Какие изменения вы наблюдаете на рынке электроники за последние 2–3 года? Что стало самым заметным трендом?
Главный тренд последнего года – более выраженный разворот потребителей к российским производителям. Частично это происходит из-за того, что государство ограничивает работу перекупщиков и усиливает требования к закупкам отечественной продукции. В результате для тех компаний, кто действительно производит в России, прошлый год стал заметно более успешным.
Но, если говорить честно, объемы пока небольшие. За последние четыре года из новых предприятий по производству печатных плат, работающих на гражданский рынок, был построен только наш завод. О других я не знаю.
То есть спрос растёт, но обеспечивать его тяжело?
Да. Производители в России пока не могут полностью закрыть потребности рынка. Потребители стали более лояльны к отечественной продукции, но часть из них – это сами производители конечной электроники, которым государство постепенно предписывает переходить на российские решения. Это стратегически верно, потому что зависимость – это инструмент политического давления.
Уровень технологической базы российских производителей печатных плат соответствует потребностям отрасли?
Нет, не полностью. Платы высокой категории, высокой плотности проводников – у нас мало кто сейчас производит. Сложные многослойные платы, комбинированные решения – это то, что пока недоступно большинству российских заводов.
Основная проблема – старое оборудование и нехватка специалистов. И то и другое тормозит переход на современные технологии.
Даже нам было очень сложно найти локальных специалистов. Мы, кажется, единственный завод в России, который всю химию для производства печатных плат делает сам. Мы изобретали, добивались качества по стандартам ГОСТ, шли долгим путем. Практически все химпроцессы мы разрабатываем сами.
Насколько критична проблема кадров?
Она ключевая. Специалистов по производству печатных плат крайне мало. Молодежи почти нет, а опытные инженеры либо уже на пенсии, либо заняты на действующих предприятиях. Человека нужно учить, но учить тоже некому. Это замкнутый круг.
Некоторые вузы сейчас открывают кафедры по электрогальванике и производству печатных плат, но понадобится минимум 2-3 года, чтобы появились первые выпускники, и ещё время – чтобы они получили практику. Не все заводы готовы принимать студентов.
У вас на предприятии есть программы обучения?
У нас в отделе сборки проходят практику студенты Серпуховского колледжа приборостроения. Мы учим их монтажу и сборке устройств. Что касается химических процессов – желающих почти нет, да и мы всё-таки не химический завод. Химию делаем для собственных нужд, чтобы не зависеть от китайских концентратов, на которых сидит большинство производителей.
Если говорить шире: какие основные барьеры мешают отрасли развиваться быстрее?
Первое – нежелание бизнеса инвестировать. За много лет привыкли к схеме «купил – продал». Стратегического мышления не хватает. Второе – кадры. Третье – оборудование. Но его, в отличие от кадров, можно относительно быстро начать производить в России. Есть компании, которые уже повторяют зарубежные станки – и это нормальный путь.
Как обстоят дела с локализацией электроники в целом? Где мы уже сильны?
С электроникой в целом ситуация куда сложнее, чем с печатными платами. Когда говорят о высокой доле отечественных решений в сложных технических изделиях, обычно забывают уточнить, что их электронная часть зачастую привозная.
Мы сильны в фундаментальных науках, в атомной энергетике – это да. Но в производстве печатных плат и электронной компонентной базы нам ещё очень далеко до Китая, например. Там быстро экспериментируют, много вкладывают, не боятся повторять, покупать, улучшать.
На мой взгляд, нам тоже нужно идти по этому пути: разбирать, повторять, дорабатывать. Это самый быстрый способ догнать.
Вообще, движение вперёд есть. Мы же построили новый завод. Идея пришла к нам в начале марта 2022-го. Два года у нас ушло на строительство, полную оснастку, и год – на отработку технологий, потому что с нами никто не делился, нигде не написано, как надо. Мы всё разрабатывали сами: начиная с химикатов, заканчивая технологией производства.
Как автоматизация и цифровизация влияют на ваше производство?
Сильно влияют. Мы автоматизируем многие процессы: отслеживание заказов, состояние производства – для этого разработали собственную ERP-систему. Частично создаём оборудование для контроля и технологических операций. Оно изначально не суперсовременное, но мы его дорабатываем и делаем современным.
Многие наши клиенты приходят как раз с задачами по автоматизации – отрасль в целом стремится в цифру.
Если выделить один приоритет для развития отрасли – что это? Оборудование, материалы или кадры?
Кадры. Без людей с компетенциями любое оборудование бесполезно. Даже роботизированный станок требует оператора, который понимает, что делает. Молодые инженеры, новые идеи – это то, что способно развернуть отрасль.
Наш разговор приурочен к проведению выставки «Электроника России», которая проходит в «Крокус Экспо» с 25 по 27 ноября. Какие форматы взаимодействия с другими участниками рынка вам наиболее интересны? Что вы хотели бы получить от выставки?
Общение. Хочется узнать, как у других устроены процессы, с какими проблемами они сталкиваются, как их решают. Интересен обмен опытом между главными инженерами, технологами. Мы многое разработали сами и тоже готовы делиться определённым опытом. Но коммерческие секреты, вроде составов растворов, раскрывать не будем. :)