Марина швырнула рюкзак в угол прихожей так, что тот со стуком ударился о стену. Андрей, её отчим, даже не поднял головы от ноутбука.
— Привет, — буркнула она, проходя мимо.
— Добрый вечер, — ответил он ровным голосом.
Марина закатила глаза. Вот всегда так. Её настоящий отец никогда не был таким... пресным. Да, папа ушёл к другой женщине три года назад, да, он звонил раз в полгода, но зато он был живой, настоящий. А этот... Андрей. Даже имя скучное.
— Мама где? — крикнула она из своей комнаты.
— На кухне. Ужин готовит.
Марина прошла на кухню, обняла маму со спины.
— Привет, солнышко, — мама повернулась, поцеловала дочь в макушку. — Как день?
— Нормально. Мам, послушай... — Марина понизила голос, хотя Андрей всё равно не мог их услышать. — Может, ты откажешься от этой командировки? Ну правда, две недели — это много.
Лена Петровна вздохнула. Этот разговор они вели уже пятый раз за неделю.
— Марин, это важный проект. Мы с Андреем обсуждали, он готов...
— Я не хочу оставаться с ним, — отрезала девочка. — Он мне не отец.
— Никто и не говорит, что он твой отец. Но он — мой муж, и он живёт с нами уже два года. Неужели так сложно...
— Да! Сложно! — Марина почувствовала, как внутри всё закипает. — Папа никогда не был таким... правильным. Он был весёлый, он шутил, с ним можно было поговорить!
— Марина, — голос мамы стал жёстче, — твой отец ушёл от нас. Он выбрал другую жизнь. А Андрей здесь, он помогает нам, он...
— Он скучный! Он как робот какой-то! И я его не просила к нам приходить!
Марина развернулась и ушла к себе, хлопнув дверью. За стеной послышались приглушённые голоса — мама явно рассказывала Андрею об очередном конфликте. Девочка включила музыку погромче, чтобы не слышать.
В аэропорту мама обняла Марину так крепко, будто уезжала на год.
— Веди себя хорошо. Слушайся Андрея. Если что-то случится...
— Да всё будет нормально, — Марина высвободилась из объятий. — Я уже не маленькая.
— Я знаю. Но ты всё равно моя девочка.
Андрей стоял чуть поодаль, держа мамин чемодан. Когда Лена подошла к нему, он коротко поцеловал её в губы.
— Звони, — сказал он. — И не волнуйся. У нас всё будет хорошо.
Марина отвернулась. Терпеть не могла эти их нежности.
Обратно ехали молча. Андрей вёл машину, Марина смотрела в окно. Город проплывал мимо — знакомые улицы, знакомые дома. Почему-то именно сейчас ей вспомнилось, как папа учил её кататься на велосипеде в этом парке, мимо которого они проезжали. Как смеялся, когда она падала. Как покупал мороженое после каждой удачной попытки проехать без его поддержки.
— Что будешь на ужин? — спросил Андрей, когда они вошли в квартиру.
— Не знаю. Разогрею что-нибудь.
— Я могу приготовить пасту. Или...
— Не надо. Я сама.
Андрей кивнул и прошёл в свой кабинет. Марина осталась на кухне, разглядывая содержимое холодильника. Вообще-то она не умела готовить почти ничего, кроме яичницы и бутербродов. Но признаться в этом Андрею? Ни за что.
Первые три дня они практически не пересекались. Андрей работал из дома — он был каким-то там программистом или кем-то в этом роде. Марина приходила из школы, делала уроки, зависала в телефоне. Ужинали они по очереди — Марина специально дожидалась, пока Андрей поест, чтобы не сидеть с ним за одним столом.
— Как дела в школе? — спрашивал он иногда.
— Нормально.
— Уроки сделала?
— Угу.
— Если нужна помощь...
— Не нужна.
На четвёртый день мама позвонила по видеосвязи. Было видно, что она устала — под глазами тени, волосы собраны в небрежный пучок.
— Как вы там? — спросила она, и в её голосе Марина услышала беспокойство.
— Всё отлично, мам. Не переживай.
— Андрей не обижает?
Марина закатила глаза:
— Мам, ну что ты! Мы вообще почти не видимся. У каждого свои дела.
— Это... хорошо, — мама явно не была уверена. — Слушай, а ты кушаешь нормально? Андрей говорил, что готовит, но ты...
— Я взрослая, мам. Могу сама о себе позаботиться.
После разговора с мамой Марина почувствовала себя как-то неуютно. Она открыла холодильник — там было полно продуктов , но всё требовало приготовления. Последние дни она питалась в основном бутербродами и тем, что успевала купить по дороге из школы.— Марина, — в дверях кухни появился Андрей, — я собираюсь приготовить ужин. Может, составишь компанию?
— Я не голодная.
— Понятно.
Он прошёл к плите, начал доставать продукты. Марина собиралась уйти, но что-то задержало её. Может, запах жарящегося лука. Или то, как ловко Андрей орудовал ножом, нарезая овощи.
— А что готовишь? — спросила она, сама не зная зачем.
— Ризотто с грибами. Твоя мама любит.
— А ты умеешь готовить?
Андрей усмехнулся:
— Приходится. Семь лет жил один после университета, так что пришлось научиться.
— А папа... — Марина осеклась. — То есть мой отец тоже готовил. Он делал потрясающую пиццу по выходным.
— Это здорово, — ответил Андрей без тени раздражения в голосе.
Марина ждала, что он скажет что-то вроде "но он же вас бросил" или "а где он сейчас?". Но Андрей просто продолжал готовить, изредка помешивая содержимое сковороды.
— Хочешь попробовать? — спросил он минут через двадцать.
Марина хотела отказаться. Но ризотто пахло так аппетитно, а желудок предательски заурчал.
— Ну... может, чуть-чуть.
В пятницу вечером Марина встретилась с подружками — Викой и Дашей. Они дружили с начальной школы, и эта пятница должна была стать обычным походом в кино. Новый фильм про супергероев, попкорн, сплетни.
— Слушай, а как ты там с отчимом? — спросила Вика, когда они стояли в очереди за билетами.
— Нормально. Почти не общаемся.
— Повезло тебе, — вздохнула Даша. — У меня брат вечно меня достаёт.
— Это не то же самое, — Марина нахмурилась. — Брат — это брат. А Андрей... он просто какой-то чужой человек в нашей квартире.
— Но он вроде нормальный? Мама твоя его любит.
— Не знаю. Он странный. Слишком правильный.
Фильм оказался отличным — много экшена, крутые спецэффекты. Девочки выходили из зала довольные, обсуждая любимые сцены. На улице уже смеркалось — начало ноября, темнеет рано.
— Пойдёмте через парк, — предложила Вика. — Быстрее будет.
— Ты уверена? — Даша засомневалась. — Там темно уже.
— Да ладно, чего бояться. Мы же вместе.
Они свернули в парк. Фонари горели через один — половина, похоже, не работала. Марина поёжилась — куртка была лёгкая, а ветер пронизывал насквозь.
Они уже почти дошли до выхода, когда услышали голоса позади.
— Эй, девчонки! Стойте!
Марина обернулась. К ним приближались трое парней — лет семнадцати-восемнадцати. От одного из них несло алкоголем даже на расстоянии.
— Не оборачивайся, идём дальше, — прошептала Вика.
Но парни ускорили шаг.
— Куда торопитесь? Давайте познакомимся!
— Мы спешим, — Марина попыталась говорить уверенно, но голос предательски дрожал.
— Да ладно, пять минут всего! — один из парней загородил им дорогу.
— Отстаньте от нас! — Даша попыталась обойти его, но он схватил её за руку.
— Ты чего такая дерзкая?
— Пусти! — Даша дёрнулась, пытаясь освободиться.
Всё случилось за секунду. Один из парней толкнул Дашу, она споткнулась и упала. Вика кинулась к ней, а Марина схватила телефон.
— Я полицию вызову! — крикнула она.
— Да успокойся ты, — парень, который толкнул Дашу, нагнулся над ней. — Мы просто хотели познакомиться.
У Даши из разбитой губы текла кровь. Вика помогла ей встать.
— Идите отсюда! — голос Марины звенел от страха и ярости.
Парни переглянулись. Кажется, они и сами не ожидали, что всё зайдёт так далеко.
— Да пошли они, — один из них махнул рукой, и вся троица направилась обратно в глубину парка.
Марина достала телефон трясущимися руками. Написала маме: "Мам, мы с девочками в кино ходили, какие-то парни к нам прицепились, Дашку ударили, я боюсь".
Ответ пришёл почти мгновенно: "НЕМЕДЛЕННО ЗВОНИ АНДРЕЮ! Я сейчас не могу выехать! Звони ему, он рядом! Марина, пожалуйста!"
Пальцы не слушались. Марина нашла номер Андрея в контактах — мама заставила её добавить его "на всякий случай" — и нажала вызов.
— Марина? — голос Андрея был спокойным, но настороженным. — Что случилось?
— Мы... мы в парке у кинотеатра "Звезда". К нам парни какие-то приставали, Дашу ударили...
— Вы в безопасности сейчас?
— Они ушли, но...
— Стойте на месте. Не двигайтесь. Я буду через десять минут. Включи геолокацию, отправь мне точку, где находитесь.
— Хорошо, — Марина всхлипнула.
— Марина, — голос Андреястал мягче, — всё будет хорошо. Я уже выехал. Держись.
Он приехал через восемь минут. Марина увидела знакомую серую машину и почувствовала, как внутри что-то отпустило. Андрей выскочил из машины, не заглушив мотор.
— Где они? — был его первый вопрос.
— Ушли туда, — Вика показала в глубину парка.
Андрей быстро осмотрел Дашу:
— Губа рассечена, но не сильно. Ещё что-то болит?
— Колено ушибла, когда упала, — Даша всхлипнула.
— Сейчас отвезу вас всех домой. Вике звонил кто-то? Даше?
— Мама у меня в командировке, — ответила Даша. — Папа дома должен быть.
— Хорошо. Сейчас поедем, по дороге позвоним родителям.
Он усадил девочек в машину, включил отопление на максимум. Марина сидела на переднем сиденье и не могла перестать дрожать.
— Надо в полицию заявление написать, — сказал Андрей, уже разворачивая машину. — Опишите мне этих парней подробнее.
Пока они ехали, девочки рассказывали всё, что запомнили. Андрей задавал чёткие вопросы — рост, одежда, приметы, как разговаривали. Марина удивилась — он действовал как настоящий детектив.
Сначала они отвезли Дашу. Её отец был в ярости, но Андрей спокойно всё объяснил, оставил свой номер телефона, сказал, что они едут в полицию.
Вику довезли следующей. Её мама всплеснула руками, когда увидела дочь:
— Боже мой! Что случилось?
Андрей терпеливо повторил историю ещё раз, успокоил маму Вики, записал её контакты.
По дороге домой они заехали в отделение полиции. Сержант за стойкой поначалу отнёсся к их рассказу скептически, но Андрей заговорил с ним на каком-то особом языке — упомянул какие-то статьи, сослался на недавние случаи нападений в том же парке. Через полчаса заявление было написано, девочкам пообещали связаться, если найдут нападавших.
Дома Марина сразу рухнула на диван. Весь вечер её била дрожь.
— Чай? — предложил Андрей.
Она кивнула.
Он вернулся с двумя кружками горячего сладкого чая.
— Спасибо, — тихо сказала Марина.
— Пожалуйста.
Они сидели молча. Марина обхватила кружку руками, чувствуя, как тепло разливается по пальцам.
— Андрей, — начала она и осеклась.
— Да?
— Откуда ты... ну, знаешь, что делать? В полиции ты говорил как...
— Как будто знаю закон? — он усмехнулся. — Я немного почитал, когда мы с твоей мамой начали встречаться. Хотел быть готовым, если вдруг понадобится.
— Зачем?
Андрей помолчал, глядя в свою кружку:
— Потому что я люблю твою маму. А ты — часть её жизни. Значит, и часть моей тоже.
— Но я... я же веду себя так...
— Ты ведёшь себя как обычный подросток, — он посмотрел на неё. — У тебя был отец, которого ты любишь. Которого, наверное, до сих пор любишь, несмотря ни на что. И я не пытаюсь его заменить. Это невозможно и не нужно.
Марина почувствовала, как к горлу подступает комок.
— Но тогда зачем ты... зачем ты так стараешься?
— Потому что я не хочу быть твоим отцом, Марина. Я хочу быть тем, на кого ты можешь положиться. Необязательно любить меня. Но я хочу, чтобы ты знала — я здесь. И если понадоблюсь, я приеду. Всегда.
Слёзы покатились по щекам Марины прежде, чем она успела их сдержать. Все напряжение этого вечера, весь страх, вся эта глупая гордость последних лет — всё вырвалось наружу.
— Прости, — всхлипнула она. — Прости, что я была такой дурой. Что говорила гадости, что сравнивала тебя с папой...
Андрей пересел к ней на диван, неуверенно обнял за плечи. Марина уткнулась ему в плечо и разрыдалась по-настоящему.
— Тихо, — говорил он. — Всё хорошо. Всё позади.
Маме они позвонили только утром. За ночь Марина успокоилась, выспалась, даже съела нормальный завтрак, который приготовил Андрей.
— Марина! — мама выглядела измученной. — Я всю ночь не спала! Что случилось? Вы в порядке?
— Всё нормально, мам. Андрей обо всём позаботился.
— Дай мне его.
Марина передала телефон. Андрей вышел в другую комнату, но она слышала обрывки разговора — "...написали заявление... девочки в порядке... да, я рядом...".
Когда он вернулся, Марина спросила:
— Она очень ругалась?
— Волновалась. Но успокоилась, когда я всё рассказал.
— Андрей, а можно... можно я у тебя спрошу кое-что?
— Конечно.
— У меня контрольная по математике в понедельник. Я не понимаю тему с производными. Ты можешь... ну,если у тебя есть время...
Он улыбнулся:
— У меня есть время. Давай посмотрим.
Они просидели за учебниками два часа. Андрей объяснял терпеливо, без раздражения, когда ей приходилось переспрашивать. Он приводил примеры из жизни, рисовал схемы, пока в голове Марины наконец не сложилась цельная картина.
— Понятно! — воскликнула она. — Я поняла!
— Отлично. Хочешь ещё позанимаемся или достаточно?
— Давай ещё пару задачек решим. Для закрепления.
В воскресенье Марина впервые за всё время пребывания в доме Андрея сама предложила вместе приготовить обед.
— Научишь делать то ризотто? — спросила она.
— Конечно.
Они готовили, и Андрей рассказывал про разные блюда, которые пробовал во время путешествий. Оказалось, что до встречи с мамой он много ездил по работе.
— А почему теперь не ездишь? — спросила Марина, помешивая рис.
— Хотел больше времени проводить дома. С семьёй.
Марина задумалась над этим словом. Семья. Раньше семьёй были она, мама и папа. Потом осталась только она и мама. А теперь...
— Андрей, — она не смотрела на него, продолжая мешать ризотто, — когда мама вернётся... можем мы иногда вместе ужинать? Все втроём?
— Мне бы это понравилось, — в его голосе послышалась улыбка.
В понедельник контрольная прошла на ура. Марина справилась со всеми заданиями и даже успела проверить решения. Когда учительница раздавала работы на следующем уроке, она получила пятёрку.
— Вот видишь, — сказала учительница, — когда стараешься, всё получается.
Марина не сказала, что ей помогал Андрей. Но вечером, когда пришла домой, первым делом похвасталась ему оценкой.
— Молодец, — он выглядел искренне довольным. — Я знал, что ты справишься.
— Это ты хорошо объяснил.
— Это ты хорошо поняла. В этом разница.
Мама вернулась в среду вечером. Марина встречала её в аэропорту вместе с Андреем. Увидев их, мама расплылась в улыбке.
— Мои любимые! — она обняла сначала дочь, потом мужа.
В машине Марина болтала без умолку — рассказывала про школу, про контрольную, про то, как они с Андреем готовили ризотто. Мама слушала, то и дело поглядывая в зеркало заднего вида, и Марина видела, что у неё блестят глаза.
Дома мама наконец спросила про ту пятницу. Марина рассказала всё — как было страшно, как Андрей приехал, как они ездили в полицию.
— Боже мой, — мама побледнела. — Марина, милая... Я должна была быть там...
— Мам, ты не могла. У тебя работа. И вообще, — Марина посмотрела на Андрея, — у меня же был Андрей.
Лена обняла дочь, потом подошла к мужу и обняла его тоже:
— Спасибо, — прошептала она. — Спасибо, что был рядом.
— Я всегда рядом, — ответил он просто.
Вечером, когда Марина уже лежала в кровати, в её комнату постучали. Это была мама.
— Не спишь? — шёпотом спросила она.
— Нет. Заходи.
Мама присела на край кровати, погладила дочь по волосам.
— Марина, я хочу кое-что сказать.
— Да?
— Я знаю, что тебе было тяжело принять Андрея. И я понимаю почему. Твой отец... он был важной частью нашей жизни. И то, что он ушёл, ранило нас обеих. Но...
— Мам, — Марина перебила её, — я поняла. На этой неделе я многое поняла. Папа был хорошим отцом, когда был с нами. Но его нет здесь. А Андрей есть. И он... он тоже хороший. По-другому, но хороший.
Мама улыбнулась сквозь слёзы:
— Ты так выросла. Когда это успело случиться?
— Ну, мне уже пятнадцать, — Марина тоже улыбнулась. — Хотя, честно, наверное, за эту неделю.
— Значит, не зря я уезжала, — мама поцеловала её в лоб. — Спокойной ночи, солнышко.
— Спокойной ночи, мам.
Прошло полгода. Марина сидела на кухне, делая домашнее задание по физике. Андрей готовил ужин — по четвергам это была его очередь.
— Слушай, — Марина оторвалась от учебника, — а как ты думаешь, если я попробую поступить на программиста, это реально?
— Ты интересуешься программированием? — Андрей выглядел удивлённым.
— Ну, в последнее время да. После того, как ты рассказывал про свою работу... Звучит интересно.
— Вполне реально. Хочешь, я научу тебя основам?
— Серьёзно? Было бы круто!
— Тогда начнём с Python. Это хороший язык для начала.
В дверь позвонили. Это была Вика.
— Привет! — она помахала рукой Андрею. — Добрый вечер, Андрей Петрович!
— Привет, Вика. Как дела?
—Отлично! Слушай, Марин, пойдём в субботу на каток?
— Погоди, — Марина посмотрела на Андрея. — У нас же в субботу планы?
— Какие планы? — не понял он.
— Ты обещал научить меня менять колесо на машине, помнишь? Говорил, что это базовый навык.
Андрей улыбнулся:
— Это можно и в воскресенье. Иди с подругами, развейся.
— Нет, давай всё-таки в субботу. А в воскресенье, если хочешь, можем съездить в тот музей, про который ты рассказывал. С интерактивными экспонатами по физике.
— Ты правда хочешь?
— Конечно! Звучит прикольно.
Вика переглянулась между ними и широко улыбнулась:
— Ну что ж, тогда каток переносится. Хотя, может, вы сходите семьёй? Андрей Петрович, вы же умеете кататься?
— Давно не пробовал, но почему бы нет.
— Мам! — крикнула Марина. — Мы в субботу идём на каток, все вместе!
Из комнаты вышла мама, вытирая руки полотенцем:
— Какой каток?
— Ну, семейный выход, — Марина пожала плечами, как будто это было очевидно. — Ты же умеешь кататься?
Лена посмотрела на дочь, потом на мужа. В её глазах блеснули слёзы, но она улыбалась.
— Умею. Конечно, умею.
Вечером Марина сидела в своей комнате, просматривая ленту в телефоне. На тумбочке стояла старая фотография — она, совсем маленькая, сидит на плечах у папы. Раньше Марина прятала эту фотографию под подушкой, чтобы Андрей не видел. Теперь она просто стояла там, где стояла всегда.
Папа был частью её жизни. Всегда будет. Но жизнь продолжается. И в ней есть место не только для памяти.