"Глаза Моны" Тома Шлессера — книга уникальная, "роман взросления" и одновременно увлекательнейшее путешествие в мир искусства. Десятилетняя Мона неожиданно теряет зрение. Ее внезапная слепота вскоре проходит, но опасность рецидивов сохраняется. Постепенно офтальмолог, который лечит девочку, приходит к мысли, что причиной таких приступов слепоты может быть пережитый Моной глубокий стресс. Однако вместо предписанных врачом визитов к психиатру ее дед, в прошлом блестящий фоторепортер, раз в неделю водит Мону в парижские музеи и показывает ей шедевры живописи и скульптуры, помогая почувствовать их красоту и проникнуться чудом искусства. Вместе с Моной и ее неотразимым дедом читатель проходит по музейным залам, постигая историю творчества великих мастеров от эпохи Возрождения до наших дней. Параллельно у Моны идет напряженная повседневная жизнь с непростыми проблемами, подчас далеко не детскими. Неделя за неделей, благодаря открывшимся ей горизонтам, Мона взрослеет и начинает не только понимать искусство, но и выстраивать собственные отношения с миром. Автор книги искусствовед Тома Шлессер удостоился звания "Автор года" в рамках премии "Трофеи книгоиздания — 2025". Права на перевод купили 37 стран.
Давно я не читал настолько аморальной книги. И очевидная её полезность с точки зрения искусствоведческой (а Тома Шлессер, напомню, именно искусствовед) этой аморальности не отменяет. Более того, что бы ни говорила аннотация, это даже не роман, а нечто, напоминающее советский научпоп для школьников: набор дидактических искусствоведческих разборов, ориентированный в целом на детей возраста Моны или чуть старше и нанизанный на довольно условную канву, объясняющую, зачем вообще дедушка и внучка ходят в музеи.
Сразу скажу: произведения, выбранные для этих разборов (за исключением пяти-шести), не слишком заезженные, что книге в плюс. По каждому из них даётся суховатое, но сравнительно точное визуальное описание, после чего Мона рассказывает Анри, что видит, а тот подкидывает внучке полезную информацию, которая может подкрепить или опровергнуть её гипотезы.
И вот тут начинается аморальность. Потому что добрый дедушка не рассказывает Моне ничего, что может навредить её тонкой душевной организации (согласитесь, 10 лет - не тот возраст, когда можно открыто говорить о шизофрении, алкогольном делирии, изнасилованиях или передозе). Но как обсуждать Ван Гога, Поллока и Баскию без упоминания об изменении сознания, как не упомянуть, что художник покончил с собой, если это важно для осмысления картины и творческой манеры в целом? При этом автор исправно упоминает, что сам Анри считает это важным, но Моне не рассказывает, формируя тем самым превратное (или, скажем так, более идиллическое) восприятие. И урок, который Мона извлекает (оказывается, урок - обязательная часть просмотра) далеко не всегда оказывается адекватным.
Но это ещё полбеды. Вся основная аморальность сосредоточена в бытовой части каждой главы. С чего, спрашивается, Анри вообще решил, что посещение музеев (дело, безусловно, важное и нужное) способно заменить сеансы детского психиатра, особенно с учётом того, что проблемы у Моны реальные? А если бы эти проблемы усугубились? Чем добрый дедушка стал бы оправдывать свою ложь в глазах безутешных родителей? А если бы Мона и впрямь навсегда потеряла зрение?
Отец и мать девочки ничуть не лучше: один топит проблемы в алкоголе, после чего, чудом (deus ex machina) заполучив контракт на кустарное производство сравнительно сиюминутных гаджетов продаёт дело всей жизни - антикварную лавку; другая считает фриланс и волонтёрство достойными аргументами, чтобы плевать на проблемы в семье, не вылезать из телефона и хамить первым встречным. Все прочие персонажи и вовсе даны пунктиром, а их линии брошены, даже если в них был потенциал (мне лично жаль обиженного ни за что Диего, да и учителя французского имело бы смысл перевоспитать - или осознать, что он вовсе не так уж плох). Для сына известного писателя и внука известного актёра Тома Шлессер удивительно слаб в литературе и психологии.
Наконец, главный "секрет" бытовой части, тайна бабушки, по сути, кажется притянутой за уши.
***СПОЙЛЕР!!!***
Бабушкин отец, боец Сопротивления, католик и роялист (!!! как?!!), был захвачен немцами и, не выдержав пыток, покончил с собой при помощи ампулы с цианидом. После чего бабушка решила (оцените связь!) посвятить всю свою жизнь борьбе за право на эвтаназию как способ самостоятельно выбрать время ухода. И, соответственно, на протяжении нескольких десятков лет занималась подпольными "акциями", за что по закону вполне могла угодить в тюрьму. Могу понять, почему родители и дед не рассказывали об этом Моне. Могу понять, почему рассказали. Не могу понять, почему это героизм, если на сегодняшний день во Франции это преступление. Левацкая аргументация "имеет право" в данном случае не работает.
Ну, и вот вам причина (плюс редкие упоминания наркотиков и ЛГБТ) возрастного рейтинга 18+, хотя в реальности книга написана для младших подростков, ровесников Моны, в жанре ликбеза. Был ли в этом смысл, решайте сами - лично я предпочту сборник Барнса "Открой глаза", он как раз рассчитан на взрослых.
Не хочется ругать в целом терпимый перевод, но в паре мест не сделан фактчекинг (на мой взгляд, для научпопа критично), да и к выбору значений слов есть вопросы - от такого мастера, как Наталья Мавлевич, как-то не ожидаешь.
P. S. Объяснение, почему на обложке "Девушка с жемчужной серёжкой", в книге формально есть, но мне за него неловко. Однако такие же (или почти такие же) обложки во всех 37 странах мира, кроме Японии. Поразительно, но факт.
#современнаяпроза #нонфикшн #искусствоведение #имхи_и_омги