От бабушки. Я не планирую её продавать.
— Но ты же замужем! — возмутилась свекровь. — Женщине не подобает жить лучше мужа! Люди осудят!
— Какие люди? — Алина с удивлением посмотрела на неё. — Назовите хоть одного!
— Ну, все! Я своей подруге Людмиле рассказывала — она тоже считает, что это ненормально! Жена должна помогать мужу, а не кичиться своим имуществом!
— Я должна продать квартиру, чтобы чьи-то там люди не осуждали? — Алина рассмеялась. — Галина Степановна, вы это серьёзно?
— Алин, не кипятись, — вмешался Максим. — Мама здраво рассуждает.
— Ни за что! Я не хочу жить с ней в одной квартире!
— Какая ты эгоистка! — всхлипнула Галина Степановна. — Думаешь только о себе!
— Вы требуете, чтобы я продала свою квартиру, купила новую, где у меня будет лишь доля, и поселила вас там — и это я эгоистка?
— Алина, успокойся! — Максим схватил её за руку. — Мы можем всё обсудить!
— Что обсуждать? — Алина резко поднялась. — Максим, твоя мать только что предложила мне добровольно отказаться от всего, что у меня есть, чтобы обеспечить ей комфорт! И ты с этим соглашаешься!
— Я не соглашаюсь, я просто...
— Просто что? Поддерживаешь её?
Максим растерянно перевёл взгляд с матери на жену.
— Я думал, это будет честно. У мамы есть двушка, мы можем объединить активы...
— И жить втроём? — Алине показалось, что она сейчас взорвётся. — И каждый день выслушивать, что я всё делаю неправильно?
— Милая, я бы не лезла в ваши дела! — заверила Галина Степановна.
— Как же, не лезли бы! — язвительно фыркнула Алина. — Вы за пару часов визита успеваете сделать два десятка замечаний!
— Но я же желаю тебе добра! Я женщина с опытом, хочу поделиться!
— Мне не нужны ваши советы! — выкрикнула Алина. — Мне не нужна ваша помощь, ваши рекомендации и ваше общество в моём доме!
Галина Степановна ахнула и прижала ладонь к груди.
— Максим, ты слышишь, как она со мной разговаривает? Я твоя мать!
Максим тяжело вздохнул и поднялся.
— Алина, ты перешла все границы. Можно было выразиться помягче. Извинись перед мамой.
— Что? — Алина не верила своим ушам.
— Извинись. Ты ведёшь себя грубо.
— Я говорю то, что думаю!
— Ты оскорбляешь мою мать!
— Я защищаю то, что принадлежит мне!
— Вот именно — тебе! — горько усмехнулся Максим. — Не нам. Не обоим. Тебе. Ты всегда подчёркиваешь, что это твоя квартира.
— Потому что это так! Я получила её от бабушки!
— И не хочешь делить со мной, — кивнул Максим.
— А ты что сделал для этого? — вспылила Алина. — Счета забываешь оплатить! Продукты в основном я покупаю! Ремонт я делала до нашей свадьбы!
— Вот видишь, мама! — торжествующе воскликнул Максим. — Она ведёт учёт каждому рублю!
— Я не веду учёт, я констатирую факты! Твоя мать требует, чтобы я продала квартиру! В обмен на что? На счастье жить с ней вместе?
Галина Степановна громко всхлипнула.
— Я, пожалуй, пойду. Вижу, что здесь я лишняя.
Она медленно поднялась, театрально вытирая глаза. Максим бросился помогать ей с верхней одеждой.
— Мам, не принимай близко к сердцу. Она просто не в духе.
— Я абсолютно в духе! — взорвалась Алина. — Я полностью отдаю себе отчёт в происходящем! Тебя подговорили вынудить меня расстаться с квартирой!
— Ах вот как! — Максим покраснел. — Значит, я корыстный, да?
— Не знаю! Но твоя мать — точно!
— Всё, я ухожу! — Галина Степановна схватила сумочку. — Максим, ты со мной или останешься с этой... особой?
Максим замер в нерешительности. Алина холодно смотрела на него.
— Выбирай, — тихо сказала она.
— Алина, ну зачем такие крайности? Давай успокоимся и обсудим всё like adults...
— Выбирай, — повторила Алина. — Или я, или мать, которая требует, чтобы я продала своё жильё.
Максим беспомощно посмотрел на мать.
— Мам, может, действительно...
— Максим! — Галина Степановна прижала руку к груди ещё драматичнее. — Неужели ты предпочтёшь её родной матери?
И тут Алина вдруг рассмеялась. Просто рассмеялась — громко и искренне.
— Знаете что? Решайте сами. Максим, собирай свои вещи. Можешь уходить с мамой.
— Ты выставляешь меня? — опешил муж.
— Я предлагаю тебе пожить в той самой двушке, которую ты собрался продавать. Прочувствуешь на себе все прелести совместного быта с мамой. А я тем временем посоветуюсь со своими родными.
— Алина, о чём ты?
— О том, Максим, что я не намерена всю жизнь оправдываться за своё право владеть чем-то! Эту квартиру мне оставила бабушка! И я не променяю её на сомнительную перспективу жить с вами в одной квартире!
Галина Степановна открыла рот, но не нашла слов. Максим растерянно моргал.
— Итак, — Алина распахнула дверь, — решайте. У вас есть десять минут.
Через пять минут они ушли. Оба. Алина закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и медленно опустилась на пол.
Она просидела так минут двадцать, потом достала телефон и позвонила подруге Кате.
— Кать, приезжай, мне плохо, нужно выговориться...
***
Спустя неделю Максим прислал сообщение: "Мама готова извиниться. Можем встретиться?"
Алина подумала и ответила: "Пусть продаст свою двушку, купит себе однокомнатную, а на разницу в стоимости сходит к хорошему психологу".
Ответа не последовало. Но через час раздался звонок от Галины Степановны.
— Алиночка, милая, я была неправа. Прости неразумную старуху.
— Галина Степановна, вам пятьдесят лет. Рано ещё записываться в старухи.
— Ну, так что, вы помиритесь с Максимом?
— Это зависит от того, будет ли он продолжать настаивать на продаже моей квартиры.
— Но это же не по-семейному! Супруги должны...
— Галина Степановна, — устало перебила её Алина, — либо на моих условиях, либо никак.
Воцарилась пауза.
— Ладно, — наконец сдалась свекровь. — Я поговорю с Максимом.
Они помирились. Максим пообещал больше не поднимать вопрос о продаже квартиры, хотя и ходил несколько дней надутый. Галина Степановна стала бывать реже — не больше раза в месяц. И каждый раз, переступая порог, она теперь обречённо вздыхала.