- Ой, Федор Иванович, - говорит соседка, - А вы все один? Никто к вам не приезжал?
- Да нет, - отвечает Федя, - Дел у них много.
- Какие же у вас бездушные дети, Федор Иванович, - вздыхает вторая соседка, - Совсем о старике не думают. А вы-то, такой добрый человек, всем помогали.
***
У Ани на полке красовалась новая кукла. Она была ярко-розовой, в пышном платье с блестками и пахла духами. Ну, это Аня уже взяла мамины духи.
Бабушка по материнской линии, Марья Петровна приехала к ним на выходные. И не с пустыми руками.
- Анечка, голубушка моя! - прогремела она, вваливаясь в узкий коридор их квартиры, спотыкаясь о папины ботинки и инструменты, которые он никогда не убирал в шкаф, - Смотри, что я тебе привезла!
Из-за бабушкиной спины показалась она. Кукла. Огромная, выше Аниной коленки. Глаза - ярко-голубые, с пушистыми ресницами. Волосы - золотистые кудри, уложенные в прическу. А платье! О, это было платье! Пышное, многослойное, с блестками... На шее - тоненькая нитка жемчуга.
- Мама, - прошептала Инна, - мам, это ты где такую красоту купила? Даже я бы с ней поиграла, - покосилась мама на Аню.
- И не говори, Инночка! - бабушка Марья Петровна погладила сверкающий наряд, - Я в детстве такую только на картинках видела. Ну, мне играть поздно, а Анечке вот купила. Стоила она, конечно, как половина пенсии, но ради внученьки ничего не жалко! Ань, знакомь ее скорее со своими куклами.
- Спасибо, бабушка! - выдохнула она, оторвав взгляд от подарка, - Спасибо!
Она подошла и коснулась края ее платья. Кукла была безупречна.
- Как ее зовут? - спросила Аня.
- Называй ее как хочешь, - продолжила бабушка, - А я пойду, с мамой твоей посекретничаю.
Боре тогда тоже привезли машинки, но куда там машинкам до такой куклы!
Следующие два дня прошли в сиянии кукольного великолепия. Аня не расставалась с ней ни на минуту. Поначалу она на нее только смотрела. Насмотревшись, расчесывала волосы, надевала на нее украшения… Она укладывала ее спать в специально отведенную кроватку (старую коробку из-под обуви, но очень даже красивую), кормила из крошечной пластиковой посуды, которую уже давно никто не брал в руки, и даже брала с собой на кухню, чтобы “помогать” маме готовить.
Боря, младший брат, разломав свою машинку, потянулся к кукле, и Аня, под строгим ее присмотром, даже разрешила ему на нее поглядеть.
- Аня, а почему у нее такие большие ноги? - спросил он однажды, разглядывая изящные и вполне пропорциональные ножки в крошечных туфельках.
- Это чтобы она могла танцевать, - серьезно ответила Аня, - Бальные танцы. А еще она умеет петь. Так бабушка сказала.
- Петь? - Боря не поверил, - А ты слышала?
- Ну, пока нет, - призналась Аня, - Но я уверена, что скоро услышу. Надо только найти нужную кнопочку.
Потом они уехали на выходные к бабушке.
В воскресенье вечером, когда уже подали их электричку, бабушка провожала их до вагона:
- Ну, до свидания, мои хорошие! - обнимала она Аню, - Не скучай без меня. А кукла твоя - настоящее сокровище, береги ее!
- Обязательно, бабушка! - пообещала Аня.
Брать ее с собой в гости Аня не стала, вдруг еще помнется в дороге или испачкается, или потеряется… Нет, так рисковать нельзя.
Дома Аня сразу побежала к кукле.
- А есть-то будешь? - спросила мама.
- Уложу ее спать - и приду.
Но в комнате было пусто. Укладывать спать некого. Аня подумала, что это брат подшутил, но Боря еще даже руки помыть не успел, в комнату он пока не заходил… Тогда где?
- Где ты? - спросила она, заглядывая под кровать, за шторы, - Мила? Куда ты спряталась?
Боря, который последовал за ней, растерянно остановился.
- Ты ее не видел? - спросила Аня.
- Ты ее на полку усадила…
Аня начала осматривать комнату более тщательно. Может, она спряталась? Может, решила поиграть в прятки? Но кукла была слишком большой, чтобы спрятаться незаметно.
- Мама! - крикнула Аня, выбегая из комнаты, - Мама, где кукла?
Но мама только приехала вместе с ними.
- Какая кукла, Анечка? - спросила она, подумав, что уж новая кукла никак не могла пропасть.
- Моя! Бабушкина! Она исчезла!
Инна удивленно взглянула на дочь.
- Исчезла? Как исчезла? Она же была здесь.
Мама тоже подключилась к поискам, но это даже забавно, ведь уйти из комнаты кукла никак не могла.
