Маргарита Петровна стояла посреди гостиной, и ее лицо, обычно бледное и усталое по утрам, теперь пылало румянцем возмущения.
Из-за тонкой стены, отделявшей ее от соседней комнаты, доносился ровный, настойчивый гул.
Это был звук беговой дорожки, смешанный с тяжелыми, ритмичными притопываниями.
"Раньше она будила меня изжогой и ворчанием, а теперь – фитнесом", – с горькой иронией подумала Маргарита Петровна.
Всему виной была ее невестка, Алена. Прекрасная, молодая, энергичная Алена. Три месяца назад она, с сияющими от воодушевления глазами, вручила свекрови подарочный сертификат в премиальный фитнес-клуб "Энерджи".
- Вам просто необходимо сменить обстановку! – восклицала Алена, обнимая окаменевшую от неожиданности Маргариту Петровну. – Сидите дома, скучаете. А там и бассейн, и йога, и прекрасные тренеры. Это же сплошная польза! Для здоровья, для тонуса!
Маргарита Петровна, женщина шестидесяти трех лет, чей жизненный ритм за последние годы свелся к перемещению между диваном, кухней и балконом, смотрела на пластиковую карточку, как на повестку в суд.
Она попыталась возразить, сославшись на больные суставы, давление и вечную усталость. Но Алена была непреклонна.
- Я уже все узнала! – парировала она. – Там есть щадящие программы, аквааэробика. Я сама схожу с вами на первое занятие!
Муж Алены, сын Маргариты Петровны, Игорь, лишь одобрительно кивал, уткнувшись в телефон.
- Мама, Алена права. Тебе надо двигаться. Это же здорово.
И вот она, Маргарита Петровна, очутилась в царстве зеркал, гремящего железа и потных тел.
Первые занятия были адом. Она ненавидела каждую секунду, каждое приседание, каждую каплю пота.
Но тренер, молодая девушка с фигурой греческой богини и именем Афродита, что Маргарите Петровне казалось верхом абсурда, оказалась на удивление терпеливой и настойчивой.
И случилось невероятное. Через месяц Маргарита Петровна, к своему собственному удивлению, поймала себя на том, что ждет вечерней тренировки.
А еще через две недели она впервые за десять лет без одышки поднялась на пятый этаж, когда сломался лифт.
Тело начало отвечать мышечным тонусом, боли в спине отступили, а в глазах появился давно забытый блеск.
Но у медали оказалась и обратная, совершенно неожиданная сторона. Проснувшаяся энергия требовала выхода.
И выход она нашла в самом неудачном месте и в самое неудачное время – в квартире, ранним утром.
Теперь режим дня Маргариты Петровны был выверен с армейской точностью. Подъем в 5:30. С 6:00 до 6:45 – утренняя зарядка и кардио на домашней беговой дорожке, которую она, окрыленная успехами, потребовала у Игоря в подарок на день рождения.
Потом – контрастный душ, смузи из шпината и сельдерея (еще одна победа Алены над ее любимыми сырниками) и активный день.
И вся эта бодрая, кипучая деятельность обрушилась на головы ее соседей, а главное – на саму Алену, которая эту лавину и спустила.
*****
Алена лежала с открытыми глазами, слушая, как в гостиной начинается знакомый ад.
Сначала – мерный гул мотора дорожки. Потом – топот. Казалось, что это не шестидесятикилограммовая женщина, а слон, отбивающий чечетку. Рядом, зарывшись головой под подушку, ворочался Игорь.
- Я больше не могу, – простонала Алена, голос ее был хриплым от недосыпа.
- Что? – пробурчал Игорь.
- Твоя мама! Я на работе засыпаю. У меня уже нервный тик начинается, когда я слышу этот звук...
Игорь с трудом вылез из-под подушки. Он был инженером, человеком логики и фактов.
- Мама стала лучше выглядеть. Давление в норме. Она помолодела на десять лет. Ты сама хотела, чтобы она занялась здоровьем...
- Я хотела, чтобы она занялась здоровьем, а не терроризировала весь дом в шесть утра! Я думала, она будет ходить на аквааэробику в семь вечера, как нормальные люди, а не превращать нашу жизнь в фильм ужасов "Стук в рассвете"!
В этот момент раздался звонок в дверь. Игорь, накинув халат, пошел открывать. На пороге стояла соседка снизу, Ольга Семеновна, женщина преклонных лет, с суровым лицом и бигуди в волосах.
