— Просто катаюсь. Все-таки спасибо тебе большое, что была не против того, чтобы Петя подарил мне машину.
— Подарил? — Марина готова ожидать что угодно, только не это.
— Ну да... На машине ездить гораздо удобнее, а себе, Петя сказал, новую купит.
***
Марина и Петр прожили в браке три года. Их отношения всегда были ровными: без громких ссор и бурных примирений. Петя казался ей человеком спокойным, размеренным и предсказуемым — в хорошем смысле слова. Он не поднимал голос, не хлопал дверьми и не уходил в себя. Просто всегда был рядом.
Но существовала одна слабость, из-за которой Петр становился будто другим человеком — его младшая сестра Лера.
Лере было двадцать четыре, она меняла работы как перчатки, друзей — еще быстрее, а отношение к жизни у нее было такое, будто мир создан исключительно для ее удобства. Петр же видел в ней вечного ребенка, которому надо помогать.
Марину Лера не ненавидела — ей просто было плевать.
Она могла позвонить старшему брату в два часа ночи:
— Забери меня из клуба, я устала, а на такси денег не осталось.
Она появлялась на пороге их квартиры, когда хотела быстро и бесплатно поесть. Могла взять что-то без спроса и только потом Марину могла обнаружить пропажу любимого флакона духов.
Она устраивала брату истерики из-за того, что "денег вообще нет", а Петр снова переводил ей пять тысяч "до зарплаты". Но долги магическим образом забывались, как и все обещания Леры быть разумнее.
Марина пыталась поговорить с мужем, но он неизменно отвечал одно и то же:
— Марин, это моя сестра. Я не могу бросить ее в беде. Ты же знаешь, что кроме друг друга у нас больше нет родных.
— Знаю, — вздыхала супруга и очередной раз сдавалась.
Все держалось в шатком равновесии — пока однажды в городе не ударили морозы.
Маринина машина не завелась. Она работала учителем младших классов, и к восьми утра она должна была быть на работе. Марина вернулась домой, где еще собирался супруг и сообщила о своей проблеме:
— Петя, можно я возьму твою машину сегодня? Моя никак не заводится. Времени совсем нет. Если хочешь попробовать уехать на моей, то вот ключи, — она положила их на тумбу в коридоре. — Ты же и пешком можешь дойти. Тут всего десять минут. А я тебя заберу вечером.
Петр почесал затылок, будто немного смутился.
— Эм… моя машина… в ремонте.
Марина моргнула.
— В ремонте? Ты не говорил...
— Да так… мелочи, сигналка глючила, отвез на диагностику. Они сказали — оставить на три дня.
Его ответ был странным. Петр всегда заранее говорил о своих планах, и уж тем более о своей любимой машине. То, что происходило сейчас — было совсем на него не похоже.
Но Марина была слишком замотанной и занятой, чтобы устраивать допрос. Она просто вызвала такси и поехала. Вечером за ужином Марина спросила у мужа как дела с его машиной, но не получила внятного ответа. Тем не менее он помог ей решить проблему с аккумулятором и на следующий день Марина уже не вспоминала о ремонте мужа.
В пятницу вечером она зашла в супермаркет. Люди шумели и торопились, их корзины были переполнены. И вдруг Марина заметила, как возле входа в магазин плавно припарковался серебристый Форд.
"Вот это удача!" — подумала Марина, когда узнала знакомый автомобиль. Сейчас муж поможет ей довезти все продукты домой.
Дверь открылась, и из машины выпрыгнула Лера — в модной шубке с леопардовым принтом и новой сумочкой. Она с кем-то громко разговаривала по телефону и без умолку смеялась.
Марина почувствовала, как начинает закипать. Она быстро расплатилась на кассе, вышла из магазина и подошла к машине. Это точно был автомобиль Пети. Вот та самая царапина, которая появилась полгода назад. Его зарядка в прикуривателе, его кожаные накидки на сиденьях. Да и номер совпадал. Это определенно была его машина.
