История возникновения монастыря
Сретенский монастырь сегодня – это восстановленные и построенные заново замечательные храмы и колокольня, монастырская стена, удобные корпуса для братии, духовная семинария, православное издательство и интернет-портал, многочисленные просветительские проекты, большое скитское хозяйство.
По преданию, в 1395 году с юга к Москве подошли полчища Тимура (Тамерлана), непобедимого и жестокого завоевателя, захватившего всю Малую Азию, Кавказ, Иран, Анатолию, Хорезм, Индию. Сил преодолеть такое нашествие у Москвы не было.
Предстоятель Русской Церкви митрополит Киприан и великий князь Василий I, старший сын Дмитрия Донского, повелели перенести из города Владимира-на-Клязьме величайшую святыню – Владимирскую икону Божией Матери.
8 сентября (26 августа старого стиля) крестный ход с иконой прибыл в Москву, где на Кучковом поле у деревянного храма преподобной Марии Египетской (1385) был отслужен молебен. Летопись сообщает: «Весь град изыде противу иконы на сретение ее». Москвичи – от мала до велика – плакали и просили Пресвятую Богородицу о помощи.
Той же ночью Тамерлан увидел во сне, как с небес на землю опустился столп света, в нем появилась величественная женщина, окруженная бесчисленным ангельским войском, и повелела ему покинуть Московские пределы.
Советники объяснили хану: сия жена – мать христианского бога, заступница русских, и сила ее неодолима. Тамерлан был настолько поражен видением, что развернул войска на юг и обрушился на хана Золотой Орды Тохтамыша, которому Москва платила дань.
Так Золотая Орда перестала существовать как единое государство, что для Руси стало важнейшим моментом в освобождении от ига.
В этом же году на месте чудесной встречи была построена деревянная церковь Сретения, а в 1397 году князь Василий I объявил о создании Сретенского мужского монастыря, в состав которого вошла также приходская церковь преподобной Марии Египетской.
Чудотворную Владимирскую икону Божией Матери поместили в Успенском соборе Кремля, и каждый год на праздник Сретения переносили ее торжественным и многолюдным крестным ходом в Сретенский монастырь.
Постепенно обитель росла и украшалась, являлась ежегодным центром главных московских крестных ходов. При великом князе Иоанне III деревянные храмы были перестроены в камне. Щедрые пожертвования внес в монастырскую казну Иоанн IV, который посетил обитель после успешного взятия Казани.
В течение шести веков обитель делила с соотечественниками все радости и беды. В годы русско-польской войны в Сретенском монастыре располагался штаб русских ополченцев Кузьмы Минина и князя Дмитрия Пожарского. В обители оказывали первую помощь князю после тяжелого ранения в бою.
В 1679 году был построен собор в честь Сретения Владимирской иконы – и сегодня он главный собор обители.
В XVII веке царская семья Романовых вносила в Сретенский монастырь щедрые вклады. При царях Михаиле и Феодоре Романовых были возведены келейный и настоятельский корпуса (настоятельский корпус снесен при возведении собора новомучеников и исповедников церкви русской на крови).
Нынешний каменный собор в честь Сретения Владимирской иконы Божией Матери был построен в 1679 г. на средства царя Феодора Алексеевича в период расцвета каменного строительства в Москве. Он был возведен на месте древнего деревянного храма, стоявшего здесь с 1397 г. Собор имеет пять глав: его центральная глава символизирует главу церкви – Христа, а боковые – четырех евангелистов, проповедующих благую весть четырем сторонам света. Царское попечение коснулось и внутреннего убранства храма. Через год после возведения собора, в 1680 г., государь Феодор Алексеевич вместе с царицей Агафьей Семеновной поставили в его иконостас образы святых покровителей царской семьи: на одинаковом удалении от царских врат были расположены иконы святого воина Феодора Стратилата и святой мученицы Агафии.
Вскоре после возведения нового собора к нему с севера, юга и запада пристроили арочные крыльца, а в 1706 г. – южный придел в честь Рождества Иоанна Предтечи. В те же годы западное крыльцо храма превратили в паперть.
