— Юль, ну чего ты так взъелась? — Света, развалившись на диване в моей гостиной, с невинным видом изображала полное непонимание бури, что клокотала во мне. — Ну, подумаешь, привела пару друзей! Ты же сама велела чувствовать себя как дома!
Я смотрела на нее, и абсурд ситуации обжигал мне горло. Неужели мы и правда родные сестры? Иногда мне казалось, что нас перепутали в роддоме.
«Неужели она и правда не понимает?» — эта мысль сверлила мозг. Как можно вести себя подобным образом в чужой квартире? Да, в квартире сестры, но все же чужой! Я прекрасно помнила, что подразумевала под фразой «чувствуй себя как дома». Речь шла о том, чтобы не стесняться брать еду из холодильника и смотреть телевизор. Но устраивать в моей квартире проходной двор, филиал ночного клуба, — об этом не было и речи! Мне даже в голову не могло прийти, что Света до такого додумается. Соблюдение тишины и порядка в гостях всегда казалось мне аксиомой.
Все началось десять дней назад. Я улетала в командировку в Новосибирск. Важный проект, квартальная премия — все висело на волоске.
И тут раздался звонок Светы, моей младшей сестры, и в трубку хлынула очередная душераздирающая история, хотя девочке далеко не шестнадцать. Тридцать два года, на минуточку! В этом возрасте люди обычно несут ответственность за свои поступки, но, видимо, не в случае моей сестры.
Опять у Светы что-то не срослось с очередным "мужчиной мечты". Кажется, уже третьим за этот год. И ей срочно нужно было где-то перекантоваться недельку, пока она не найдет новое гнездышко.
– Юлечка, ну, пожалуйста! – умоляла Света в телефонную трубку. – Ну, кто у тебя еще есть, кроме сестры? И потом, Барсику будет так одиноко без тебя! А я буду о нем заботиться, как о родном. Обещаю, гулять с ним два раза в день, как штык.
Барс, для непосвященных, не кот, а мой обожаемый корги. Самое дорогое, что у меня есть. Ну, после квартиры в центре Москвы, за которую я семь лет пахала, отказывая себе во всем. И да, признаюсь, мне было жутко оставлять его одного на целых десять дней с каким-то наемным выгульщиком, который, по идее, должен был приходить дважды в день.
Так что я сдалась, вручила Свете ключи, показала, где корм, где поводок, где эти злосчастные пакеты для собачьих "сюрпризов". И улетела, наивно полагая, что вернусь в свой тихий, уютный дом.
О, какая же я была наивная дура!
Самолет приземлился в Домодедово около девяти вечера. Я мечтала добраться до дома, принять горячий душ, обнять Барса и рухнуть в кровать. Сил не было даже на то, чтобы отметить успешное завершение проекта.
Но, поднимаясь по лестнице на третий этаж, я услышала музыку. Громкую, оглушительную музыку, пульсирующую прямо из моей квартиры.
Я вставила ключ в замок и попала… на вечеринку века! В прихожей какая-то девица с кислотно-зелеными волосами страстно целовалась с типом в рваных джинсах. На моем новом диване с ортопедическим матрасом, купленном в кредит, развалились человек пять и увлеченно играли в покер на деньги! На моем журнальном столике, сделанном под старину, красовались пустые бутылки. Окурки предательски плавали в банке из-под испанских оливок. А о том, что творилось на полу, я вообще предпочла бы забыть!
Посреди этого хаоса вальяжно возлегал Барс. Цел, невредим, лишь безмятежно дремлющий. Но даже его царственный вид не мог скрыть нелепость гавайской рубашки, напяленной на него, и предательски маячившей рядом миски с чипсами.
Чипсы! Да у моей собаки аллергия на глютен! И Света, эта легкомысленная фурия, прекрасно об этом знала, я ведь предупреждала!
– Света! – мой крик прорезал какофонию музыки, словно сирена. – Светлана, где тебя носит? Что здесь творится?!
Из кухонного мрака выпорхнула Света, в руке – бокал с чем-то розовым и подозрительно пузырящимся.
– О, сестренка вернулась! – пропела она, не скрывая наигранного восторга. – Ребята, знакомьтесь, это Юля! Она нас приютила!
– Приютила?! Все вон! – я резко включила свет, озарив поле битвы. – Немедленно вон из моего дома!
– Юля, ну что ты начинаешь? – Света изобразила на лице оскорбленную невинность, будто не она устроила этот бедлам. – Мы же просто немного расслабляемся!
– Немного?! – я обвела рукой руины моей квартиры. – Это, по-твоему, немного?!
