Лариса сидела на кухне и смотрела, как в чашке остывает чай. Пакетик плавал на поверхности, вода стала тёмной, почти чёрной. За окном шёл снег, первый в этом декабре. Крупные хлопья медленно кружились и падали на подоконник.
В коридоре послышались шаги. Свекровь. Лариса узнала бы эту походку из тысячи — тяжёлую, уверенную. Нина Петровна вошла на кухню, закрыла за собой дверь. Села напротив.
— Нам нужно поговорить, — сказала она.
Лариса подняла глаза. Свекровь смотрела на неё спокойно, даже холодно. Руки сложены на столе, спина прямая.
— О чём? — тихо спросила Лариса.
— О ребёнке.
В животе что-то сжалось. Лариса положила руку на живот, будто защищая. Срок ещё маленький, двенадцать недель, но она уже чувствовала эту связь.
— Что о ребёнке?
Нина Петровна помолчала. Посмотрела в окно, потом снова на Ларису.
— Я знаю, что он не от моего сына.
Слова повисли в воздухе. Лариса сидела и не могла вдохнуть. В ушах зашумело.
— Что вы говорите?
— То, что есть. Не притворяйся. Я же не слепая.
— Нина Петровна, я не понимаю...
— Понимаешь. Отлично понимаешь. — Свекровь наклонилась вперёд. — Вы с Игорем уже полгода не живёте нормально. Он мне сам рассказывал. Так откуда ребёнок?
Лариса почувствовала, как по спине пробежал холодок. Руки задрожали. Она спрятала их под стол, сжала в кулаки.
— Мы с Игорем нормально живём. И ребёнок от него.
— Неправда.
— Правда!
Голос сорвался на крик. Лариса замолчала, закусила губу. Нина Петровна смотрела на неё долго, изучающе.
— Ладно, — медленно сказала свекровь. — Тогда сделаем так. Я заплачу тебе. Пятьсот тысяч. Только скажи, что ребёнок не от моего сына.
Лариса замерла.
— Что?
— Ты меня прекрасно расслышала. Пятьсот тысяч рублей. Скажешь Игорю правду, разведётесь, уедешь. А деньги тебе на новую жизнь.
— Вы... вы серьёзно?
— Абсолютно. Деньги переведу сразу, как только разведётесь.
Лариса встала. Ноги подкашивались, но она устояла. Подошла к раковине, открыла кран, подставила руки под холодную воду. Нужно было что-то делать, двигаться, чтобы не сорваться.
— Нина Петровна, ребёнок от Игоря. Я не вру.
— Тогда почему он сомневается?
Лариса обернулась.
— Игорь сомневается?
— Да. Он мне говорил. Сказал, что вы почти не спите вместе последние месяцы. А тут вдруг беременность.
— Мы спали! Просто... не так часто, как раньше. Но спали.
— Ларису, не ври. Себе дороже.
Холодная вода лилась на руки, но Лариса уже не чувствовала её. В голове был туман, мысли путались.
Это правда, что последние полгода у них с Игорем было трудно. Он работал на двух работах, приходил поздно, уставший. Она тоже работала, плюс дом, уборка, готовка. К вечеру оба валились с ног. На близость сил почти не оставалось.
Но они же пытались. Пытались сохранить то, что было. И в сентябре у них получилось. Один раз, но получилось. А потом она узнала, что беременна.
Игорь обрадовался. Обнял её, поцеловал, сказал, что это лучшая новость в его жизни. А теперь что? Он сомневается? Говорил об этом матери?
Лариса выключила воду, вытерла руки полотенцем. Повернулась к свекрови.
— Нина Петровна, я не знаю, что вам сказал Игорь. Но ребёнок от него. Клянусь.
— Клятвы ничего не стоят. — Свекровь встала, подошла ближе. — Послушай меня внимательно. Я не хочу, чтобы мой сын растил чужого ребёнка. Понимаешь? Не хочу, чтобы он тратил жизнь на ложь.
— Это не ложь!
— Тогда докажи. Сделай тест.
— Какой тест?
— На отцовство. Пока не родился ещё, есть такие анализы. Я узнавала.
Лариса отступила на шаг. Свекровь стояла близко, слишком близко. Пахло от неё духами и чем-то горьким.