Нынешний собор в основном сохранил свой первоначальный вид: последующие перестройки и ремонты мало изменили его. Внутри находятся уникальные фрески 1707 г., выполненные мастерами костромской школы по заказу стольника, полковника московских стрельцов Семена Федоровича Грибоедова, предка по линии матери известного драматурга, автора «Горя от ума».
В конце 1925 г. Сретенский монастырь был закрыт. Древний собор превратили в общежитие офицеров НКВД. Для этого церковь разделили на несколько этажей, построив деревянные перекрытия. Здесь установили печи, и необходимый температурный режим, конечно, не соблюдался. Срывая кресты, повредили обшивку купола, что привело к протечкам. Сильно пострадали уникальные фрески, но они сохранились благодаря тому, что стены собора были окрашены и оклеены обоями.
Затем в соборе последовательно располагались общежитие, гараж и реставрационные мастерские. С 1960-х до начала 1990-х г.г. здесь находился отдел реставрации скульптуры Всесоюзного художественного научно-реставрационного центра имени И.Э. Грабаря. Для посетителей вход в собор был закрыт.
В 1958–1962 г.г. фасад собора отреставрировали, но состояние фресок оставалось плачевным. К 1990 г. на храме и приделе восстановили позолоченные узорные кованые кресты.
В 1991 г. собор Владимирской иконы Божией Матери был возвращен церкви и действовал как приходской храм. В 1993 г. здесь было открыто подворье Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, преобразованное в 1995 г. в Сретенский ставропигиальный мужской монастырь.
После возрождения обители в соборе аккуратно сняли краску со стен, очистили и отреставрировали уникальные фрески, и сейчас посетители храма могут любоваться их красотой. В 2000 г. к собору пристроили северный придел преподобной Марии Египетской, в память об одноименном храме, уничтоженном в 1930 году вслед за Никольским храмом.
В 2008 г. году к Сретенскому собору была пристроена галерея со звонницей.
Утраченные храмы монастыря. Церковь преподобной Марии Египетской
В XIV веке на Руси возводятся первые храмы, посвященные преподобной Марии. Одна из первых церквей была поставлена на Кучковом поле еще до встречи Владимирской иконы Богоматери. В научных кругах называется датой ее основания 1358 год. Русский историк, этнограф и фольклорист, профессор Московского университета и исследователь древнерусской культуры И.С. Снегирев пишет, что в 1378 году был возведен деревянный храм в память казни на Кучковом поле Ивана Васильевича Вельяминова, а с 1385 года храм стал каменный.
Храм святой Марии Египетской перестраивали в XVI веке, о чем свидетельствует датировка большемерных кирпичей, исследованных при его разборке в 1930 году. До первой половины XVIII века церковь Марии имела сложный статус. До 1723 года священники этой церкви вели отдельное самостоятельное хозяйство, церковь святой Марии Египетской имела своих прихожан и как приходская платила «по окладу дани» независимо от Сретенского монастыря.
Церковь святой Марии срочно привели в порядок в конце 1640-х годов. Причиной тому послужила царская свадьба 16 января 1648 года Алексея Михайловича и Марии Ильиничны Милославской. Тезоименитной святой Марии Ильиничны была преподобная Мария Египетская, а единственным храмом преподобной в Москве в XVII веке была церковь на Сретенке. С 1648 года празднование 1 апреля в честь святой Марии в Сретенском монастыре приобретает характер государственного праздника, на который съезжаются бояре, митрополиты, приходит торжественным выходом из Кремля патриарх. В 1668 году патриарх Иоасаф II поздравлял царицу в Сретенской обители.
В 1651–1652 годах Алексей Михайлович и Мария Ильинична вложили в Сретенскую обитель икону «Святые Алексий, человек Божий, и Мария Египетская» для местного ряда иконостаса собора. С царицей Марией Ильиничной связан также так называемый Мариинский колокол, изготовленный для церкви преподобной Марии Египетской в 1668 году. Торжественное почитание святой Марии Египетской в Сретенском монастыре как покровительницы царского рода Романовых-Милославских продолжалось и после смерти Марии.
