Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Одиночество, от которого хочется умереть — и почему ты зовёшь обратно абьюзера

Ты вроде бы уже всё поняла. Выгнала. Поставила точку. Даже друзьям сказала: «всё, больше никогда». Прошёл день. Или три. И ты лежишь, уставившись в потолок. Ни звонков. Ни сообщений. Ни звука. И от этой тишины хочется орать. Ты не тоскуешь по нему. Ты умираешь от чувства, что ты — одна. Ты не одинока. В смысле — ты не единственная. Это очень частая петля: ты выходишь из токсичных отношений — и не справляешься с одиночеством. И вот тут кроется главный парадокс: Ты уходишь от страдания — и возвращаешься в него, чтобы не чувствовать другое, более дикое: одиночество. Не любовь зовёт тебя обратно. А страх. И с этим можно работать. Да, это не быстро. Да, не по щелчку. Но это можно пережить, вытащить, разложить по полочкам. И научиться быть одной — не как наказание, а как пауза. Не как дыра, а как пространство для себя. Ты не стираешься, если одна. Ты начинаешь звучать.

Ты вроде бы уже всё поняла.

Выгнала. Поставила точку. Даже друзьям сказала: «всё, больше никогда».

Прошёл день. Или три.

И ты лежишь, уставившись в потолок.

Ни звонков. Ни сообщений. Ни звука.

И от этой тишины хочется орать.

Ты не тоскуешь по нему.

Ты умираешь от чувства, что ты — одна.

«Она приехала домой после пикника, где все были с парами. И позвонила абьюзеру сама. Потому что не вынесла быть одна»

Ты не одинока. В смысле — ты не единственная.

Это очень частая петля: ты выходишь из токсичных отношений — и не справляешься с одиночеством.

И вот тут кроется главный парадокс: Ты уходишь от страдания — и возвращаешься в него, чтобы не чувствовать другое, более дикое: одиночество.

Не любовь зовёт тебя обратно.

А страх.

И с этим можно работать.

Да, это не быстро. Да, не по щелчку.

Но это можно пережить, вытащить, разложить по полочкам.

И научиться быть одной — не как наказание, а как пауза.

Не как дыра, а как пространство для себя.

Ты не стираешься, если одна.

Ты начинаешь звучать.