- Игорь, я больше не в силах это терпеть! – начала она, не дожидаясь приветствия. – Каждое утро! Будьте вы все прокляты со своей здоровой жизнью! У меня люстра трясется! Штукатурка сыплется! Я вызывала сантехника, думала, трубы лопнули! А это ваша матушка устроила у себя ипподром!
Игорь попытался было что-то сказать, возразить, но Ольга Семеновна была неумолима.
- Или вы принимаете меры, или я пишу заявление в полицию о нарушении общественного порядка и тишины! И знаю, что не я одна!
Она сердито фыркнула и удалилась. Игорь медленно закрыл дверь и вернулся в спальню. Алена сидела на кровати, обхватив голову руками.
- Слышал? Теперь и соседи. Что мы будем делать?
- Поговорим с мамой, – без особой надежды сказал Игорь.
Разговор состоялся за завтраком. Маргарита Петровна, сияющая и подтянутая, в новом спортивном костюме, с аппетитом уплетала свой зеленый смузи.
- Мама, – осторожно начал Игорь, – мы очень рады твоим успехам. Правда. Но вот насчет зарядки… Может, перенесешь ее на другое время? Или будешь заниматься потише? Соседи жалуются. Ольга Семеновна только что была.
Лицо Маргариты Петровны помрачнело.
- Ольга Семеновна? А она не пробовала сама чем-нибудь заняться, вместо того чтобы по утрам людям покой нарушать? У нее целлюлит виден сквозь халат. А давление, я уверена, за двести.
- Мама! – одернул ее Игорь.
- Что "мама"? – вспыхнула свекровь. – Ты мне сама говорила, что движение – это жизнь. Я нашла в себе силы, я изменила свою жизнь! А теперь что? Я должна подстраиваться под ленивых и больных старух? Мой врач сказал, что утренние кардионагрузки – самые эффективные для метаболизма.
- Но в шесть утра, мам… – попытался вставить Игорь. – Это слишком рано. Есть закон о тишине.
- Закон о тишине не писался для здорового образа жизни! – отрезала Маргарита Петровна. – И потом, я занимаюсь у себя дома. Имею полное право. А если вашей Ольге Семеновне не нравится, пусть вставляет себе беруши. Или, еще лучше, присоединится ко мне!
Она демонстративно допила свой смузи и встала из-за стола.
- А теперь извините, у меня через час силовая тренировка с Афродитой. Не могу опаздывать.
Она вышла, гордо подняв голову. Алена и Игорь остались сидеть за столом в полной прострации.
*****
Алена, отчаявшись достучаться до свекрови, попробовала пойти другим путем. Она купила Маргарите Петровне дорогой, бесшумный коврик для йоги, самую тихую модель беговой дорожки с шумоизоляцией и даже беруши для соседей в роскошной упаковке.
Подарок свекровью был принят с холодной вежливостью и отправлен на балкон.
- Я не намерена заниматься на каком-то резиновом коврике, как какая-нибудь домохозяйка, – заявила Маргарита Петровна. – Мне нужна настоящая нагрузка. А эта ваша дорожка… она еле движется. Я на ней не разгонюсь и до пяти километров в час.
Ситуация достигла пика в субботу утром. Накануне у Алены был тяжелый день на работе, и она мечтала выспаться.
Но ровно в 6:00 начался привычный кошмар. Топот, гул, а потом Маргарита Петровна, видимо, решила добавить силовых упражнений.
Послышался звон гантелей, которые она с энтузиазмом начала со всей дури швырять на пол.
Чаша терпения Алены переполнилась. Она вскочила с кровати, как ужаленная, и, не накидывая даже халата, в одной пижаме, ворвалась в гостиную.
Маргарита Петровна, в поту и напряжении, делала выпады с гантелями в руках. Увидев бледную, дрожащую от гнева невестку, она лишь скептически подняла бровь.
- Алена? Что случилось? Приступ лени?
- Хватит! – крикнула Алена, и голос ее сорвался. – Немедленно прекратите! Я не могу больше это слушать! Я сойду с ума!
- Успокойся, дорогая, – с притворной заботой сказала свекровь, продолжая делать выпады. – Тебе бы не помешало присоединиться. У тебя целлюлит на бедрах появляется. В твои-то годы.
Это было последней каплей. Алена подошла к беговой дорожке и выдернула шнур из розетки.
Агрегат с обидным шипением замер. В гостиной воцарилась оглушительная тишина.
Первой ее нарушила Маргарита Петровна. Она медленно опустила гантели на пол. Ее лицо из скептического стало трагическим.