Церковь святой Марии Египетской пострадала от французов в 1812 году: «По разорению неприятелем и за ветхостию иконостас не исправен. Утвари в оной церкви никакой не имеется. Также и придел Сретения Господня». Перед вступлением французской армии в Москву архиепископ Московский и Коломенский Августин дал указание игуменам монастырей вывезти из Москвы церковные святыни и ценности, чтобы спасти их от разграбления. Игумен Сретенской обители собрал драгоценную утварь и вывез ее в Суздаль.
После 1816 года был сооружен новый иконостас, однако богослужение из-за ветхости храма опять было прекращено в 1832 году и больше уже не возобновлялось.
После празднования в 1862 году 1000-летия России повсеместно возникает интерес к отечественным памятникам церковной истории. В Сретенской обители объектом пристального внимания становится древний храм преподобной Марии Египетской, с 1832 года пребывавший в аварийном состоянии. 31 марта 1880 года и 17 июня 1880 года архимандрит Виктор подает в Московскую духовную консисторию донесения о необходимости исследования и возобновления в первозданном виде каменного храма святой Марии Египетской.
17 марта 1887 года последовало решение Синода: «Принимая во внимание, что церковь во имя святой Марии Египетской в московском Сретенском монастыре, по отзыву Московского археологического общества, представляет такой памятник древности, который необходимо сохранить во всей полноте и во всех подробностях, согласно представлению его высокопреосвященства разрешить связать означенную церковь в несколько рядов железными обручами», что и было исполнено.
Возрождение Сретенского монастыря возобновило и почитание святой Марии Египетской в обители.
Знал монастырь и времена упадка: он пострадал во время Великого пожара 1737 года, а в 1764 году Екатерина II объявила обитель заштатной и ограничила количество братии до семи человек.
В день Бородинской битвы, 26 августа 1812 года, в праздник Сретения Владимирской иконы Божией Матери, из Сретенского монастыря отправился всенародный крестный ход с чудотворными иконами. Позднее в обители разместился госпиталь для раненых воинов, многие из них были похоронены на монастырском кладбище. Французы разграбили два древних храма монастыря, а потом жили в них и там же устроили лазарет. Но богослужение не прерывалось и совершалось в надвратном храме святителя Николая Чудотворца.
В XIX столетии монастырь начал возрождаться и к концу века стал одним из самых известных в Москве, в том числе благодаря своим чудесным колокольным звонам.
После революции 1917 года Сретенский монастырь был одним из главных центров Православия в Москве. Перед закрытием монастыря, в декабре 1925 года, здесь был пострижен Сергей Извеков – будущий Патриарх Московский и всея Руси Пимен.
Монастырь, имевший за плечами историю длиной в пять с половиной столетий, в 1925 году прекратил свое существование. Большинство зданий обители разрушили – как говорилось в официальных документах: «для расширения уличного движения». Снесли один из древнейших в Москве храмов – церковь преподобной Марии Египетской. На месте монастырского кладбища в 1950-е годы построили школу.
От обители остался только древний Владимирский собор, который превратили в общежитие офицеров НКВД.
Митрополит Псковский и Порховский Тихон (Шевкунов) вспоминает: «Осенью 1993 года я приехал к отцу Иоанну (Крестьянкину). Мы засиделись тогда довольно долго. Вдруг взял меня за руку, и обратившись ко мне, произнес:
- Ты вернешься в Москву и сразу пойдешь к патриарху. Проси у него, чтобы он благословил тебя перейти из Донского в братию Псково-Печерского монастыря. Проси, чтобы он благословил создание подворья Псково-Печерского монастыря в Москве, и ты будешь строить это подворье. Мне вскоре представился удобный случай встретиться с патриархом. К моему удивлению, Святейший неожиданно нашел мысль о Псково-Печерском подворье очень своевременной и правильной».
В тот момент у монастыря не было ничего, даже забора, который бы огораживал храм от проезжей части Большой Лубянской улицы.
Патриарх Алексий II благословил Тихона отслужить здесь первую службу в канун праздника Сретения. Но на двери храма висел огромный замок. Тихон принял решение служить всенощную под открытым небом прямо у закрытых дверей храма.
Архитектор-реставратор Алексей Котов свидетельствует: «В целом территория монастыря на тот момент выглядела просто ужасно: в сохранившихся постройках на его исторической территории жили люди, причем квартиры зачастую топились буржуйками – и это в 1994 году! В полуразрушенных домах, в которые и войти-то было страшно, располагалось множество мелких организаций; часть помещений была совершенно обрушена и просто никак не использовалась – из-за аварийного их состояния. На монастырской территории была построена и действовала школа».
Николаевна Шабалина, архитектор, рассказывает: «Это была необычайная радость. За два с половиной месяца, которые прошли с момента нашего входа в монастырь, мы уже многое успели сделать. Помогал готовиться к первой Пасхе Псково-Печерский монастырь. К Пасхе мы сами повесили колокол. На службу пришло очень много прихожан. Но все мы поместились в храме, поэтому и куличи святили прямо в соборе. А вот разговлялись на улице. Для прихожан в наших скромных восьмиметровых комнатках мы наготовили салатов и спускали еду вниз. Всех угощали какао. Теперь на Пасху мы раздаем готовые наборы. А какао стало традицией! И вот у нас в результате многолетних трудов получились огромная площадь и новый огромный храм. Я хожу и каждый раз думаю: откуда взялась такая огромная площадь? Возможно ли было все это себе представить в 1993 году, в тот снежный вечер под Сретение, когда в сугробах служили всенощную? Можно ли было себе тогда представить эту прекрасную семинарию, этот чудесный огромный храм, этот цветущий сад и все прочее, чем является сейчас наш любимый Сретенский монастырь?».
Через год после нашей первой Пасхи, в 1995 году, подворье было преобразовано в Сретенский ставропигиальный мужской монастырь.
Архитектор-реставратор Алексей Котов: «8 сентября 1995 года должно было торжественно отмечаться 600-летие перенесения Владимирской иконы Божией Матери из Владимира в Москву. Но в соборе не было иконостаса, а стены и полы находились в удручающем состоянии, фрески закопченные и облупленные. К 1 августа нам собрали леса, и работы закипели. Рабочих для установки иконостаса не было, нам выделили одного опытного мастера, плотника; его звали Владимир. А так собирать свое детище нам приходилось самим. Несколько дней перед праздником Владимирской иконы Божией Матери мы буквально дневали и ночевали в монастыре. В середине дня 7 сентября намеченный основной объем работ по иконостасу был закончен – на то время это был один из самых крупных новых иконостасов.».
Олеся Николаева, известная поэтесса, прозаик, эссеист, профессор Литературного института имени Горького, свидетельствует: «В жизни Сретенского монастыря за прошедшие годы происходило много событий. Когда мне приходилось слышать о том, что собираются совершить в монастыре, меня охватывало сомнение и планы казались мне невыполнимой мечтательностью, благостным прекраснодушием. И каждый раз я была посрамлена, ибо они исполнялись с преизбытком, с превышением задуманного. Теперь, когда какое-то дело, которое я должна осуществить, представляется мне неподъемным, а то и вовсе невозможным, вспоминаю как невозможность становилась возможным. Ныне даже издательство Сретенского монастыря – крупнейшее в православном мире».
Решение о строительстве собора Новомучеников и исповедников церкви русской было принято на заседании Попечительского совета 3 марта 2011 г. В декабре 2012 г. был проведен открытый конкурс на проект нового храма. Среди требований к проектам значилось «отображение традиционной для русской церковной архитектуры идеи Дома Божия, а также подвига и торжества духовной победы новомучеников».
Предшествовали строительству, как и положено, визуально-ландшафтный анализ, историко-культурное и археологическое исследования. Строительство собора и реконструкция территории монастыря начались в начале 2014 г. и заняли 866 рабочих дней. Для того чтобы ускорить темпы работ, храм начали расписывать внутри еще в процессе строительства. В его строительстве применены самые современные технологии. Для обеспечения микроклимата оборудована система вентиляции и кондиционирования воздуха. Управление светом, отоплением, системами аудио- и видеотрансляции обеспечивается с помощью цифрового оборудования.
Высота храма – 61 м, и он имеет несколько этажей. В притворе находятся два бесшумных лифта для пожилых людей, имеется отдельный лифт для инвалидов-колясочников. У входа – небольшая шатровая колокольня с одним колоколом. Основным отделочным материалом был выбран белый владимирский известняк, из которого издавна возводили белокаменные соборы на Руси, в первую очередь во Владимире и Суздале, чтобы продолжить традиции русского зодчества. Хотя в архитектуре храма есть элементы и русского, и византийского стиля. Храм поражает своим великолепием, светом, легкостью и объемом.
Верхний храм возведен в честь Воскресения Христова и Новомучеников и исповедников Церкви Русской, а нижний посвящен святому Иоанну Предтече и Двенадцати апостолам.
Слева от алтаря расположена кафедра. В древних храмах именно с кафедры читалось Евангелие и Апостол. Сейчас в русских храмах кафедры практически не встретишь. А вот в византийских, греческих храмах они встречаются достаточно часто. Великолепный гранитный пол выложил православный итальянский мастер, а в алтаре подобный пол выкладывали русские мастера. Специально для храма было написано 47 икон, большая часть которых – в русско-византийских традициях. Общая площадь фресок храма – более 6 тысяч кв. метров. Росписи были выполнены командой из 30 художников-монументалистов под руководством Михаила Леонтьева и Дарьи Шабалиной.
В новом храме может поместиться до 2000 человек. Но это еще не все. Паперть храма тоже может использоваться для богослужений. На ней устанавливают Престол и жертвенник. Священники служат на паперти, а люди стоят вокруг, и тогда вся площадь превращается в огромный летний храм под открытым небом, где могут поместиться и отчетливо слышать пение знаменитого Сретенского хора до 5000 человек.
Золотые купола нового храма Воскресения Христова и Новомучеников и Исповедников Церкви Русской хорошо видны с разных точек Москвы. Он стал украшением старой части столицы.
Скит Сретенского монастыря в Красном селе
Село Красное по письменным источникам известно с XVII века. Согласно писцовым книгам 1629 года, село значилось за «Ондреем Дмитриевым, сыном Есипова». Здесь была построена деревянная церковь во имя святителя Николая Чудотворца. В писцовых книгах перечисляются «поп Гарасим, поп Понкратей Тимофеев да брат ево дьячек Васка Иванов» и в церкви «образы и ризы, и книги, и колокола». По записям 1676 года, в приходе церкви Николая Чудотворца в селе Красном состояли два двора боярских и 45 крестьянских.
В середине XVIII века владельцем усадьбы Красное был унтер-лейтенант флота Федор Иванович Головин. В 1772 году усадьбу унаследовал его племянник Иван Сергеевич Головин, а после него владельцем стал полковник Федор Иванович Боборыкин. Он занимался винными поставками в казну, и Красное стало частью его хозяйственного комплекса с винокуренным заводом.
Александр Петрович Ермолов Следующим хозяином усадьбы стал Александр Петрович Ермолов (1754–1835), сын небогатого помещика поручика Петра Леонтьевича Ермолова. Путешествуя по Волге в 1767 году, Екатерина II Великая остановилась на отдых в усадьбе Петра Леонтьевича в селе Черновском. Его 13-летний сын Александр понравился императрице своей смекалкой и расторопностью, и Екатерина II решила отблагодарить хозяина усадьбы за гостеприимство, устроив судьбу мальчика. Она тут же назначила Александра капралом Конной гвардии и взяла его с собой в Петербург. Через 18 лет уже взрослый офицер Александр Петрович Ермолов снова попался на глаза Екатерине II во время одного из военных парадов и на короткое время (немногим больше года) стал близок к императрице, пользуясь ее особым расположением.
По воспоминаниям современников, Ермолов был умен, скромен, вежлив, не падок на подарки и интриги. В искреннем желании делать добро и противодействовать своим влиянием злу он всегда помогал тем, кто обращался к нему со справедливыми просьбами, и докладывал императрице, только разобравшись в вопросе. Александр Петрович покровительствовал поэту Державину, заслужил похвалы от многих, но нажил себе еще больше сильных врагов. Стремление Ермолова к справедливости нередко сталкивало его со светлейшим князем Григорием Александровичем Потемкиным, фаворитом и ближайшим другом императрицы.
