Олег ушёл на работу, не коснувшись губами лба супруги, которая легла спать в гостиной, как делал это ежедневно по утрам. Супруги не разговаривали до самой ночи и оба не могли вспоминать о произошедшем разговоре без негодования.
Отвезя Соню в сад, Лера вышла на смену и могла думать лишь о том, что не хочет возвращаться домой и видеть недовольное лицо мужа. Олег показался ей с другой стороны. Он сам убедил её, что его заработка более чем достаточно для семьи, что ей не о чем волноваться. С грудным ребёнком на руках Валерия радовалась, что ей не нужно совмещать материнство с подработкой, чтобы улучшить финансовое положение семьи, но не знала, что однажды Олег упрекнёт её в этом.
Чем больше она думала о его вчерашних словах, тем сильнее злилась. Он дал ей понять, что в случае развода не позволит дочери остаться с ней. Посчитал, что Лера, посвятившая каждую минуту своей жизни их дочери, не сможет прокормить малышку самостоятельно. Олег умудрился парой слов выставить её плохой матерью и никудышным работником. Злость и обида подтолкнули Валерию дать ему достойный отпор.
Сразу после смены Лера забрала Соню и сада и по приезде домой собрала их вещи. Галина Ивановна открыла им дверь, не скрывая досады. Она охала и винила себя за то, что перегнула палку в разговоре с Олегом, что она не хотела испортить их отношения ещё сильнее.
– Не переживайте, – отмахнулась Лера. – Рано или поздно я бы узнала, что думает обо мне мой муж на самом деле.
– Лерочка, но ты же не права! Олег ничего такого не имел в виду. Он, как и ты, не хочет расставаться и делить Соню, он же вас любит! Вы оба были на эмоциях, неправильно друг друга поняли.
– Я всё верно поняла: надеяться я могу только на себя, мама.
Олег, как и следовало ожидать, стучался в дверь материнской квартиры, чтобы увидеться с Валерией. Он был вне себя от злости, потому что жена сделала то, от чего он предостерёг её накануне – забрала с собой дочь.
– Мама, если вы пустите сюда Олега, я сегодня же уйду, и ни вы, ни он не будете знать, где мы с Соней находимся. Пусть перебесится. В таком состоянии никакого разговора всё равно не получится.
Галине Ивановне пришлось повиноваться.
Лера не ожидала, что всё зайдёт так далеко, но не сдалась. Несмотря на внешнюю уверенность и неприступность, она испугалась за свой брак. Хотелось свернуться калачиком и плакать, прижимая к себе дочь, хотелось, чтобы голос Олега за входной дверью не был таким сердитым. Она всего лишь хотела понимания и уважения к собственным желаниям, а получила проверку брака на прочность и задумалась, а за того ли человека вышла замуж.
***
Около двух недель Валерия жила с Галиной Ивановной. Свекровь не прекращала попыток вразумить её и пойти Олегу навстречу, но она оставалась непреклонной.
Нужно было отдать Олегу должное: он не изводил супругу звонками и сообщениями, а по выходным, когда Соня оставалась с бабушкой, пока Валерия развозила заказы, проводил время с дочерью.
Лера была благодарна, что супруг не давил на неё. Она скучала по нему и по привычным семейным ритуалам, когда они втроём отправлялись на прогулку или в детский игровой центр, когда вместе смотрели мультики или рисовали, когда готовили вместе обед по воскресеньям и мечтали о том, как сложится их жизнь. Но в то же время Лера наслаждалась тем, чего так хотела: собственными решениями. Она ежедневно получала оплату за свой непыльный труд, лучше узнавала город, в который переехала после окончания школы, завела новые знакомства и ни от кого не зависела. С каждым новым днём Валерия убеждалась, что способна на большее. После окончания ВУЗа она думала только о приближающихся родах и о появлении на свет малышки, которая переврнёт всю её жизнь. Лера перестала думать о себе, как об отдельной личности, и воспринимала себя лишь в составе семьи. Она и Олег стали единым организмом. К карьере супруга Валерия относилась спокойно, ведь его жизнь, которая начиналась, как только он выходил за порог их квартиры, казалась естественной, правомерной, а её личность уменьшилась до статуса домохозяйки. Лера не могла сказать, что не испытывала радости, украшая их новую квартиру и заботясь о близких, но всё внутри неё стремилось к большему, желало вырваться наружу. И теперь она чувствовала ту свободу, к которой стремилась, и могла поговорить с Олегом лишь на тех условиях, что они имеют одинаковые права в их союзе.
Увидев Олега около детского сада, Валерия отпустила руку дочери, и та побежала к нему навстречу. Лера не смогла сдержать улыбки: она очень скучала. Вид у Олега был такой же, как и у неё: взволнованный и виноватый.
– Привет, любимая, – сказал он негромко и, помедлив, приблизился, чтобы поцеловать её в щёку. – У вас нет планов? Может, посидим где-нибудь вместе?
– Привет, Олег. – Лера на мгновение замерла, когда его губы коснулись её щеки. – Доченька, поедем перекусить с папой?
