Лена сосредоточенно изучала распечатку назначений, выдавливая очередные капсулы из упаковок в пластиковые стаканчики. Обычный рабочий день – процесс готовки медикаментов для больных, проходил в привычной рутине.
Её жизнь, словно по часам, текла в череде однообразных действий. В одиночестве. В груди заскрипело, как будто открытая рана вдруг снова напомнила о себе. Лена не могла избавиться от воспоминаний о вчерашнем дне, в памяти вновь блистали обидные слова, произнесенные её мужем, оставляя за собой только горечь и боль.
Она выбросила пустую упаковку в мусорный контейнер рядом со столом, взяла флакон с таблетками, высыпала горсть на ладонь и приступила к раскладке в стаканчики, увеличивая темп. Но мысли её унеслись далеко в минувшее…
— Лена, что ты делаешь? — голос старшей медсестры раздался совсем рядом.
Лена резко вздрогнула. Флакон выскользнул из рук, и стаканчики опрокинулись. В ужасающем молчании она смотрела на рассыпавшиеся по лотку таблетки.
— Ты понимаешь, что могла навредить пациентам, выдав им чрезмерную дозу медикаментов? Уйди от стола! — Старшая медсестра отстранила Лену в сторону. — Боже, что теперь делать с этим всем?
— Простите, Татьяна Ильинична, я всё сейчас поправлю… — Лена собрала один из стаканчиков, высыпала его содержимое себе на ладонь и уставилась на таблетки, не зная, как поступить.
— Дай сюда! Ты думаешь, что справишься? Разве теперь разберешь, какие таблетки куда? — Татьяна быстро сгребла таблетки с Лениной ладони и выбросила в мусорный контейнер.
— Я всего на секунду задумалась… — Лена ощущала, как руки дрожат, в страхе глядя на стаканчики.
— Я даже не знаю, что могло бы произойти, если бы не моя вовремя появившаяся здесь. Ты что, в тюрьму собралась? — старшая медсестра прикрикнула на неё, словно обличая в грехе.
— Не могу понять, как это случилось… — Лена присела на стул, прижав ладони к лицу, всхлипывая. Плечи её тряслись в беззвучном плаче.
— Надеюсь, ты хотя бы инъекции не начала делать?
Лена покачала головой, продолжая рыдать.
— Раньше ты никогда не была такой рассеянной. Вроде имеешь опыт, а ведешь себя, как новичок.
— Муж… Вчера он… ушёл от меня… — её голос звучал тихо и глухо сквозь ладони.
— Понятно. Ладно, не плачь. — Татьяна начала выбрасывать таблетки из стаканчиков в мусорный контейнер. — Я сама разложу лекарства. Ты не в состоянии сейчас работать, натворишь бед. Нам еще вместе на суд идти не хватало.
Лена, наконец, отняла ладони от лица и вскочила с места.
— Татьяна Ильинична, я…
— Сиди уж. Или лучше иди домой. Напиши заявление на отпуск с завтрашнего числа. Я сама передам заведующей и объясню ситуацию.
— Я хотела взять отпуск, когда дочь родит, чтобы помочь ей. Обещаю, что буду внимательнее, — проворчала Лена, размазывая тушь по щекам.
— Недели тебе хватит для восстановления? Остальное можно взять, когда дочка родит. И поезжай домой, чтобы мои глаза тебя больше не видели. Я сама за тебя отдежурю. Если только не умолкай, то уволят с позором.
Лена в замешательстве заморгала.
— Боже, страшно подумать, что могла натворить, — простонала Татьяна Ильинична. — Пациенты у нас дотошные, сами бы панику подняли, увидев, что ты им отдала… — старшая медсестра заметила, что была довольно полноватой. Пуговицы её белого халата едва не разрывались на большом животе, в её глаза проскользнула лёгкая смесь тревоги и понимания.
— И умойся. Все мужья, даже самые добрые, рано или поздно начинают заглядываться на сторону. — Вздохнув, Татьяна снова принялась раскладывать таблетки. — Стой. Я вызову тебе такси, а то в таком состоянии ты еще под машину попадешь.
Лена не стала спорить, написала заявление на отпуск, переоделась, взяла сумочку и вышла из здании больницы, где уже ждало желтое такси. Она устроилась на заднем сиденье и назвала адрес.
Возвращаться домой не хотелось. «Ушёл, наверное, счастлив с другой, а я чуть больных на тот свет не отправила. Нужно собрать себя в кулак…» Мысли прервяла мелодия телефона. В руках оказалась дочь.
— Привет, мам! — раздался радостный голос Насти.
И в этот момент на душе стало легче, страх отступил. Она ведь не успела раздать лекарства, значит, ничего ужасного не произошло.
— Как ты? Чего звонишь? — спросила Лена.
— Всё хорошо, мам. Ты на работе? — интересовалась дочь.
— В такси домой еду. Настя, меня отправили в отпуск на неделю.
— Почему? Ты заболела? — забеспокоилась Настя.
— Нет, я здорова. Просто так случилось. Могу ли я приехать к вам на недельку?
— Конечно, приезжай. Когда? — обрадовалась дочь.
— Прямо завтра. Если смогу достать билет на ночной поезд…
Она разговаривала с дочерью, не замечая, как такси уже остановилось у её дома.
— Простите, мы приехали. У меня ещё вызов, — торопил её водитель.
— Да-да. Сколько я вам должна? — Лена выронила телефон, засував его в сумочку.
Водитель снисходительно взглянул на неё.
— Оплачено. С карты сняли, когда такси заказывали.
— Да? Я не вызывала… — «Значит, сняли деньги с карты Татьяны Ильиничны», — поняла Лена и вышла из такси.
— Мам, с кем ты говорила? — спросила дочь.
— С водителем. Я перезвоню, когда возьму билет, — ответила она, собираясь убрать телефон в сумочку, но не обнаружив её.
Лена вскрикнула, охваченная волнением. Она обернулась, такси уехало вместе с её сумочкой. На ватных ногах подошла к скамейке у подъезда, смахнула пару жёлтых листьев и опустилась на неё. «Татьяна Ильинична права, мне нужен отдых. Такие темпы мне ни к чему…»
Она вспомнила, что есть в сумочке. Ключи от квартиры в кармане куртки, телефон в руках… Карта! Наличкой немного, а вот карты важнее. «Что я сижу?! Нужно срочно заблокировать её…»
Лена с надеждой посмотрела на въезд во двор. «Может, таксист вернётся? Заметит, что сумка в салоне осталась и вернётся. Но нет, нужно было попросить дочь перезвонить позже», — запоздало подумала она.
Карту она заблокировала по телефону и вздохнула с облегчением. Теперь нужно успокоиться. Лена вошла в квартиру, происшествие с таблетками и потеря сумочки временно заслонили от неё всё остальное. Она снова остро ощутила одиночество. Лена присела на пуфик, и вдруг на неё нахлынула злость на мужа. Из-за него она растерялась, совсем голову потеряла, а ему, похоже, все равно.
Может, и не стоит никуда ехать? А то ещё в какие-то неприятности угодит. Но дочка ждёт, да и оставаться в пустом доме невозможно. Лена глубоко вздохнула, не разуваясь, вошла в комнату и достала свою заначку. У них с мужем была общая тайная копилка на всякий случай, на неожиданные расходы. У Лены, как и у мужа, были и свои, так сказать, личные средства. Немного, но на поездку к дочери хватит.
Лена поехала на вокзал, купила билет на поезд и вернулась домой. Много вещей брать не стала, всего на несколько дней. А подарки купит уже там, или даст денег дочери, сама разберётся, что ей нужно.
Она предупредила соседку, что уезжает к дочери и поехала на вокзал. В купе она немного успокоилась. Карточку заблокировала, а новую сумочку купит, давно хотела заменить. Да и уход мужа теперь не казался таким страшным. Могут быть и более серьёзные потери. Никто не умер, все живы и здоровы, у неё скоро будет внук… Мысли Лены вернулись к дочери, и вскоре она задремала.
Город встретил её хмурым небом, из которого сыпал мелкий дождь. Не сразу, но она рассказала дочери о разводе с отцом.
— Мам, только не вздумай его прощать, если вернётся, — сказала Настя.
Лена вдруг представила, как муж вернётся, но не найдёт её дома. Пусть поволнуется.
Но вернувшись домой, сразу поняла, что он не заходил.
Она зашла к соседке и отметилась, что вернулась. За чаем та расспрашивала о дочери. Выяснилось, что соседка была замужем три раза и, несмотря на возраст — уже за семьдесят, продолжала оптимистично смотреть в будущее.
— Что же это я… Совсем из головы вылетело. Лена, к тебе тут мужчина приходил, искал тебя. Видный такой, серьезный. Что-то он хотел… Извини, но я забыла, что именно, — соседка растерянно заморгала.
— Ничего, он зайдёт ещё, — старалась успокоить её Лена.
— Вот что странно, вроде тебя искал, а имени твоего не знал. А вдруг он мошенник или вор? — встрепенулась пожилая соседка. — Извини, я ему про тебя немного рассказала. Но он выглядел очень интеллигентным и добрым.
— Не волнуйтесь. Если бы он был вор, он давно бы ограбил квартиру. Меня не было целую неделю. Да и брать у меня нечего, — успокоила Лена.
— И то верно. Но всё же будь осторожнее, Лена.
На следующий день Лена вышла на работу. Татьяна Ильинична внимательно поглядела на неё, но вскоре успокоилась. Не успела Лена вернуться домой, как в дверь позвонили. Она открыла и увидела привлекательного мужчину, который держал в руках её сумочку.
— Можно войти? Неудобно как-то через порог обсуждать.
Лена отступила, позволяя ему войти.
— Сумочку я нашёл в такси. Вы из больницы на такси уехали?
— Да, — подтвердила Лена.
— Я, видимо, сел в машину после вас. Своя была в ремонте, а возвращаться на такси пришлось. Сразу заметил на заднем сиденье сумочку. У водителя спросил, он и вспомнил вас. Сказал, что растерянная женщина ехала, заплаканная, вся дорога по телефону говорила.
Я поинтересовался, что он с сумочкой делать будет. Он ответил, что отвезёт в парк, если кто будет искать, там отдадут. Но я почему-то ему не доверял. Таксисты народ непредсказуемый… Вызвался принести вам сумочку.
— А как вы меня нашли? — спросила Лена, не имея при себе документов.
— Он сообщил адрес, куда вас привёз из больницы. Узнать квартиру — дело техники. Соседка сказала, что вы уехали, и я не стал вам звонить. Можете проверить, там всё в целости и сохранности.
Лена открыла сумочку и достала кошелёк. Деньги были на месте. И карта.
— Я карточку заблокировала, — зачем-то сообщила она.
— И правильно сделали, а то люди могут быть разные.
Лена вдруг пришла в голову мысль о благодарности, и, доставая из кошелька купюру, спросила:
— Этого хватит?
— О нет, я не за вознаграждением пришёл. Я лучше пойду.
— Спасибо, — крикнула она ему вслед.
— Не за что, — отозвался он, уже спускаясь по лестнице.
А в выходной он снова пришёл к ней с букетом цветов.
— Цветы в такси не оставляла, — удивилась Лена.
— Извините, ваша соседка мне всё рассказала. Это вам. — Он протянул ей букет. — Мы с вами так и не познакомились. Меня зовут Влад.
— Очень редкое имя. А я Лена, Мария.
— Я знаю. Так вот, Мария, я хочу пригласить вас в танцевальную студию. Вы когда-нибудь там были?
— Нет, я и танцевать-то не умею.
— А я люблю танцевать, вот только пару у меня нет. Так что? — приглашал он.
— Нет, нет, извините… — отказалась Лена.
— Я научу, ничего сложного в этом нет. Наденьте что-нибудь удобное и туфли возьмите.
Лена вдруг подумала, что было бы интересно попробовать. Вот бы муж узнал, что она не просто плачет в подушку от горя, но и танцует. Конечно, он об этом не узнает, он на танцы точно не пойдёт, но помечтать не вредно.
Она пришла в танцевальную студию. Влад действительно отлично танцевал, а вот Лена была немного скованной, из-за чего часто наступала ему на ноги. Позже они выпили чай в кафе. Танцы ей понравились. Нравилось, как Влад вёл её в танце, а она доверчиво и послушно следовала его движениям.
Теперь она регулярно посещала с ним танцевальную студию. Однажды, вернувшись после урока, она была наполнена радостью и возбуждением. У порога её встретил чемодан. «Ну вот, снова вернулся», — думала она с досадой.
Из комнаты вышел муж.
— Лена, прости, мне плохо без тебя. У неё готовить не умеет, у меня гастрит обострился от фастфуда. Лена, давай начнём всё повторно. У нас есть дочь, скоро внук…
— Опоздал на пару месяцев, — усмехнулась Лена, раздеваясь и не глядя на мужа.
— А ты чего такая поздняя? У тебя сегодня утренняя смена была, — вдруг спросил он.
— А я свободный человек. Могу приходить когда угодно.
— Ты всё еще моя жена! — закричал муж, гневно поднимая голос.
— Да, но только пока. Ты правильно заметил. Знаешь, что нашу дочку Настя сказала? Чтобы я никогда не прощала тебя. У нее есть разум, и она права. Давай не будем устраивать дешевую сцену ревности. Между нами хоть какая-то связь осталась, но ты сам ушёл.
— Ты быстро нашла замену?
— Ты что, с ума сошёл? — Лена с силой пнула чемодан. — Хорошо, что ты не успел его разобрать. Забирай и проваливай.
Муж умолял прощения, но Лена была непреклонна.
— Хорошо, я уйду, но не думай, что квартиру и всё остальное я оставлю тебе…
— Квартира принадлежит не только нам, но и дочери. Она здесь прописана, а скоро у неё будет сын, так что…
— Лживая! — крикнул муж, схватил чемодан и вышел из квартиры.
Лена расхохоталась ему в спину. Она смеялась так, что слёзы катились по щекам.
На следующую репетицию она опоздала. Влад нервно ожидал её у двери студии.
— Лена, я так испугался, что ты не придёшь…
И снова они танцевали. Она была в ударе, легко и с радостью кружила в танце, словно у неё выросли крылья.
— Лена, вы сегодня просто великолепны. Смотрите все, как надо танцевать! Столько эмоций! — восторженно восклицал тренер.
А Лена улыбалась Владу и ничего не замечала вокруг, кроме его сияющих глаз…