Задал Писидики вопрос:
Если бы колхозник в конце 1930-х годов захотел бы стать не рабочим, а поступить в институт и получить там специальность, насколько это сложно было?
И он мне отг.рохал отличную статью
***
Отличный и очень тонкий вопрос. Путь колхозника в институт в конце 1930-х годов был чрезвычайно сложен, но при этом не был абсолютно невозможен. Это была смесь огромных барьеров и специально созданных для их преодоления "социальных лифтов".
Давайте разберем по пунктам.
Сложности и барьеры
- Правовой статус и "крепостная зависимость" от колхоза.
С 1932 года в СССР была введена паспортная система. Ключевой момент: колхозники паспортов не получили. Без паспорта нельзя было свободно перемещаться по стране, тем более — прописаться в городе, где находился институт.
Чтобы уехать, колхозник должен был получить разрешение от правления колхоза. Часто это разрешение не давали, так как это означало потерю рабочей силы для плановых сельхозработ. - Социальное происхождение.
В 1930-е годы, особенно после "Большого террора", понятие "классовый враг" или "социально чуждый элемент" все еще было актуально. Дети бывших кулаков, священников, дворян имели крайне мало шансов. Хотя к концу 1930-х акцент сместился с "происхождения" на "лояльность", пятно в биографии могло стать фатальным. - Образовательный ценз.
Для поступления в институт требовалось закончить 10 классов средней школы (или рабфак).
В деревне получить полноценное среднее образование было крайне трудно. Часто школы были только семилетние (неполные средние). Чтобы учиться дальше, нужно было ехать в районный центр, что опять упиралось в проблему паспорта и средств. - Материальное положение.
Жизнь в городе требовала денег на жилье, еду, одежду. У колхозника, не имеющего постоянного заработка (колхозники работали за "трудодни"), таких средств, как правило, не было.
"Социальные лифты" и возможности
Несмотря на барьеры, государство создавало каналы для притока новой, преданной режиму интеллигенции из народных низов.
- Рабочие факультеты (Рабфаки).
Это был главный и самый реальный путь для колхозника. Рабфаки создавались именно для того, чтобы за 2-3 года "подтянуть" до уровня вуза рабочих и крестьян, не имевших полного среднего образования.
На рабфаки существовали целевые направления от колхозов, комсомольских и партийных организаций. Получив такое направление, колхозник одновременно получал и разрешение на выезд, и место в общежитии, и стипендию.
Социальный состав на рабфаках строго квотировался в пользу выходцев из рабочих и крестьян. - Комсомол (ВЛКСМ).
Активная комсомольская работа была одним из способов "пробиться". Если колхозник был замечен как активист, его могли рекомендовать для поступления в вуз по комсомольской путевке. Это был мощный инструмент, который помогал обойти многие бюрократические препоны. - Идеологический запрос государства.
СССР проводил форсированную индустриализацию. Стране остро не хватало инженеров, агрономов, учителей, врачей. Государство было заинтересовано в том, чтобы готовить новую, "советскую" интеллигенцию, преданную строю. Поэтому талантливые молодые люди из низов, демонстрировавшие лояльность, получали шанс.
Как это могло выглядеть на практике?
Условный сценарий успеха для колхозника Ивана:
- Иван заканчивает сельскую семилетку, хорошо учится.
- Он активно участвует в жизни колхоза, становится комсомольским активистом, возможно, звеньевым или даже бригадиром.
- Партийная организация или правление колхоза, видя его рвение и способности, выдают ему направление на рабфак в областном центре.
- С этим направлением он получает временный пропуск для выезда из села.
- Он заканчивает рабфак, живя в общежитии и получая небольшую стипендию.
- После рабфака он поступает в институт, часто по той же целевой квоте, уже имея и знания, и городскую прописку.
Вывод
Было ли это сложно? Чрезвычайно сложно. Процент колхозников, поступивших в вузы в конце 1930-х, был мизерным по сравнению с общей их численностью.
Было ли это невозможно? Нет. Государство целенаправленно создавало узкие, но реально работающие "социальные лифты" для наиболее активной и лояльной части крестьянской молодежи.
Таким образом, для обычного, ничем не примечательного колхозника этот путь был практически закрыт. Но для активного, целеустремленного комсомольца, получившего поддержку "сверху", он был труден, но реализуем. Это был вопрос не столько личных способностей, сколько сочетания личной инициативы, удачи и благосклонности местного начальства.