— Я не буду делать никакой тест. Это оскорбительно.
— Оскорбительно? — усмехнулась Нина Петровна. — А врать мужу не оскорбительно?
— Я не вру!
— Тогда почему боишься теста?
— Потому что это унизительно! Потому что я должна доказывать, что не виновата?
— Если не виновата, то и доказывать нечего. Сделаешь тест, всё подтвердится, и вопросов не будет.
Лариса прислонилась к столу. Голова кружилась. На душе кошки скребут, хоть волком вой.
— Нина Петровна, уйдите, пожалуйста.
— Подумай над моим предложением. Пятьсот тысяч — это немало. Сможешь начать заново. Без лжи, без этого груза.
— Уйдите!
Свекровь посмотрела на неё долгим взглядом, потом медленно кивнула.
— Ладно. Но предложение остаётся. Если передумаешь — знаешь, где меня найти.
Она вышла из кухни. Лариса услышала, как хлопнула входная дверь. Осталась одна.
Села на пол, прислонилась спиной к шкафу. Слёзы навернулись на глаза, но она не плакала. Просто сидела и смотрела в одну точку.
Пятьсот тысяч. Чтобы она призналась в том, чего не было. Чтобы разрушила всё.
Но почему Игорь сомневается? Неужели он правда думает, что ребёнок не его?
Лариса достала телефон, посмотрела на экран. Два часа дня. Игорь на работе, позвонить нельзя. Да и что говорить? Спросить: «Ты думаешь, я тебе изменила?»
Она убрала телефон, закрыла глаза. Вспомнила тот сентябрьский вечер. Игорь пришёл домой пораньше, принёс цветы. Сказал, что соскучился. Они поужинали, посмотрели фильм, а потом... Потом было хорошо. Тепло. Как раньше.
И ребёнок от того вечера. Точно от него.
Но как доказать?
Лариса открыла глаза, поднялась с пола. Пошла в комнату, легла на кровать. За окном продолжал идти снег. Она смотрела, как падают хлопья, и думала.
Игорь вернулся поздно вечером. Усталый, с синяками под глазами. Разделся в прихожей, прошёл на кухню. Лариса сидела за столом с кружкой чая.
— Привет, — тихо сказал он.
— Привет.
Он открыл холодильник, достал контейнер с едой. Поставил в микроволновку, нажал кнопки. Печка загудела.
— Как день прошёл? — спросил Игорь, не оборачиваясь.
— Нормально. Твоя мама приходила.
Он замер.
— Да? И что она хотела?
— Поговорить. О ребёнке.
Микроволновка пискнула. Игорь достал контейнер, поставил на стол. Сел напротив Ларисы. Смотрел на еду, но не ел.
— И о чём вы говорили?
— Она предложила мне денег. Пятьсот тысяч. Чтобы я сказала, что ребёнок не от тебя.
Игорь поднял глаза.
— Что?
— Ты слышал. Она думает, что я тебе изменила. И сказала, что ты тоже в этом сомневаешься.
Он побледнел. Отодвинул тарелку, провёл рукой по лицу.
— Лариса, я...
— Ты правда так думаешь?
— Нет! То есть... — Он замолчал, подбирая слова. — Просто мама спросила. Сказала, что мы с тобой редко... ну, ты понимаешь. И я растерялся, не знал, что ответить.
— И ты сказал ей, что мы почти не спим вместе?
— Ну... да. Но я же не говорил, что сомневаюсь! Она сама додумала.
Лариса посмотрела на мужа. Лицо у него виноватое, глаза бегают. Руки на столе, пальцы нервно барабанят по столешнице.
— Игорь, ты веришь, что ребёнок твой?
Он молчал. Долго молчал. А потом тихо сказал:
— Я хочу верить.
— Хочешь или веришь?
— Лариса, ну пойми. Мы действительно давно не... И тут вдруг ты беременна. Это же странно немного.
— Странно? — Голос у неё дрожал. — Странно, что у нас будет ребёнок?
— Нет, не в этом дело. Просто... я не понимаю, когда это могло случиться.
— В сентябре. Ты пришёл с цветами. Мы смотрели фильм. Помнишь?
Игорь нахмурился, вспоминая.