- А могла она за шкаф завалиться? - спросила Аня.
- Если ты ее на полке оставила, то нет…
В этот момент в квартире хлопнула входная дверь.
Вернулся Федя, отец Ани и Бори. Сегодня у него на официальной работе выходной, зато есть еще неофициальная подработка - соседям машину ремонтирует. И где-то уже успел пораниться, вон, палец как обмотан пластырем.
- Привет, семья! - сказал он, снимая грязную куртку, - Как выходные? Как моя дорогая теща? Добрались-то нормаль… а чего вы такие озадаченные?
- Федя! - Инна перехватила его у порога, - Кукла пропала. Та, что моя мама привезла!
Лицо Феди немного изменилось, он будто насторожился.
- Пропала? Странно…
- Ты же был дома, когда мы уезжали к маме! - тут Инна начала что-то подозревать, - Ты не знаешь, куда она могла подеваться?
Федя неловко потер затылок.
- Нет, не знаю…
- А мне что-то подсказывает, что знаешь. Федя, куда кукла делась? Учти, побежишь покупать такую же.
Но она понимала, что денег на это нет.
- Да… понимаешь, Инна… Тут такое… Как бы сказать…
- Прямо скажи.
- В общем, я ее… подарил.
- Подарил? - уставилась на него жена, - Кому?
- Да это… Василисе, - с плохо скрываемым облегчением сказал Федя, - Племяшка же. День Рождения у нее был, а мы ей какие-то альбомы и фломастеры принесли… ну, несерьезно. А Василиса, когда куклу-то увидела… Она так плакала! Говорит, всегда о такой мечтала. И я, честно говоря, не смог отказать. Она такая маленькая…
- Она ровесница твоей дочери, - сквозь зубы прошептала Инна.
Поговорить тет-а-тет не вышло.
Аня стояла рядом, слушая отца. И уже плакала.
- Но… но она же моя! - прошептала Аня, - Это мне бабушка подарила!
- Ну, Анечка, - попытался утешить ее Федя, - Не плачь. Это же просто кукла. А Василисе она нужнее. У нее ведь нет таких красивых игрушек, как у тебя.
- Но теперь и у меня нет! - топнула ногой Аня, - Она моя! Я ее любила!
Инна буравила мужа взглядом. Опять он за свое. Все сделает, вообще все, но только не для них.
- Федь, ты хоть понимаешь, что ты сделал? Это подарок от моей мамы! Твоей дочери! Как можно у ребенка игрушку отнять??
- По-моему, ты преувеличиваешь проблемы, - вздохнул Федя, - Чего ты так? У Ани этих кукол целая коробка. Она завтра уже забудет про нее. А близким надо помогать. Света для Василисы много игрушек купить не может, а у Ани вон сколько всего. Или потом купим другую. Попроще.
Аня завыла из комнаты:
- Мне не нужна другая! Мне нужна моя!!
- Не реви, - фыркнул Федя, - Подумаешь, игрушка. Это же не конец света.
Можно подумать, что это разовый случай?
Нет, конечно. Сколько раз Инна пыталась накопить на что-то действительно стоящее для семьи, для детей. Но Федя включал свою “доброту”.
Их попытки купить квартиру побольше отправились туда же... Аня и Боря росли, и им было тесно в двушке. Инна уже присматривала варианты, даже ходила на просмотры. У них был неплохой вклад, да и деньги от продажи этой квартиры будут, так что могли обойтись и без кредитов.
- Федя, - начала Инна, - Я тут нашла одну хорошую трешку. Недалеко от школы, с балконом. Я думаю, если мы немного поднажмем… То как раз успеем ее купить. Хозяева, как сказал риелтор, готовы чуть подождать, если точно возьмем.
Федя, который в тот момент был занят починкой какого-то хитроумного механизма в их стареньком холодильнике, поднял голову.
- Квартира? Да, это неплохо, Инна. Только…
- Только что? - встревожилась Инна.
- Только деньги-то я снял. Света тут позвонила. Племянник женится. А им, молодым, жить-то негде. Вот я и подумал…
- Ты не мог, Федор! - с ужасом проговорила она, - Ты просто не мог! Скажи, что не мог!
- Да я все им отдал, - пояснил Федя, - Они же мои, родные. А у нас есть двушка, нам хватит. Зачем нам больше? У детей отдельная комната, у нас отдельная комната.
- Да почему мы должны соглашаться на меньшее, когда у нас были деньги?? Ты немедленно позвонишь Свете и потребуешь все обратно!
- Ин, нет. Так не делается. Они уже мне доверились…
И Аня с Борей остались в своей тесной комнате.
Бывали и неудачные времена, когда речь о накоплениях не шла, а денег не хватало даже на еду. Инна ходила в магазин и долго перебирала пакеты с макаронами и самые дешевые овощи.
А Федя в это время вез очередной “транш” своим родителям. Те, напомним, взяли кредит для Светы. И теперь Федя “помогал” им этот кредит закрывать.
- Федя, - говорила ему Инна, - Мы сами еле до зарплаты дотягиваем! Дети…
- Инна, - зевал Федя, - У родителей моих пенсия маленькая, а кредит надо отдавать. Что им, коллекторов дожидаться? Они же для Светки старались. А у Светы внук родился, дочь растет. Ей самой никак.
- А нашим детям что? - спрашивала Инна.
- Нашим хватит, - беззаботно отвечал Федя, - Им же не обязательно самые дорогие вещи.
Эти “не обязательно самые дорогие вещи” иногда означали, что они бы остались даже без подарков на Новый год, если бы мама тайком не откладывала заранее деньги. Да и то папа умудрялся обидеться, что она ему про эти деньги не рассказывает.
Финальная точка, которая поставила крест на всех надеждах и на их семье, была поставлена в год окончания Аней школы.
Тогда их финансовое положение семьи стало немного лучше.
Федя перестал чинить машины соседям по льготной цене и занялся тем же самым, но уже для нормальных клиентов. Инна уже подбирала варианты для Аниного поступления в университет. Увы, на медицинский факультет, куда хотела, пройти очень трудно, баллы там заоблачные, поэтому рассматривали платное обучение.
Но вот беда, в тот же год собиралась поступать и племянница Феди, та самая Василиса, которой когда-то была отдана Анина кукла. И, как водится, в семье Светы опять начались “трудности”.
- Инна, - сказал Федя, - Я тут подумал. Василисе надо помогать. Она же поступает.
- И что? - спросила Инна, чувствуя что-то очень знакомое. Ах да, это разочарование.
- Я и решил, что оплачу ей обучение, - произнес Федя, - Свете же нелегко, сама знаешь.
- Ты… ты с ума сошел, Федор?! - Инна едва не запустила в него табуреткой, - Мы же копили для Ани! Для нашей дочери!
- Если Аня сама не поступит, то, может, ей и не сильно надо?
- А Василисе сильно надо??
- Нельзя быть такой эгоисткой. Надо помогать родне. Василисе сейчас нужнее, чем Ане. У Ани же есть шанс, она лучше учится, поступит и без денег.
Инна была уверена, что Аня сидит в наушниках, и не слышит, что опять придумал ее папенька. Но Аня, уже зная, как выглядит отец перед тем, как в очередной раз испортить ей мечту, стояла и подслушивала.
- Пап, - сказала она, - Если ты это сделаешь, я тебя никогда не прощу.
Федя посмотрел на дочь, и, как ей показалось, это его аж удивило.
- Анечка, как ты можешь быть такой черствой? - начал он привычную пластинку, - Они же твоя семья. Ты-то поступишь на бюджет, я знаю, а Вася - нет. Она тоже наша семья…
- А я? - спросила Аня, - Я для тебя не семья? Пап…
- Это другое, - сказал он.
- Угу, это вопрос приоритетов, пап, - ответила Аня, - Ты выбираешь не нас. Да о чем это я? Нас ты никогда и не выбирал!
Федя, не колеблясь, сделал свой выбор. Он выбрал племянницу.
- У вас все есть…
Финиш.
- Я так и знала, - прошептала Инна, - Я так и знала...
***
Аня, вопреки всему, поступила в университет. Оплатить ей обучение Инна бы не смогла, но им повезло - Аня прошла сама. Зато мама сильно поддержала ее финансово во время учебы. Боря, немного отойдя от семейных перипетий, тоже нашел свой путь.
Отец в их жизни больше не появлялся. Они его не звали туда.
В день, когда Аня пролетела с платным обучением, Инна выдала мужу авоську с вещами:
- На пару дней тебе достаточно, потом заберешь остальное, как доставку оплатишь.
- Инна, ты из-за такого пустяка… В конце концов, это мои деньги.
- А это - моя квартира.
Федя, состарившись, жил на даче своей сестры. Не бесплатно, разумеется. Дети с ним практически не общались. Иногда приезжали, но коротко, по обязанности. Сейчас вообще не показывались.
Вот он идет по пыльной проселочной дороге. Навстречу идут две соседки, неся в руках корзинки с грибами.
- Ой, Федор Иванович, - говорит соседка, - А вы все один? Никто к вам не приезжал?
- Да нет, - отвечает Федя, - Дел у них много.
- Какие же у вас бездушные дети, Федор Иванович, - вздыхает вторая соседка, - Совсем о старике не думают. А вы-то, такой добрый человек, всем помогали.
Федя усмехается, он и сам не понимает, как так вышло, что, помогая всем вокруг, остался никому не нужен.
А где-то там, в другом городе, живут его дети. И, возможно, когда-нибудь они простят своего отца. А может, и нет.