- Так… Я поняла. Ты завидуешь моей силе воли, моей энергии? Тебе не нужна была здоровая свекровь. Тебе нужна была тихая, больная старушка, которая сидит в углу и не смеет пикнуть, которая во всем тебе подчиняется?
- Это не правда! – попыталась возразить Алена, но почувствовала, как ее захлестывает волна вины.
В словах свекрови была горькая доля правды. Неожиданно в дверь позвонили. На пороге Игорь, к ужасу Алены, увидел еще и двух соседей – молодая женщина с младенцем на руках и пожилой мужчина с верхнего этажа.
- Что тут у вас происходит? – строго спросил мужчина. – Крики, шум… Ребенка невозможно уложить.
- Это она! – дрожащим пальцем указала на Алену Маргарита Петровна, и в ее глазах блеснули настоящие слезы. – Она напала на меня во время зарядки! Хотела отнять мое здоровье! Вырвала шнур из тренажера!
Все смотрели на Алену в ее растрепанной пижаме, и ситуация складывалась для нее катастрофически.
Она выглядела как истеричка, а Маргарита Петровна – как жертва. Игорь, наконец, нашел в себе силы взять ситуацию в свои руки.
- Все, все, расходимся! Извините, больше этого не повторится! – сказал он, пытаясь закрыть дверь перед носом у соседей. – Разберемся сами. Мама, Алена, идите на кухню. Сейчас же.
Через пятнадцать минут они сидели за кухонным столом – побелевшая от ярости Маргарита Петровна, заплаканная Алена и абсолютно измотанный Игорь.
- Значит, так, – начал он, и в его голосе прозвучала непривычная твердость. – Мама, твои тренировки – это прекрасно, но с завтрашнего дня утренние занятия с шести до девяти часов утра отменяются.
Маргарита Петровна попыталась возразить, но Игорь поднял руку.
- Никаких "но". Закон есть закон. Соседи имеют право на отдых. Алена имеет право на сон. Ты можешь заниматься с девяти утра или вечером. Или, если хочешь именно в шесть, иди в клуб. Твой абонемент действует круглые сутки.
- Но в клуб так рано неудобно добираться! – взмолилась свекровь.
- Я буду отвозить тебя, мама, – сказал Игорь. – По дороге на работу и забирать. Это мое окончательное решение. Он посмотрел на жену. - Алена, мама права в одном – она нашла в себе силы измениться. Мы не можем ее за это наказывать. Но и терпеть разруху в собственном доме мы не обязаны. Компромисс. Только так.
Алена молча кивнула. Она была слишком измотана для споров. Маргарита Петровна посидела несколько минут в молчании, глядя в окно. Потом тяжело вздохнула.
- Хорошо. С девяти так с девяти. Но гантели я бросать не буду. Куплю себе мягкий коврик, под них.
Это была первая уступка за все время конфликта.
*****
На следующее утро в квартире было тихо. Алена проспала до девяти и почувствовала себя заново родившейся.
Выйдя на кухню, она увидела свекровь, которая завтракала овсянкой. Она сидела с прямой спиной, и вся ее поза излучала обиду.
Компромисс дался женщине нелегко. Игорь две недели возил мать на утренние тренировки, пока она не нашла себе подругу по фитнесу, которая жила рядом и была готова подвозить ее.
Соседи успокоились. Алена научилась не вздрагивать от звука гантелей, которые Маргарита Петровна теперь аккуратно ставила на специальный коврик.
Однажды вечером, за чаем, свекровь неожиданно сказала:
- Знаешь, Алена, а твой подарок… он все-таки изменил мою жизнь. И не только фигурально.
Алена смотрела на нее, ожидая подвоха.
- Я поняла, что сила – это не только в том, чтобы топать громче всех, – продолжила Маргарита Петровна. – Иногда настоящая сила – в том, чтобы услышать другого и… уступить. Хотя моя Афродита говорит, что уступчивость – это слабость мышц кора, – она хитро подмигнула.
Алена рассмеялась. Впервые за долгое время ее смех был искренним. Ирония судьбы была в том, что теперь по утрам, ровно в восемь, просыпалась Алена.
Ее будила непривычная, почти звенящая тишина. И в этой тишине невестка лежала и думала о том, что благие намерения, как и фитнес, требуют правильной дозировки.
Иначе они начинают калечить не только тело, но и отношения. А лечить их, как выяснилось, было куда сложнее, чем накачать пресс.