Последующие полчаса превратились в кошмарную одиссею по изгнанию незваных гостей. Одни уходили с обиженным видом, другие пытались прихватить с собой остатки пиршества. А зеленоволосая девица, под шумок, чуть не стащила мою антикварную вазу – бесценный подарок от бабушки.
Наконец, когда последний незваный гость растворился в ночи, мы со Светой остались наедине. Ну, почти наедине – еще был Барс, который проснулся и теперь жалобно скулил, явно страдая животом от предательских чипсов.
– Ну и что это было? – я старалась говорить спокойно, но голос предательски дрогнул, а руки затряслись.
– Да ладно тебе! – Света бесцеремонно плюхнулась на диван, не обращая внимания на грязные пятна от еды и пролитого алкоголя. – Подумаешь, друзья зашли! Ты же сама говорила, чтобы я не стеснялась!
– Я просила – не стесняйтесь, берите еду! А не превращать квартиру в привокзальный кабак! – голос сорвался в крик.
– Вечно ты драматизируешь, – буркнула Света, закатив глаза.
– Драматизирую?!
Я нагнулась и подняла с ворса любимого ковра, привезенного из Турции – ручная работа, между прочим, – окурок.
– Это я драматизирую?!
– Да уберем мы, чего ты, – отмахнулась сестра, словно от назойливой мухи.
– Света, – я глубоко вдохнула, уговаривая себя не взорваться. – Ты, вообще-то, обещала присмотреть за Барсом. Кормить. Гулять. Про ночные дискотеки речи не шло!
– Да кормила я его! – обиженно поджала губы Света.
– Чипсами?! – язвительно уточнила я.
– Он сам попросил! – пискнула она, будто оправдываясь.
– У него аллергия! Света, аллергия! – моя рука судорожно сжала окурок.
– Ну, откуда я знала? – пробурчала сестра, отводя взгляд.
– Я тебе говорила! Повторяла, как попугай! Но ты, как обычно, пропустила все мимо ушей. Я даже записку на холодильнике повесила! И сообщение отправляла!
Света пожала плечами и демонстративно вышла из комнаты. Через минуту зазвонил телефон – мама.
– Юля, что ты там устроила? – выпалила она вместо приветствия.
– Я? Я ничего не устраивала! – опешила я.
– Света ревет, говорит, ты ее выгоняешь!
Я вышла на кухню. Света сидела за столом с абсолютно сухими глазами, и на губах играла ехидная усмешка.
– Мам, она устроила в моей квартире вечеринку! – возмущенно воскликнула я.
– Ну и что? – беспечно ответила мама. – Молодая, пусть развлекается! Ты вечно такая зануда! Неудивительно, что Максим от тебя ушел!
Этот удар был ниже пояса. Максим не ушел, я его выставила за дверь, когда застукала с моей же лучшей подругой. Но маме знать об этом совсем необязательно.
– Мам, я перезвоню, – процедила я сквозь зубы и отключилась.
– Что, мамочка не на твоей стороне? – Света расплылась в довольной улыбке.
– Знаешь что? – я выпрямилась в полный рост, ощущая, как внутри закипает гнев. – Собирай свои вещи. И проваливай отсюда прямо сейчас!
– Но я планировала еще недельку погостить, – заныла Светка, теряя спесь.
– Планы изменились, – отрезала я ледяным тоном. – Вон!
— Ты серьезно? — в голосе сестры звучало неприкрытое неверие. — Из-за какой-то жалкой вечеринки?
— Из-за твоего наплевательского отношения ко мне и моему дому, — отрезала я, — и из-за подлых доносов маме за моей спиной!
— Ну и пожалуйста! — Света вскочила с места, словно ужаленная. — Вечно ты такая! Эксплуататорша! Я тут как проклятая рабыня за твоей псиной присматривала!
— Счет за генеральную уборку жди на почте, — ледяным тоном парировала я.
— Что?!
— И не забудь про кругленькую сумму за испорченный ковер. И за визит к ветеринару. Барсу явно требуется экстренная помощь после твоей «заботы».
— Да ты в своем уме вообще?! — взвизгнула Светка, багровея от злости.
— Нет, я просто себя уважаю, — сухо ответила я. — У тебя двадцать минут, чтобы убраться из моего дома.
Света вылетела из квартиры, с грохотом хлопнув дверью, словно бросив вызов всему миру.
Мама обрывала телефон еще целый час, но я упорно игнорировала звонки. Да, она, вероятно, объявит мне месячный бойкот. А гневные тирады будет транслировать через тетю Галю. Но мне все равно. Я считаю, что права. Разве нет?