— Да замолчи ты! — взвился деверь, краснея от злости. — Кто ты такая, чтобы меня отчитывать? А ты, Сереж, позволяешь своей жене так со мной разговаривать? Из-за каких-то тряпок и досок?
***
Утреннее солнце щедро заливало просторную террасу недостроенного дома, играя золотистыми бликами на еще не оштукатуренных стенах. Анастасия сидела за массивным деревянным столом, который ее муж сколотил на скорую руку из обрезков досок, и сосредоточенно смотрела в монитор ноутбука. Легкий морской бриз шевелил непослушные русые пряди, принося с собой солоноватый запах водорослей и свободы. Настя сделала глоток остывшего кофе и быстро застучала пальцами по клавиатуре.
Она работала менеджером в крупной торговой фирме. Работа была нервной, требовала постоянного внимания, бесконечных созвонов с поставщиками и строгих отчетов перед руководством. Но у нее был один огромный, неоспоримый плюс: она была полностью удаленной. В этом небольшом, залитом солнцем городе у моря найти толковое место с достойной оплатой было практически невозможно.
Вся жизнь здесь крутилась вокруг курортного сезона: летом местные жители сдавали каждый свободный угол, торговали сувенирами и жареной рыбой, а зимой город впадал в унылую спячку. Настя же, благодаря своей онлайн-работе, могла позволить себе не зависеть от капризов туристического потока.
Дверь скрипнула, и на террасу вышел Сергей. Высокий, широкоплечий, с бронзовым загаром, который не сходил даже зимой, он выглядел так, словно всю жизнь провел на побережье. На нем были старые, выцветшие рабочие штаны и простая серая футболка. В руках он держал строительный уровень.
— Доброе утро, трудягам, — улыбнулся он, подходя к жене и мягко целуя ее в макушку. — Как там твои графики продаж?
— Графики растут, а вот мое терпение падает, — вздохнула Настя, откидываясь на спинку плетеного кресла. — Опять поставка задерживается. А ты как? Начинаешь кладку веранды?
— Да, раствор уже замешивают. Ребята подъехали, сейчас начнем, — глаза Сергея загорелись тем самым особенным светом, который появлялся всегда, когда речь заходила о строительстве.
Сергей обожал свою работу. Он был каменщиком. Настоящим мастером своего дела, чьи руки могли из грубого кирпича и цемента создавать ровные, идеальные стены, которые стояли десятилетиями. Его путь к этой профессии, как и переезд к морю, был долгим и полным препятствий.
С самого детства Сережа грезил морем. В его родном северном краю, где зима длилась по полгода, а небо чаще всего напоминало серую вату, он зачитывался книгами о кораблях и южных странах. Но в его семье такие мечты считались блажью. Отец и мать всю жизнь проработали на заводе, а старший брат Никита, гордость семьи, окончил экономический факультет и устроился в банк, целыми днями перекладывая бумаги в душном офисе.
— Какие юга, Сережа? — возмущалась мать, когда он после школы заикнулся о переезде. — Там работы нет, одни торгаши да бездельники. Получай нормальную профессию, иди к Никите в отдел, он словечко замолвит.
— Да кому ты там нужен, мечтатель? — снисходительно усмехался Никита, поправляя галстук. — Думаешь, приедешь, и тебе сразу чемодан денег дадут? Там пахать надо, а ты тяжелее книжки ничего не поднимал.
Но Сергей никого не послушал. Едва получив диплом университета, который он окончил исключительно ради спокойствия родителей, он собрал спортивную сумку и купил билет в один конец. В небольшом прибрежном городе его никто не ждал. Деньги закончились быстро, и дипломированный историк пошел на стройку разнорабочим.
Он таскал мешки с песком, месил раствор, подавал кирпичи. Работа была адской, спина ныла, а ладони покрылись кровавыми мозолями. Но он не сдавался. Он присматривался к мастерам, задавал вопросы, учился. Вскоре ему доверили мастерок, и оказалось, что у парня настоящий талант.
За несколько лет Сергей стал одним из самых востребованных каменщиков в городе. Он оброс связями, начал брать собственные объекты, собирать бригады. Заработок рос, а главное — он жил там, где всегда мечтал. Засыпал под шум прибоя и просыпался от криков чаек.
Именно здесь, на юге, он и встретил Настю. Она приехала в отпуск, устав от серости и рабочих дедлайнов. Случайное знакомство в маленьком кафе на набережной переросло в бурный роман. Настя оказалась такой же целеустремленной и упрямой, как и он сам. Вернувшись домой, она перевелась на удаленку, собрала вещи и переехала к любимому мужчине.
Они поженились тихо, без пышного торжества. Родители Сергея приехать отказались, сославшись на здоровье, а Никита лишь прислал сухое сообщение с дежурными поздравлениями. Настю это не расстроило. У нее самой родственников было немного, и она прекрасно понимала, что их семья — это они вдвоем.
Молодые супруги оказались невероятно практичными людьми. Они не стали тратить заработанное на дорогие машины или брендовую одежду. Объединив накопления, они взяли в ипотеку сразу две квартиры в строящемся жилом комплексе неподалеку от моря.
План был прост и гениален: как только дом сдался, они своими силами сделали в обеих квартирах отличный ремонт. Одну, поменьше, они сразу же сдали отдыхающим, и доход от аренды полностью перекрывал платежи по обеим ипотекам. Во вторую, просторную и светлую, с панорамными окнами и дорогим ламинатом, они въехали сами.
Но жить в квартире Сергею было тесно. Ему нужен был простор, свой двор, своя земля. И тогда они решились на главный проект в своей жизни — строительство собственного дома. Участок купили на окраине города, там, где воздух был еще чище, а до дикого пляжа можно было дойти пешком за десять минут.
Стройка шла тяжело. Сергей трудился на своих объектах, а по вечерам и выходным ехал на их участок, где сам заливал фундамент, сам поднимал стены. Настя помогала как могла: заказывала материалы, вела учет расходов, привозила мужу горячие обеды в термосах.
Месяц назад они приняли смелое решение: переехать в недостроенный дом. Да, первый этаж был готов лишь наполовину, стены местами зияли голым кирпичом, а на второй этаж вела грубая деревянная лестница. Зато они перестали тратить время на дорогу, и Сергей мог заниматься отделкой в любую свободную минуту. Квартиру, в которой они жили, было решено тщательно вымыть и тоже подготовить к сдаче в аренду, чтобы быстрее закрыть кредиты.
Именно в этот момент и раздался тот самый злополучный звонок.
Настя как раз заканчивала важный отчет, когда Сергей вошел в комнату с телефоном в руке. Лицо у него было озадаченным.
— Настюш, тут такое дело… — неуверенно начал он.
— Что случилось? С поставщиками стройматериалов проблемы? — Настя оторвала взгляд от экрана.
— Нет, с материалами все отлично. Никита звонил. Мой брат.
Настя удивленно приподняла брови. За три года их брака Никита ни разу не проявлял инициативы в общении.
— И что ему нужно?
— Они с Мариной решили в отпуск поехать. Говорят, устали от суеты, хотят к морю. Билеты уже взяли. Приезжают через три дня.
Повисла тяжелая пауза. Настя прекрасно понимала, к чему клонится этот разговор.
— Сереж, я надеюсь, ты не предложил им остановиться у нас? — ледяным тоном спросила она. — Ты же видишь, что здесь происходит. У нас строительная пыль, инструменты повсюду, душ работает через раз. И главное — я работаю. Мне нужна тишина. У меня на этой неделе три стратегические сессии с руководством. Я не могу проводить их под крики отдыхающих родственников.
— Насть, ну как я родному брату скажу, чтобы он гостиницу искал? — вздохнул Сергей, присаживаясь на край дивана. — Они же обидятся. Родители потом звонить начнут, мозг выносить. Скажут, что мы зажрались, родных на порог не пускаем.
— Родных, которые над тобой всю жизнь смеялись? — парировала Настя. — Которая даже на свадьбу не приехала? Сережа, я все понимаю, гостеприимство и все такое. Но мой комфорт и моя работа для меня важнее. В этот дом я их не пущу. Точка.
Сергей почесал затылок, обдумывая ситуацию.
— Слушай, а давай пустим их в нашу пустую квартиру? Ту, из которой мы только что съехали. Мы же ее еще не сдали. Там ремонт, техника вся есть, до моря рукой подать. Пусть чутка живут. И им хорошо, и нам не мешают.
Настя нахмурилась. Идея ей не нравилась. Квартира была вычищена до блеска, они планировали найти аккуратных, долгосрочных арендаторов. Но, с другой стороны, это был отличный компромисс, чтобы не пускать шумную родню в свое личное пространство.
— Ладно, — нехотя согласилась она. — Но только с одним условием. Они живут там полностью автономно. Я не буду бегать туда с кастрюльками борща и не буду работать у них экскурсоводом. Захотят увидеться — пусть приезжают к нам вечером на чай.
— Договорились! — обрадовался Сергей и поспешил обрадовать брата.
Через три дня на перроне железнодорожного вокзала Настя и Сергей встречали гостей. Никита вышел из вагона с высоко поднятой головой, в светлых брюках и мокасинах, которые явно не подходили для местных пыльных улиц. Рядом семенила его жена Марина — ухоженная блондинка с капризным выражением лица, волоча за собой огромный розовый чемодан.
— О, братишка! — Никита снисходительно похлопал Сергея по плечу. — Ну как вы тут, в своей провинции поживаете? Небось, скука смертная? А мы вот решили сменить обстановку, посмотреть, как простой народ отдыхает.
Марина окинула Настю оценивающим взглядом, скривила губы, но ничего не сказала.
Сергей помог загрузить вещи в машину, и они поехали в жилой комплекс. Когда Настя открыла дверь их квартиры, гости недоверчиво переглянулись.
Квартира действительно была шикарной. Просторная гостиная с огромным угловым диваном светлого оттенка, дорогая бытовая техника на кухне, идеальный дубовый паркет на полу. Из огромных окон открывался потрясающий вид на морской залив.
— Ничего себе, — присвистнул Никита, проходя в комнату. — Это вы сами купили? Или в наследство досталось? На стройке, значит, такие деньги платят? Надо было и мне кирпичи класть идти.
В его голосе звучала нескрываемая зависть, которую он пытался замаскировать под сарказм. Настя лишь сжала зубы, стараясь быть вежливой.
— Мы много работаем, Никита, — ровным тоном ответила она. — Располагайтесь. Вот ключи. Постельное белье в шкафу, полотенца в ванной. Если что-то понадобится, звоните. Мы живем за городом, на нашем участке.
— А вы что, с нами не останетесь? — искренне удивилась Марина. — А кто нам будет готовить? Мы же город не знаем, где тут рынки, где магазины?
— Внизу, на первом этаже комплекса, отличный супермаркет, — улыбнулась Настя своей самой дежурной менеджерской улыбкой. — А на набережной десятки прекрасных ресторанов. Отличного вам отдыха.
Она развернулась и вышла, уводя за собой мужа. Ей казалось, что проблема решена. Но она жестоко ошибалась.
Кошмар начался на следующее утро. Настя только-только подключилась к видеоконференции с отделом логистики, как ее телефон взорвался звонками. Звонил Никита. Она сбросила вызов, написав сообщение, что занята. Через минуту перезвонила Марина. Настя вынуждена была извиниться перед коллегами и отключить микрофон.
— Да? Что случилось? — раздраженно прошипела она в трубку.
— Настя, доброе утро! — раздался бодрый, требовательный голос Марины. — Слушай, а у вас тут кофемашина как-то странно работает. Капучинатор пену не взбивает. И еще мы не нашли, где лежат таблетки для посудомойки. А, и скажи Сереже, пусть привезет нам свежие полотенца, эти чем-то пахнут.
Настя закрыла глаза и глубоко выдохнула, считая до десяти.
— Марина, таблетки под раковиной. Кофемашину нужно просто промыть. А полотенца там отличные, стиранные с кондиционером. У нас не отель, горничных в штате нет. Стиральная машина в вашем распоряжении. Я работаю, не звоните мне по пустякам.
Она положила трубку, чувствуя, как внутри закипает ярость. Родственники мужа живут в ее квартире, как в хорошем отеле, требуя обслуживания формата "все включено".
Вечером история повторилась. Позвонил Никита и начал жаловаться Сергею, что у них перегорела лампочка в коридоре, и что телевизор не ловит какие-то нужные ему спортивные каналы. Сергей, чувствуя неловкость, сорвался и поехал менять им лампочку, потратив на дорогу по пробкам больше часа.
Так продолжалось целую неделю. Звонки сыпались постоянно. "Где купить хорошего мяса?", "Почему отключили горячую воду на два часа?", "Закажите нам столик в ресторане, мы не знаем, какой хороший". Гости вели себя абсолютно бесцеремонно, считая, что брат и его жена обязаны обеспечивать им идеальный досуг.
Настя терпела из последних сил. Она видела, как Сергей разрывается между стройкой, своими объектами и капризами брата. Он возвращался домой вымотанным, с темными кругами под глазами.
— Сережа, это переходит все границы, — сказала Настя однажды вечером, когда муж в очередной раз собирался ехать к ним, потому что Марина не могла разобраться с пультом от кондиционера. — Они взрослые люди! Пусть сами решают свои бытовые проблемы. Ты не обслуживающий персонал.
— Насть, ну осталась всего неделя, — виновато оправдывался он. — Потерпим. Зато потом уедут, и забудем.
Но забыть не получилось.
За три дня до их отъезда Настя обнаружила, что ей срочно нужен один важный договор. Она вспомнила, что при переезде положила папку с документами в нижний ящик комода в спальне той самой квартиры. Сергей был на объекте в другом конце города, поэтому Настя решила съездить сама. Тем более, Никита и Марина предупреждали, что уезжают на целый день на какую-то морскую экскурсию, так что мешать она им не будет.
Она припарковала машину у жилого комплекса, поднялась на нужный этаж и открыла дверь своим ключом.
Перешагнув порог, Настя замерла. Воздух в квартире был тяжелым, спертым, пахло прокисшим вином, немытым телом и испорченными продуктами. В коридоре валялись грязные сланцы, с которых на светлый паркет осыпался песок.
Настя медленно прошла в гостиную, и сердце ее ухнуло куда-то в желудок.
Их идеальная, вылизанная квартира была похожа на поле боя. На светлом, дорогом угловом диване зияло огромное багровое пятно — кто-то щедро пролил красное вино и даже не попытался его затереть. На журнальном столике громоздилась гора немытой посуды: тарелки с засохшими остатками еды, липкие бокалы, пустые бутылки.
Но это было не самое страшное. Пройдя на кухню, Настя увидела, что на роскошной столешнице из искусственного камня красуется глубокая, обугленная борозда — видимо, кто-то поставил раскаленную сковородку прямо на поверхность, проигнорировав деревянные подставки, лежащие в шаге от плиты.
Ее затрясло. Она побежала в спальню. Постель была не заправлена, простыни скомканы. И самое ужасное — на идеальном дубовом паркете виднелись глубокие, безобразные царапины, тянущиеся от шкафа к двери. Словно кто-то волок тяжелый чемодан с заклинившими колесиками прямо по дереву, оставляя за собой борозды.
В ванной комнате картина была не лучше. Дорогие махровые полотенца мокрыми комьями валялись на полу, зеркало было заляпано брызгами зубной пасты, а в душевой кабине сломано крепление для лейки.
Это был погром. Бессмысленный, жестокий погром, устроенный людьми, которым было абсолютно плевать на чужой труд и чужое имущество. Настя опустилась на пуфик в коридоре, достала телефон и набрала номер мужа.
— Сережа, — голос ее звенел от напряжения. — Бросай все и приезжай в квартиру. Немедленно.
— Насть, что случилось? Ты плачешь? — встревожился он.
— Я не плачу. Я в бешенстве. Просто приезжай и посмотри, во что твои дорогие родственники превратили наш дом.
Сергей примчался через двадцать минут. Весь в строительной пыли, тяжело дыша, он ворвался в квартиру. Настя молча стояла посреди гостиной и смотрела на винное пятно.
Сергей обошел комнаты одну за другой. С каждым шагом его лицо становилось все темнее, а челюсти сжимались так, что заходили желваки. Он подошел к испорченной столешнице, провел загрубевшим пальцем по обгоревшему краю. Затем посмотрел на поцарапанный пол в спальне.
В этот момент в замке провернулся ключ. Дверь распахнулась, и на пороге появились Никита с Мариной. Они были веселые, раскрасневшиеся от солнца, в руках у Никиты позвякивал пакет с бутылками.
— О, а вы что тут делаете? — удивился Никита, стягивая солнцезащитные очки. — Решили нас проведать? А мы как раз пива взяли, рыбку купили. Будете?
— Что вы наделали? — тихо, с пугающим спокойствием спросил Сергей, делая шаг навстречу брату.
— В смысле? — Никита непонимающе захлопал глазами. — Ты о чем?
— Я о диване, залитом вином. О столешнице, которую вы прожгли. О полах, которые вы изодрали своими чемоданами. Вы что, свиньи? Вы в хлеву росли?
Марина возмущенно всплеснула руками.
— Подумаешь, вино пролили! Случайно вышло, мы же отдыхаем! И полы ваши… ну поцарапали немного чемодан, колесико заело. Что теперь, расстрелять нас из-за этих досок? Сделаете ремонт, вы же богатые, квартирами раскидываетесь! Мы вообще-то гости!
— Вы не гости, — отчеканила Настя, выходя вперед. Глаза ее метали молнии. — Гости уважают чужой дом. Вы вели себя как варвары. Знаете, сколько стоит эта столешница? Знаете, сколько труда вложено в этот паркет? Сережа клал его своими руками! По ночам! После того как весь день таскал кирпичи на жаре, пока ты, Никита, сидел в своем офисе!
— Да замолчи ты! — взвился Никита, багровея от злости. — Кто ты такая, чтобы меня отчитывать? Я старший брат! А ты, Сережа, позволяешь своей жене так со мной разговаривать? Из-за каких-то тряпок и досок?
— Она моя жена. И это ее дом, — голос Сергея прозвучал как раскат грома. Он встал рядом с Настей, заслоняя ее своим широким плечом. — Она права в каждом слове. Вы относились к нам и к нашему дому как к мусору. Вы приехали сюда пожить на халяву, как в роскошном отеле, только в отеле вы бы побоялись так гадить, потому что там бы с вас штраф стрясли. А брату, значит, можно на шею сесть и ноги свесить?
— Да пошли вы! — завизжала Марина, хватая свой розовый чемодан. — Жлобы провинциальные! Мы к вам со всей душой, а вы из-за копеечного ремонта истерику закатили! Ноги нашей здесь больше не будет!
— Вот и отлично, — ледяным тоном ответил Сергей. — У вас есть десять минут, чтобы собрать свои вещи. Выметайтесь. Ключи оставите на тумбочке. И счет за химчистку дивана и реставрацию столешницы я тебе, Никита, пришлю. Не оплатишь — позвоню отцу и расскажу, как его любимый старший сын умеет в гостях себя вести. Время пошло.
Сергей взял Настю за руку, и они, не оглядываясь, вышли из квартиры, громко хлопнув дверью.
Они спустились вниз и сели в машину. Настя тяжело дышала, ее руки слегка дрожали от пережитого адреналина. Сергей завел мотор, посмотрел на жену и вдруг, неожиданно, улыбнулся.
— Знаешь, а я ведь давно должен был это сделать, — тихо сказал он, сжимая ее ладонь. — Еще тогда, когда он смеялся над моим переездом. Спасибо тебе.
— За что? — удивленно спросила она.
— За то, что показала мне разницу между теми, кто просто называется семьей, и теми, кто ею действительно является. Мы все починим, Настюш. Это просто вещи. Главное, что наш настоящий дом — там, где мы вдвоем.
Настя улыбнулась в ответ и положила голову ему на плечо. Машина плавно тронулась с места, направляясь в сторону их недостроенного, пыльного, но такого любимого и родного дома, где пахло морем, свежей штукатуркой и настоящим счастьем. И никакие незваные гости больше никогда не могли это счастье разрушить.
Спасибо за интерес к моим историям!
Подписывайтесь! Буду рада каждому! Всем добра!