После одного из конфликтов Ермолова с Потемкиным императрица поначалу рассердилась на своего фаворита, но затем сам Ермолов впал в немилость. Тем не менее Екатерина II оценила его заслуги перед двором: отставку Александр Петрович получил в чине генерал-поручика. Императрица также предоставила ему пятилетний отпуск, 4000 крепостных крестьян и богатое жалование. Александр Петрович уехал из столицы, а в 1790 году женился на богатой княжне Елизавете Михайловне Голицыной (1768–1833), дочери князя М.М. Голицына.
По «Описанию дач Михайловского уезда», в середине XVIII века в двух местных прудах водилось множество карасей, употребляемых для господского стола, а крестьяне довольствовались пескарями и гольцами из местных речек: Козловки и Барановки, Громки, Студенки и Прони.
Согласно писцовым книгам, питьевая вода была в речках «людям здорова», а в прудах «способнее для скота». Из зверья здесь жили волки, лисы и белки, вокруг летало множество птиц: соловьи, дрозды, скворцы, щеглы, чижи. Обитали здесь птицы и побольше размером: вороны, сороки, галки. Из посеянного хлеба хороший урожай давали рожь, овес и греча.
В более поздней приходной книге 1843 года упоминается о таком источнике господского дохода, как продажа редиса «из ранжереи», «из парников огурцов» и «из саду разных фруктов».
В 1793 году Ермолов выкупил за 85 тысяч рублей для своей семьи усадьбу Красное у сыновей Боборыкина. В покупку входили земли и пашни, лес и сенные покосы, пруды и мельница на речке Проне, старый господский дом с мебелью, 47 крестьянских дворов, «526 душ» крестьян и дворовых людей.
Ермолов затеял обширную перестройку усадьбы. Постепенно в Красном был возведен усадебный комплекс, в который вошли: пейзажный английский парк с каскадом из четырех прудов и плотинами, господский дом, строгая каменная церковь в классическом стиле в честь Казанской иконы Пресвятой Богородицы и две круглые в плане постройки – конный двор с небольшим манежем и скотный двор.
По задумке устроителей пейзажная планировка должна была воссоздать естественную красоту природы: без вмешательства садовников деревья разрастались в тенистые аллеи, а естественные пруды заменяли фонтаны.
В планировке усадьбы был мастерски использован рельеф местности: здания возводили на разных уровнях. Центром усадьбы стал господский дом с мезонином, выстроенный на возвышении. Низкий цокольный этаж занимали хозяйственные службы. Стрельчатые окна второго этажа вносили элемент русской псевдоготики в подражание готическому стилю западноевропейских замков. Псевдоготический декор добавлял зданиям особую нарядность, легкость и изящество. Внутри господского дома все было сделано с пышной роскошью, свойственной золотому «екатерининскому веку».
Самым оригинальным сооружением усадьбы стал круглый скотный двор, стоявший на небольшом искусственном полуострове и «замаскированный» под миниатюрную крепость с четырьмя изящными башенками. Стены двора были прорезаны стрельчатыми окнами и украшены сверху аркатурой, как и башни. Перед большими и мощными башнями с зубчатым завершением были поставлены две малые башни, которые когда-то были тоже зубчатыми.
Вся усадьба имела очень праздничный вид благодаря игре белых деталей на красном фоне: для строительства использовался белый известняк в сочетании с красным кирпичом. Сходство усадьбы с баженовскими постройками в подмосковном Царицыне побудило краеведов высказать гипотезу об участии в проектировании самого Василия Ивановича Баженова, известного русского архитектора, представителя классицизма, зачинателя русской псевдоготики.
Владелец усадьбы Александр Петрович Ермолов умер в Вене 24 марта 1835 года. После смерти тело генерала было привезено в Россию и захоронено в усадьбе к северу от Казанского храма.
В 1842 году Федор Александрович Ермолов, один из сыновей Александра Петровича, продал усадьбу полковнику Николаю Николаевичу Реткину, рязанскому губернскому предводителю дворянства. В 1860 году избы крестьян села Красное были перенесены новым хозяином к северо-западу от усадьбы. Поначалу крестьяне отказались перебираться на новое место, тогда полковник вызвал из Рязани роту солдат, которые принудили крестьян к переселению. Ныне села, давшего название усадьбе, не существует.
В 1883 году вдова Реткина, Прасковья Николаевна, продала усадьбу ее последнему владельцу Якову Григорьевичу Жилинскому, генералу от кавалерии. Он был родом из города Михайлова, в 1914 году занимал пост варшавского генерал-губернатора и командующего войсками Варшавского военного округа. В 1917 году он подарил усадьбу своей дочери Марии, по мужу Астафьевой, коллежской советнице, фрейлине Императорского двора. После революции Жилинский пытался выехать за границу, но был арестован в Крыму и расстрелян в 1918 году.
В этом же году усадьбу разграбили. В 1920-е годы здесь заседал сельсовет, затем размещался детский туберкулезный санаторий, позже районная туберкулезная больница.
Во время Великой Отечественной войны в господском доме был организован госпиталь для раненых. В конце 1980-х годов в связи с резким сокращением финансирования районная больница переместилась в Михайлов.
Архитектурный комплекс снова подвергся разграблению, а от великолепного фруктового сада осталось только несколько одичавших яблонь, слив и вишен.
Когда заброшенную усадьбу передали Сретенскому монастырю, господский дом находился в полуразрушенном состоянии, а круглый (скотный) двор представлял собой руины. Не обрати внимание братия Сретенского монастыря на эту усадьбу – и прекрасный памятник архитектуры и культуры ждала бы неминуемая и безвозвратная гибель.
Был подготовлен проект по воссозданию исторического вида этой прекрасной усадьбы: полное восстановление усадебных построек, дорожно-тропиночной сети, газонов, цветников, сохранение старых и восстановление утраченной системы ландшафтов, а также утраченных деревьев (липы и клены возрастом до 220 лет, старинные дубы). Над проектом и его выполнением трудились высокопрофессиональные инженеры, геодезисты, ландшафтные архитекторы.
Сейчас здесь расположено монастырское подворье со Свято-Серафимовским скитом, который включает в себя монашеские кельи, домовую церковь во имя преподобного Серафима Саровского, а также огороды, сад, пасеку, скотный двор и пруд. Вблизи находится церковь в честь Казанской иконы Божией Матери.
В 2011 году в скиту был открыт филиал Сретенской духовной семинарии, где учатся студенты-первокурсники. Здесь, за 200 километров от Москвы, вне суеты мегаполиса, будущие священнослужители получают базовые семинарские знания, упражняются в послушании и учатся жить в богослужебном ритме. Первокурсники ухаживают за усадьбой, поют в храме, проводят уроки и миссионерские беседы в подшефных детском доме и колледже для инвалидов. Залы отреставрированного господского дома сегодня принимают гостей из епархий ближнего и дальнего зарубежья. Сюда для встреч с семинаристами приглашаются известные современные философы, теологи, ученые, искусствоведы.
В скиту в миниатюре представлено все то, что есть в семинарии в Москве: это и библиотека, и компьютерный класс, и спортплощадка. Кельи и другие помещения ничуть не уступают по удобству тем, что находятся в столице.
Заниматься спортом в скиту можно в любое время года. Летом – на открытой спортивной площадке (или на поле, где можно поиграть в футбол или волейбол). В зимнее время – в тренажерном зале.
Условия жизни и учебы в скиту ничем не отличаются от современных стандартов светских вузов, а в чем-то даже и превосходят их. Все выпускники вспоминают учебу в скиту как «лучший год, проведенный в семинарии».
На протяжении более чем шестисот лет своего существования Сретенский монастырь прошел путь от места чудесного избавления Москвы от нашествия Тамерлана в 1395 году до одного из крупнейших духовных, образовательных и культурных центров Русской Православной Церкви. Его история — это живое свидетельство неразрывной связи веры, государственности и народного духа.
В XX веке монастырь пережил тяжелые времена запустения и разрушения, но его возрождение в 1990-х годах стало символом духовного обновления России. Сегодня Сретенская обитель — это не просто памятник архитектуры, но и активно действующий мужской монастырь, жизнь которого наполнена молитвой и служением.
Если понравилась статья - поставьте лайк, и подпишитесь, чтобы ничего не пропустить.
Спасибо тем, кто дочитал!