Утро пахнет кофе и дождем

Свет за окном был молочно-серым, густым. Он застилал мир мягким одеялом. Дождь только закончился, и на асфальте лежали хрупкие, готовые исчезнуть от любого дуновения лужи-зеркала.

Матвей проснулся не от будильника, а от тишины, нарушаемой лишь ровным дыханием Алины. Она спала, свернувшись калачиком, забрав себе половину его подушки. Её тёмные волосы растрепались по белой наволочке, а ресницы отбрасывали крошечные тени на щёки.

Он не стал двигаться, боясь спугнуть эту хрупкую, совершенную картину. Вместо этого он просто смотрел. Смотрел, как поднимается и опускается её грудь, как губы шевельнулись, словно произнося слово во сне. Он знал каждую её родинку, каждую веснушку, но в этот раз всё казалось новым, как в первый день.

Осторожно, чтобы не разбудить, он приподнялся на локте и поцеловал её в плечо, в ту маленькую ямочку у ключицы, которую считал своим секретным местом. Алина вздохнула глубже, но не проснулась.

Он поднялся с кровати босиком. Прохладный паркет заставил его вздрогнуть. На кухне он молча принялся варить кофе. Кофемолка работала слишком громко, и он боялся, что этот звук разбудит её даже сквозь закрытую дверь, но из комнаты доносилось лишь тихое, ровное дыхание.

Когда кофе закапал в турку, наполняя воздух терпким, тёплым ароматом, он почувствовал её приближение. Не шаги, а просто изменение атмосферы. Обернулся.

Алина стояла в дверях, в его старой футболке, вся помятая и беззащитная. Глаза были сонные, но в них уже светилась улыбка.

— Пахнет божественно, — прошептала она хриплым от сна голосом.

Матвей улыбнулся. Она подошла и прильнула к нему, спрятав лицо в его груди. Он обнял её, чувствуя, как её маленькая, тёплая стопа прижалась к его холодной ноге, согревая ее.

Они пили кофе у окна, молча, глядя, как последние капли дождя стекают по стеклу, оставляя за собой серебряные следы. Он обвил её рукой за талию, и она положила голову ему на плечо. Её пальцы бессознательно переплелись с его пальцами.

Они не говорили о любви. Не нужно было. Она была в каждом глотке горького кофе, в тепле его футболки на ней, в ритме их дыхания, слившегося воедино. Она была в этом сером, ничем не примечательном утре, которое они превратили в маленькое таинство.

И когда первая полоска солнечного света прорвалась сквозь тучи и упала на их сплетённые руки, Матвей понял, что счастье — это не место и не событие. Это человек. И этот человек сейчас был здесь, вся его вселенная помещалась в объятиях, пахнущая кофе, дождём и утром.