Марина хотела быстро уйти и остаться незамеченной, но тут вышла Лера. Она улыбнулась так широко, словно увидела лучшую подругу:
— О! Привет, Марин! Ты тут чего?
Марина выпрямилась.
— Этот магазин около нашего года. А вот ты что тут делаешь?
— Просто катаюсь. Все-таки спасибо тебе большое, что была не против того, чтобы Петя подарил мне машину.
— Подарил? — Марина готова ожидать что угодно, только не это.
Внутри все продолжало кипеть, но внешне она выглядела невозмутимой.
— Ну да... Я же на работу новую устроилась. На машине ездить гораздо удобнее, а себе, Петя сказал, новую купит.
— Да... у нас же денег много... — пробубнила Марина. — Поздравляю, — громче сказала она.
Марина смотрела на Леру, которая стояла перед ней в шубке, что стоила как минимум две Марининых зарплаты, и с какой-то вызывающей радостью вертела ключи от машины.
Марина все поняла в одну секунду — почему муж смущался, почему мялся, почему врал о ремонте. Но выяснять отношения посреди парковки? Ну уж нет. Она выдохнула, натянула вежливую улыбку и кивнула:
— Води... аккуратнее.
Лера что-то весело щебетала дальше, рассказывала, как "классно теперь ездить на своей тачке", как "она давно просила брата", как "Петька наконец-то понял, что ему надо быть более щедрым".
Марина слушала только пятую часть ее фраз. Остальное тонуло в фоновом шуме.
— Ты знаешь, пакеты тяжелые. Я пойду домой, — произнесла она и, не дождавшись ответа, пошла прочь от магазина.
Марина зашла домой и… не проронила ни слова, не высказывала претензий, не задавала лишних вопросов. В конце концов, машина была куплена Петей до брака. Формально — это его имущество, и Марина не должна иметь к его поступку никаких претензий. Хочет — дарит, хочет — продает.
Если взрослый мужчина решил отдать свою машину сестре, значит у него была весомая причина сделать это. Однако Марина решила твердо, что из общего бюджета она ни копейки на эту историю не даст. И пусть Петя теперь выкручивается сам.
Она продолжила ездить на своей маленькой Киа, а Петя ходил пешком. Неделю, месяц, два.
А Марина за это время ни разу не спросила:
— А ты что, все пешком ходишь?
— Где твоя машина?
Петя сначала делал вид, что ему нормально. Потом начал приходить уставший, с покрасневшим носом, и постоянно жаловался на погоду. Но Марина только кивала и улыбалась:
— Да… зима морозная в этом году.
Тем временем, вскоре руководство Пети объявило, что их офис переезжает. Из большого делового центра в новое отдельно стоящее здание, которое находилось в сорока минутах езды от дома. Пешком туда не дойти. С пересадками добираться около часа.
И Петя начал исхитряться:
— Марин… а ты… можешь завтра поехать на такси? Мне машину бы…
— Петя, нет. Ты забыл? Мы сегодня с ребятами идем в театр. Мне надо будет быстро успеть заскочить домой, а потом сразу в центр.
— Ну пожалуйста. Мне правда надо. Я замерзну же там на остановке…
Марина отвечала спокойно, почти ласково:
— Петя, поезжай на своей машине. Зачем тебе ходить пешком?
Он пытался придумать оправдания, но каждое звучало хуже предыдущего. Марина слушала и молчала. А внутри у Петра нарастала паника.
И наконец-то однажды он выдал:
— Моя машина… совсем сломалась. Я решил взять кредит на новую.
Марина отреагировала без эмоций:
— Бери. Это твоя машина — ты решаешь. Но из семейного бюджета, Петя, деньги брать не нужно. Ни на первоначальный взнос, ни на остальные платежи. Это твоя зона ответственности.
В этот момент он все понял.
— Ты… все знала?
