Доктор знал о каких призраках говорят девушки. Поднявшись к себе в кабинет, он нашёл ещё одну запись и вставил маленькую кассету в диктофон.
- Темнота душит меня. Мне страшно. Я боюсь заходить во вторую комнату, там кто-то есть.
- Вы уверены, что в том помещении две комнаты?
- Да.. Да! Я уверена. В первой комнате мне безопаснее. Во второй ждут они..
- Кто они, Ольга?
- Призраки.. Они в темноте..
Рачинский прервал запись. Все три девушки описывали разное помещение. Ольга - две комнаты, Светлана - маленькую комнату, Анна - огромную. И только одно их объединяло - призраки. Быть может это дело рук не одного человека? Нет. Доктор сразу отмел эту мысль. Это определено один человек. Возможно, девушек просто держали в разных помещениях. Возможно, эти помещения смежные, но находятся в одном месте. Этот вариант наиболее приемлем. Одними и теми же факторами остаются лишь - темнота и призраки. Рачинский мучительно отгонял одну мысль, но она неизменно приходила ему в голову. Но, теперь он мог подтвердить или опровергнуть свою теорию лишь с Анной. Ольге и Светлане он так и не смог помочь. Они навсегда остались в своём кошмаре, в той темноте, переживая каждый день те три месяца заточения. Он не смог их вывести из тех тёмных комнат. Теперь осталась лишь Анна, которая пытается бороться, как изначально и первые две девушки, но тьма всё таки победила и поглотила их. Сейчас, когда информации всё больше, Рачинский обязан помочь хотя бы ей и другим девушкам, чтобы они не попали в лапы ублюдка, который разрушил психику молодых девушек. Взглянув на часы, доктор задумался, есть ли смысл ещё раз попробовать побеседовать с Анной, но понял, что второй разговор будет на сегодня для неё лишним. Он вновь и вновь переслушивал записи с первыми двумя девушками, пытаясь понять, какую зацепку он потерял. В дверь тихо постучали и в проёме показалась растрепанная голова.
- Можно?
- Входите, Семён Олегович.
- Я.. Я тут подумал, - смущённо теребя халат, произнёс молодой врач, не решаясь присесть.
Рачинский терпеливо молчал.
- Вы только не подумайте, что я лезу в ваши дела или сомневаюсь в вашей компетенции..
- Смелее, - подбодрил его Рачинский. - Сейчас каждое мнение на вес золота.
- Хорошо, - вздохнул с облегчением Семён Олегович. - Мы ведь понимаем, что этот человек пытался воздействовать на девушек психологически, помещая их в полную тьму. Пока мы не знаем его цели. А может быть её и нет. Просто сумасшедший. Но, я думаю.. Роман Сергеевич, а если это своеобразные опыты? И искать нужно кого-то из наших коллег? Тот, кто понимал какие могут быть последствия и для чего он это делает.
Рачинский, склонив голову набок, внимательно слушал молодого врача. Когда он замолчал, главврач произнёс:
- Я думал об этом. Это, действительно, лежит на поверхности. Честно говоря, меня что-то смущает. Наверное, я пытался представить себя на месте похитителя и понял, что руководствуясь своими знаниями, я бы действовал по-другому. Ведь он с ними ни как не контактировал эти три месяца, а если опыты, то это обязательное условие для чистоты эксперимента, иначе я не вижу смысла.
Семён Олегович задумался.
- Быть может он ещё слишком молод? - наконец выпалил он.
- Возможно, - коротко ответил Рачинский. - Мы не будет отрицать эту версию, как возможную. Но, прежде я хочу ещё кое-что узнать.
- Могу узнать что? - робко кинул на него взгляд молодой врач.
- Чуть позже. Я обязательно с вами посоветуюсь, одна голова, как говорится хорошо, а две.. Сами знаете.
Увидев, как просияло лицо молодого коллеги, Роман Сергеевич лишь мысленно улыбнулся. Чуть позже Рачинский набрал номер телефона следователя, который вёл это дело и попросил лишь об одной просьбе. Следователь, быть может и удивился, но вида не подал. Это было их общее дело и нужно было цепляться за любую соломинку.
Вечером Рачинский вышел из больницы во двор, вдыхая свежий воздух. "Призраки.." - крутилось у него в голове. Пропавшие девушки, сами того не ведая, разбудили призраков прошлого доктора Рачинского.
- 35 лет назад
Рома во дворе своего родового гнезда. На улице сумерки, приближается ночь. Он опять слышит голос. Ледяной пот прошибает его тело. Голос из колодца. "Там никого нет, никого нет," - шепчет он про себя. Роман знает, что воды в колодце нет и никогда не было. Он не слишком глубокий и мальчик до сих пор не знает зачем он вообще нужен. На подгибающихся ногах он подходит к колоду и вцепившись в деревянный край, заглядывает внутрь. Его встречает темнота. Пятнадцатилетний мальчик, ждёт, когда глаза привыкнут к темноте и раздаётся его отчаянный вопль. Внизу колодца мёртвое тело его мамы с неестественно выгнутой шеей и распахнутыми глазами, в которых застыл ужас.
Воспоминания гаснут.
Доктор Рачинский глубоко дышит, чтобы прийти в себя. После ужасной смерти матери его начали с удвоенной силой донимать голоса призраков. Они раздавались из тёмного колодца. Не выдержав, мальчик наконец рассказал об этом отцу. В тот же день колодец был засыпан землей. Призраки исчезли. С появлением пропавших девушек они вернулись вновь. Его тоже объединяет с девушками именно это - темнота и призраки.
Следователь не позвонил, а пришёл на следующий день. Рачинский радушно провел его в своей кабинет.
- Есть какие-то новости от девушки? - с места в карьер начал следователь Герасимов.
- Я бы пока предпочёл не говорить, - чуть с заминкой произнёс врач. - Пока я строю лишь догадки. Именно для некоего пазла я и попросил узнать вас о прошлом двух девушек. С Анной я попробую сам.
- Признаться честно, ваша просьба меня удивила, - кивнул головой Герасимов. - Но, вы психиатр, вам виднее. Итак, Светлана. В детстве её запер отчим в кладовке на целые сутки, пока мать была на работе. Девочка, у которой раньше не было фобий, превратилась всего за сутки в пугливого, дерганого ребёнка, который начал бояться замкнутых пространств и темноты. Начались панические атаки. Сидя в кладовке, она представляла яркую лампу, которая помогала ей справляться со страхом. С ней долго работали детские психологи. Как говорит мать им удалось ей помочь и забыть о ужасе, который она испытала.
- В кладовке была железная дверь? - быстро проговорил Рачинский.
- Что? - удивился следователь. - Я не знаю, увы. Далее Ольга. С ней в детстве произошёл случай, который наложил отпечаток и как говорит мать, ей кажется, что она не избавилась от него, хотя никогда больше не говорила об этом, после лечения у детских психологов. У неё была сестра-близняшка. Она умерла ночью во сне. Остановка дыхания. Именно Ольга обнаружила мёртвое тело сестры в кровати, когда зашла утром к ней в комнату. Она долго не спала потом ночами и повсюду видела призрак сестры. В её комнату она больше так и не смогла зайти, даже по истечении долгого времени.
Следователь замолчал. Рачинский тоже молча переваривал услышанную информацию.
- Вам есть, что мне сказать? - наконец нарушил молчание Герасимов.
- Мне нужно поговорить с Анной, - отрывисто произнёс доктор. - И тогда возможно.. Вам удобно, если я чуть позже позвоню и передам информацию по телефону? Вернее, это мои мысли..
Следователь хоть и недовольно, но всё таки кивнул. Он не успел выйти из кабинета, как в дверь влетел растрепанный молодой человек.
- Вы уже рассказали следователю о наших подозрениях? - тут же выпалил он и обратил свой взгляд на Герасимова. - Что вы об этом думаете?
Следователь нахмурился, а Рачинский поджал губы.
- О чем он говорит? - повернулся Герасимов к врачу.
После его вопроса молодой доктор весь сжался и виновато промямлил:
- О.. Вы не рассказали..
- Что не рассказали? - громогласно произнёс следователь. - Роман Сергеевич, вы что-то скрываете? Забыли, что находитесь со следствием в одной лодке?
Рачинский кинул взгляд на молодого коллегу, который потеряно и виновато мялся у двери и спокойно ответил:
- Я ничего не скрываю, Константин Львович. Это только мысли, которые, как я считаю, ещё рано произносить.
- Считать тут буду я! - отчеканил каждое слово Герасимов. - А вы лишь должны рассказывать все предположения! А мы их проверять!
Рачинский глубоко вздохнул и произнёс:
- Есть вариант, что похититель это наш коллега. Психиатр. Он проводит опыты.. Своеобразные исследования. Всё, что произошло с девушками, похоже на психологическую игру. Будто их сознание и психику проверяют на прочность. Так предположил мой молодой коллега.
- В этом что-то есть, - задумчиво протянул следователь. - А что думаете вы?
- Я не уверен, что так оно и есть, - коротко произнёс Рачинский.
- Почему? Значит есть какие-то доводы?
- Можно сказать и так, - вздохнул врач. - Именно поэтому я и хотел сначала поговорить с Анной. В её детстве тоже должен быть эпизод, который она глубоко спрятала в своём сознании. То, что её очень напугало и стало её фобией.
- Я не понимаю.. - пробормотал следователь.
- Все три девушки выбраны не просто так. Похититель отбирает тех, у кого есть травма из детства, фобия. И пытается таким образом их "вылечить". Пан или пропал, как говорится. Либо получится, либо они навсегда остаются в своём кошмаре. Как в случае с Ольгой и Светланой.
Следователь казалось был сбит с толку. Молодой врач же, открыв рот, смотрел на Рачинского.
- Значит.. - наконец протянул Герасимов. - Это и в самом деле может быть именно психиатр. Черт возьми, всё сходится и круг подозреваемых уменьшается!
Рачинский молчал.
- Вы не согласны? - нахмурился следователь. - Или кого-то прикрываете?
- Я никого не прикрываю, - спокойно ответил главврач.
- Хорошо. Мы начнём проверять психиатров в городе. Спасибо за наводку, - следователь направился к двери, но вдруг остановился. - Роман Сергеевич, что скажете на счёт помещений? Нам нужно искать три разных? Ведь девушки описывают совсем не похожие комнаты.
- Вы только что, рассказывая мне о фобиях пострадавших, ответили на свой вопрос, - посмотрел Рачинский на Герасимова. - Все три девушки в свое время были в одном и том же помещении. Нет никаких разных.
Продолжение следует...
Спасибо за то, что дочитали. Буду благодарна за ваши комментарии и реакции.