— Тот вечер? Когда мы смотрели комедию?
— Да.
— Но... — Он замолчал. — Да, точно. Я помню.
Лариса встала, подошла к окну. Снег уже перестал, на улице было темно и тихо.
— Игорь, если ты мне не веришь, я сделаю тест. На отцовство. Только чтобы потом не было вопросов.
— Лар, не надо. Я верю.
— Нет, не веришь. Иначе не сказал бы «хочу верить».
Она обернулась, посмотрела на него.
— Я сделаю этот тест. И когда результат придёт, я хочу, чтобы ты извинился. Передо мной и перед ребёнком.
Игорь встал, подошёл к ней. Попытался обнять, но она отстранилась.
— Лариса, прости. Я не хотел...
— Поздно. Ты уже усомнился. Этого не вернуть.
— Но я люблю тебя!
— Любовь и доверие — разные вещи, Игорь.
Она вышла из кухни, прошла в комнату, закрыла дверь. Легла на кровать, укрылась одеялом. Игорь не пошёл за ней. Остался на кухне.
Лариса лежала и смотрела в потолок. Слёзы текли по щекам, но она не вытирала их. Просто лежала и думала о том, как всё изменилось за один день.
Утром она записалась на тест. Позвонила в клинику, узнала цену и сроки. Двадцать тысяч рублей, результат через две недели. Дорого, но что делать.
Игорю сказала за завтраком. Он кивнул, ничего не ответил. Ел молча, смотрел в тарелку.
— Когда результат придёт, мы поговорим, — сказала Лариса.
— Хорошо.
— И я хочу, чтобы твоя мать извинилась. За то, что предложила мне деньги.
— Я с ней поговорю.
— Не просто поговоришь. Она должна извиниться. Лично.
Игорь кивнул. Допил кофе, встал, оделся и ушёл на работу. Лариса осталась одна.
Две недели тянулись долго. Лариса ходила на работу, возвращалась домой, ужинала с Игорем. Они почти не разговаривали. Он пытался начать беседу, но она отвечала односложно. Не хотела. Не могла.
Нина Петровна больше не приходила. Игорь сказал, что поговорил с ней, что она поняла. Но извинений не было.
Результат теста пришёл в пятницу вечером. Лариса открыла конверт дрожащими руками. Прочитала. Вероятность отцовства — девяносто девять целых девять десятых процента.
Она показала результат Игорю. Он взял бумагу, прочитал, опустил глаза.
— Прости, — тихо сказал он.
Лариса ничего не ответила. Забрала бумагу, положила в шкаф.
— Лар, ну скажи что-нибудь.
— Что я должна сказать? Что я была права? Что ты не поверил мне?
— Я... я был дураком.
— Был.
Она прошла на кухню, поставила чайник. Игорь пошёл следом.
— Лариса, прости меня. Пожалуйста. Я понимаю, что был неправ.
— Понимаешь, — повторила она. — И что мне теперь с этим делать?
— Не знаю. Скажи сам.
Чайник закипел, щёлкнул выключатель. Лариса налила воду в кружку, добавила заварку. Игорь стоял рядом, смотрел на неё.
— Я сделаю всё, чтобы загладить вину. Обещаю.
— Обещаешь, — усмехнулась она. — А что обещания стоят, Игорь?
— Лар...
— Уйди, пожалуйста. Хочу побыть одна.
Он постоял ещё немного, потом вышел. Лариса осталась на кухне с кружкой чая. Села за стол, посмотрела в окно.
За окном уже темнело. Декабрь подходил к концу. Скоро Новый год, праздники, ёлка. А у неё внутри пустота.
Игорь извинился. Результат подтвердил, что она была права. Но что-то внутри сломалось. И не склеить обратно.
Она положила руку на живот. Ребёнок. Их с Игорем ребёнок. Но будет ли у него нормальная семья? Или родители, которые не доверяют друг другу?
Лариса не знала. И это пугало больше всего.
☀️
Подпишитесь, чтобы каждый день погружаться в атмосферу настоящей жизни 🌿
Мои истории — как короткое путешествие в чью-то судьбу. И, может быть, в свою собственную.
📅 Новая история каждый день, без прикрас и искусственного блеска.
Сейчас читают: