Писать критику на классику — всё равно что идти по стеклу босиком: опасно и всегда больно. Но честность — лучший друг читателя, поэтому расскажу прямо.
За «Портрет Дориана Грея» я бралась уже третий раз.
Впервые — в школе, в сокращённой версии, когда важно было не содержание, а оценка в дневнике.
Второй раз — в университете, в оригинале, и больше внимания уходило на лексику и перевод, чем на смысл.
И только сейчас я смогла прочитать роман вдумчиво, стараясь услышать каждое слово.
История знакома многим: художник пишет портрет юного, невозможной красоты Дориана, и внезапно именно картина начинает стареть, уродуясь в такт моральному падению героя, тогда как его собственное лицо остаётся неизменно юным.
Меня поразило, как искажённо сохранились воспоминания. Я была уверена, что события романа укладываются в 3–5 лет, и искренне не понимала, откуда такая деградация внешности на полотне. Увидев, что охвачен период более чем в два десятилетия, я была в немом шоке. Ещё больше удивляло, что окружающие персонажи, похоже, слепы к тому, что Дориан не стареет вообще — особенно учитывая его распущенный образ жизни, который должен был бы оставлять следы не только на портрете, но и в реальности.
Главные герои вызвали отрицательные эмоции — но не Дориан сильнее всего, а лорд Генри. Его философия и манера общения казались нескончаемым потоком блестяще упакованного снобизма.
Каждая реплика — выхолощенная афористичность ради эффекта, а не смысла.
Читать роман оказалось труднее, чем ожидала. Да, в нем невероятное количество ярких мыслей и цитат, но порой стиль граничит с напыщенностью — как будто слова служат не истории, а самоцели.
Я понимаю, почему роман стал легендой и почему он так глубоко трогает многих. Его философия о природе человеческой души, об искушениях и разрушительной силе тщеславия бесспорно уникальна. Но для меня лично эта история осталась холодной и далёкой.
Она не вошла в список любимых. Возможно, я уже выросла из такого рода трагедий. Возможно, просто мы с Уайльдом не совпали.