Малышка закивала, прижимаясь к отцовской ноге. При виде этой картины у Валерии сжалось сердце. Не только она привыкала к новым обстоятельствам, их маленькой дочери тоже приходилось нелегко. Она была ещё слишком мала, чтобы понять причину разногласия родителей, но не могла не заметить перемен в их поведении и привычной жизни.
Под внимательным взглядом мужа Валерия вела автомобиль осторожно.
– Ты стала намного увереннее на дороге, – заметил Олег без тени усмешки.
– У меня много практики. Вождение меня успокаивает.
До приезда к кафе супруги больше не разговаривали, только бросали друг на друга взгляды и неловкие улыбки. Лера не знала, что услышит от мужа, усаживающегося напротив за их любимый столик в углу зала, поэтому заговорила раньше, чем он начнёт.
– Олег, я хочу, чтобы ты знал, что я не брошу работу. Сейчас я довольна тем, что делаю. Да, для тебя быть курьером стыдно и не стоит оваций, но мне нравится. Я впервые за два года чувствую, что делаю что-то по собственному желанию, а не потому, что так нужно. Я стала лучше водить, узнала город, больше общаюсь с людьми, но не о том, как пережила период грудного вскармливания, без хвастовства каждым шагом Сонечки. Даже если тебя это не устроит, я не вернусь к прежнему порядку. Я доказала, что могу прекрасно справляться с домашними обязанностями, зарабатывать и уделять Соне достаточно внимания. Теперь я чувствую себя полноценной и хочу, чтобы ты принимал меня такую.
Олег вздохнул и провёл ладонью по своим волосам. Он не выглядел рассерженным или расстроенным. Казалось, он действительно смирился, иначе бы не дожидался её у здания детского сада.
– Я принимаю тебя, Лера. Я, правда, принимаю. Глупо всё получилось. Я даже не понял, как у нас всё к этому пришло. Я и не был против, чтобы ты вышла на работу, потому что Сонька пошла в садик, и у тебя появилось время, но я не понимал, чего тебе действительно не хватало. А потом… – он опустил глаза. – Потом мама наговорила мне всякого. Не знаю, что из этого сказала ты, а что уже она додумала, но, ты меня пойми: я думал, что ты чуть ли не разводиться со мной собралась. Мама неожиданно вывалила это на меня, а я и так весь на нервах из-за нового руководителя со своими порядками. Все вокруг чего-то от меня хотели, все были недовольным тем, что я делаю. И тут ещё мама говорит, что и тебе всё не так. Я просто сорвался и всё, а потом пошёл на принцип. Я никогда не видел тебя такой воинственной. Я не понимал, с чего всё началось, ведь у нас всё было хорошо, и вдруг пошли разговоры о том, с кем останется Соня. Я тебя не узнавал и себя, по правде говоря, тоже.
Поначалу Лера испытала облегчение, но не было похоже, что Олег выговорился.
– Я не хочу вас терять. Я тебя очень люблю, Лер. – Олег потянулся и взял её за руку. – Без тебя я не хочу. Теперь я знаю, чего тебе не хватало, и мне абсолютно не стыдно за то, кем ты работаешь. Даже если захочешь улицы мести, мети, если это будет приносить тебе удовольствие. Ищи себя, испытывай, я не против, финансы позволяют. Пока я строил карьеру, ты вынашивала нашу малышку и всегда была рядом с ней. У тебя не было возможности заняться своим будущим, узнать, чего ты хочешь от себя и от жизни. Я понимаю, что ты уже не та робкая студентка, с которой я познакомился, ты взрослая женщина, ищущая своё место. Ты можешь мне доверять.
Валерия смотрела на мужа глазами полными слёз. Она не ожидала, что его искренность подействует на неё подобным образом. Какими бы путями они не пришли к тому, что имели, рано или поздно они бы столкнулись с недопониманием в любой другой сфере жизни. Их притирка продолжается, и первый крупный конфликт не причина думать о разводе.
– Спасибо тебе, – ответила она, не сумев подобрать слова из-за нахлынувших чувств. Олегу всё было ясно по её глазам. – Я тоже перед тобой виновата. Я закрылась от тебя, защищалась, воспринимая тебя, как врага. Мы оба погорячились.
– Мы научимся спокойнее реагировать, научимся решать проблемы по-другому, – приободрил Валерию Олег. – И лучше нам решать всё вдвоём, без посредников.
– Согласна, – улыбнулась жена ему в ответ.
В квартиру Галины Ивановны Лера и Соня вернулись в компании главы семьи. Увидев их вместе, мать Олега радостно всплеснула руками и обняла детей.
– Вот и молодцы! – смахнув сбежавшую по щеке слезу, сказала она. – Как же я рада! Не могу на вас насмотреться.
– Спасибо вам за всё, и за то, что помогли, когда мне было нужно, – сказала Валерия, крепко обняв свекровь.
– Я почти не обижен, что вы спелись против меня, – шутливо погрозил им пальцем Олег. – Мамуль, чем так вкусно пахнет?
– Пирожки у меня пекутся, с творогом и изюмом. Только за сметаной надо сбегать.
– Мы сходим вместе, – ответила Лера и взяла разувшегося Олега за руку.
---
Автор: Мария М.