Начало тут
Успешно написав тесты и пройдя медицинскую комиссию, я поступил на службу в качестве стажера. Это что-то вроде испытательного срока. Тебе назначают наставника из числа наиболее опытных сотрудников, и ты несешь с ним службу. Моим наставником оказался командир отделения, прапорщик Жеребцов. Как и всякий прапорщик, Жеребцов был пьющий, ленивый и усатый.
Служба начинается с развода. Все заступающие собираются в учебном классе, где доводится оперативная обстановка и ставятся задачи. Самым неприятным на этом мероприятии был момент, когда приезжал какой-нибудь начальник и начинал спрашивать устав или другие документы, регламентирующие действия сотрудника. Ну, как пример: в каких случаях милиционер вправе шандарахнуть гражданину по горбу резиновой дубинкой, надеть наручники или натравить на него служебную собаку. Таким вот любителем устраивать экзамены был майор Плюхин, — толстенький, с кругленькими, как у поросенка, глазками и вечно блестящим от пота лбом.Каждый раз, заступая на службу, я представлял, как поймаю матерого рецидивиста, может, даже будет перестрелка, и я буду немного ранен. Как сам генерал пристегнет мне на китель сверкающую медаль и все мне будут завидовать. Но пока я только и делал, что нарезал с Жеребцовым бесконечные круги, пугая местных алкоголиков. Иногда мы сворачивали в гаражи, где он по-отечески стыдил не удержавшихся после пива граждан, а потом сам делал то же самое.Щурясь Жеребцов расспрашивал меня, кто я да что я, почему в милиционеры пошел. Может, у меня родственник-начальник какой.
—Да нет, — отвечал я, — какой там: грузчики да сварщики. Хотя нет, один дядька — ветеринар.
—Ну понятно, — перебил меня наставник, — слушай, что-то приперло, подожди меня, я быстро.
И исчез под вывеской«Закусочная».
Буквально через полчаса он снова пожаловался на мочевой пузырь и снова забежал в те же двери.
Я обратил внимание,что при каждом опустошении мочевого пузыря Жеребцов краснел, растекаясь в улыбке, и меня стали одолевать сомнения, затем ли он на самом деле туда ходит. На очередном круге он снова завел песню про отмороженные за годы службы придатки. Намекая, что ему опять нужно отлучиться. Я закурил, показывая, что он может идти, а сам дождавшись как он войдет выбросил сигарету и пошел следом.
Зал был пустой. Наставничек мой стоял у прилавка и болтал с официанткой. Когда я подошел, она наливала в его стакан водку. Увидев меня, он смутился, но виду не подал. Сказал барменше, что я с ним, и дальше что-то рассказывал, делая вид, что не имеет к стоящему перед ним стакану никакого отношения.
Но я видел,с какой тоской поглядывал он на запотевшую стопку. Он места себе не находил и наконец сдался.
—Выпьешь? — выпалил он, кивнув на стакан.
—Не, — отрицательно помотал я головой.
—А я выпью, — и он отточенным движением запрокинул свою стопку.
—А что так? — спросил он, закусывая бутербродом, — Мама не разрешает?
—Я на работе не пью, — ответил я, сдерживая смех.
Он заулыбался, дожевал и почти смеясь ответил: — Я тоже.
И тут заговорила рация.
Дежурный:«Рампа 8, ответь директору».
«На связи»,— ответил Жеребцов.
Дежурный: «Срочно проследуйте в Чемоданово, там в районе пустыря собаки на человека напали».
То, что мы приняли и следуем по указанному вызову, Жеребцов отвечал уже на бегу.
Тут надо заметить, что край нашего района упирался в частный сектор. Когда-то здесь была большая деревня, а теперь в дюжине домов проживали в основном пенсионеры. К счастью, мы были рядом и поэтому довольно быстро добежали до нужного места. Выскочив из деревьев, мы увидели страшную картину. Человек лежал в высокой траве, отбиваясь от стаи собак, которые носились по кругу и нападали с разных сторон. Стрелять было опасно, можно было и человека задеть, поэтому Жеребцов пальнул в воздух. Псы с визгом разбежались, а мы подскочили к раненому.
От увиденного мы обалдели. В траве лежал не человек, а козел. Задние ноги у него были прокусаны, и он не мог на них подняться. От испуга он продолжал бодаться, тяжело дыша и высунув язык.
Козла мне тоже было жалко,но увидев, что это не человек, а животное, я испытал сильнейшее облегчение. Немного отдышавшись, Жеребцов вызвал дежурного.
Жеребцов:«Директор, рампе 8».
Дежурный:«На связи директор».
Жеребцов:«Пострадавший — козел».
Вот, что по-вашему, должен был подумать дежурный?
Дежурный:«Не понял, повтори».
Жеребцов:«Ноги ему покусали, встать не может».
Директор:«Кому?»
Жеребцов:«Козлу».
Рация замолчала.Дежурный швырнул ручку и, посмотрев на обалдевшего от происходящего помощника, сказал:
—У него что, там белка?
Помощник пожал плечами - говорит козел.
Дежурный:«Рампа 8, директору».
Жеребцов:«На связи, рампа 8».
Дежурный:«Опиши пострадавшего».
Жеребцов:«Козел, килограмм 70, борода, цвет белый…»
Дежурный:«Ты что, обалдел там совсем? Какой козел?»
Жеребцов:«Обычный! Какой.. Ты что, козлов никогда не видел!»
Дежурный закипел.
Дежурный:«Каких, бл…ть, козлов?»
Жеребцов:«Белых с рогами».
Дежурный:(сплошной мат).
Жеребцов:«Как тебе еще объяснить, что это не человек, это козел, козлик, понимаешь. У кого-то из деревенских убежал, судя по всему..»
Дежурный:«Как в зоопарке?»
Жеребцов:«Совершенно верно».
Дежурный:«Так бы сразу и сказал».
Жеребцов:«Я тебе так и сказал».
Дежурный:«Сказал он…»
Пока мы переговаривались, прибежала запыхавшаяся бабуля. Увидев хозяйку, Борька поднялся и радостно забекал.
Бабуля горячо нас поблагодарила, пожелала здоровья и всучила бутылку домашнего самогона. Не медаль, конечно, от генерала… но все же. Нет пока такой медали «За спасение козла».