Марина посмотрела прямо в глаза:
— Конечно.
Петя начал извиняться сбивчиво и суетливо:
— Марин, ну пожалуйста… ну я же не со зла… ну я думал… ты же добрая… ты же поймешь… Лера тогда была в затруднительном положении… я не мог по-другому…
Марина слушала его ровно одну минуту. Потом отвернулась, чтобы помыть посуду. Тогда Петя впервые за долгое время взорвался:
— Да что с тобой не так?! Ты стала какой-то холодной! Ты совсем не переживаешь о моих проблемах! Ты думаешь только о себе!
Марина медленно обернулась:
— Помощь должна быть обоюдной, Петя. Ты отдаешь все своей сестре, а взамен что получаешь? — она сделала паузу. — Ничего. И самое страшное, для тебя это поведение — норма.
Он хотел возразить, но не нашел слов и просто замолчал. Марина продолжила мыть посуду и весь вечер прошел в молчаливой тишине.
А уже на следующий день Петя пришел домой бледный, как лист бумаги. Он сел на стул и закрыл лицо ладонями.
— Марин… Лера разбила мою машину.
Марина только приподняла брови:
— Надеюсь, она жива?
— Да! Да, жива. Но машина… — он тяжело выдохнул. — Она… просит денег на ремонт.
Марина даже не стала делать вид, что удивлена.
— Конечно просит. Ты же и так позволяешь сестру крутить собой как угодно.
Петя вспыхнул:
— Ну а ты?! Ты могла бы…
— Нет, Петя. Я не буду в это вмешиваться, — Марина пересекла комнату и встала напротив него. — У нас ремонт в ванной стоит в очереди третий год. Шкаф в коридоре разваливается. Мы живем в постоянной экономии. А ты содержишь взрослую женщину, которая не собирается нести ответственность за свои поступки.
— Так делай ремонт. Зачем же дело встало? Зачем мне вкладываться туда, что мне не принадлежит?!
Это была последняя капля. Марина уже не могла держать лицо и делать безразличный вид. Накопившаяся усталость от постоянных оправданий мужа прорвалась наружу.
Марина молча открыла шкаф, достала Петин чемодан и начала складывать его вещи. Методично, одну за другой. Футболка. Рубашка. Брюки. Зарядки. Личные мелочи.
Петя стоял и не понимал в чем дело:
— Марина! Ты что делаешь?!
— То, что нужно было сделать давно, — не повышая голоса произнесла она. — Ты сделал свой выбор и я тебя услышала.
Когда она вынесла чемоданы к выходу, Петя побледнел:
— Марин… не надо… ну куда же я пойду?
Марина подняла на него холодный взгляд:
— У тебя есть своя квартира. Может, помнишь? И машина была тоже...
Он сглотнул.
Его дом — это маленькая однушка, в которой теперь живёт Лера. И выгонять ее оттуда он никогда бы не решился. Еще до свадьбы, Петя и Марина договорились, что будут жить в ее квартире, а Петину сдавать. Но что-то пошло не так...
Марина открыла дверь:
— Иди. Мне нужно отдохнуть.
Петя вышел, словно в тумане. Его чемодан волочился по снегу. Он несколько раз обернулся, надеясь увидеть в окне Марину, но она не появилась.
Когда дверь закрылась, она села на стул и расплакалась. Марина плакала долго и горько, от обиды, от усталости, от потраченных лет на человека, который так и не захотел жить семьей.
А потом, спустя время, вытерла слезы и открыла окно, позволив свежему морозному воздуху проникнут внутрь квартиры, где, казалось, время остановилось.
В этот же вечер она распахнула шторы, проветрила квартиру, убрала лишние вещи в коридоре, где раньше стояли его ботинки, и почувствовала: место освободилось — для новой главы ее жизни.
И впереди ее ждет только хорошее. Марина точно это знала.
Спасибо за интерес к моим историям!
Вам может понравиться: