Валерия стояла у зеркала в прихожей, поправляя воротник старой куртки. Ткань на локтях уже протёрлась до блеска, молния заедала, но менять не хотелось. Деньги были нужнее на другие цели.
Звонок в дверь прервал её размышления. На пороге стояла мать с огромными пакетами в руках и сияющей улыбкой на лице.
Валерочка, смотри, что я купила! Нина Петровна протиснулась в квартиру, не дожидаясь приглашения. Такая красота попалась в бутике, я просто не смогла пройти мимо.
Валерия помогла матери раздеться и проводила её на кухню. Нина Петровна тут же начала доставать из пакетов покупки, будто фокусник, вытаскивающий кроликов из шляпы.
Посмотри на эту шубу! она развернула роскошную норковую шубу цвета тёмного шоколада. Представляешь, скидка была тридцать процентов! Я же не могла упустить такую возможность.
Валерия молча разглядывала шубу. Качественный мех, безупречный пошив, дорогая подкладка. Даже со скидкой такая вещь стоила как её зарплата за полгода.
Мам, она действительно красивая, осторожно сказала Валерия. Но зачем тебе вторая шуба? У тебя же есть та, чёрная.
Та уже старая, носить неудобно. А эта такая лёгкая, тёплая. И цвет какой необычный! Нина Петровна прижала шубу к себе и покрутилась перед зеркалом в коридоре. В моём возрасте нужно позволять себе красивые вещи. Жизнь коротка.
Валерия поставила чайник и достала печенье. Мать расселась за столом, продолжая восхищаться покупкой.
А ещё я взяла себе сапоги к шубе, Нина Петровна вытащила элегантные замшевые сапоги на каблуке. И сумочку. Нельзя же носить шубу за сто тысяч с дешёвыми аксессуарами.
Валерия поперхнулась чаем.
Сто тысяч? Мама, ты серьёзно?
Ну, изначально она стоила сто сорок, но со скидкой вышло ровно сто. Очень выгодно получилось.
Валерия села напротив матери, пытаясь переварить услышанное. Сто тысяч рублей. Именно такую сумму она уже третий месяц копила на лечение сына. Андрею требовалась дорогостоящая операция, которую в их городе не делали. Приходилось откладывать каждую копейку, отказывая себе во всём.
Мам, а откуда у тебя такие деньги? тихо спросила Валерия.
Накопила потихоньку, беззаботно махнула рукой Нина Петровна. Пенсия небольшая, конечно, но я экономная. Вот и получилось отложить.
Валерия вспомнила, как ещё месяц назад мать жаловалась на нехватку денег, просила помочь с коммунальными платежами. Дочь тогда отдала последние накопленные пять тысяч, хотя они были предназначены для Андрея.
Мама, помнишь, ты говорила, что еле сводишь концы с концами? Что пенсии не хватает даже на лекарства?
Ну, это было раньше. А сейчас появилась возможность, вот я и решила побаловать себя. Нужно же иногда жить для себя, а не только думать о проблемах.
Нина Петровна встала и снова примерила шубу, любуясь собой в отражении холодильника.
Кстати, Валя, как дела у Андрюши? Вы уже решили с операцией?
Пока ещё собираем деньги, ответила Валерия. Не хватает около сорока тысяч.
А долго ещё собирать будете?
Врач говорит, что затягивать нельзя. Максимум до конца года. Андрей уже хуже себя чувствует, часто жалуется на боли.
Валерия встала и начала мыть чашки, чтобы не смотреть на мать в новой шубе. Руки дрожали от накатившей злости.
А что говорит Виктор? Неужели зять не может помочь с деньгами? продолжала расспрашивать Нина Петровна.
Виктор потерял работу два месяца назад. Ищет новую, но пока безуспешно. Вся нагрузка на мне.
Понятно. Тяжёлая ситуация.
Мать вернулась к столу, аккуратно сложила шубу в пакет. Валерия обернулась и увидела, что Нина Петровна разглядывает свои ногти, словно тема внука её уже не интересовала.
Мам, а ты не могла бы одолжить денег на лечение Андрея? решилась наконец спросить Валерия. Я обещаю вернуть, как только муж найдёт работу.
Нина Петровна подняла на дочь удивлённые глаза.
Валя, дорогая, я бы с радостью, но у меня нет таких денег. На шубу я потратила все свои накопления.
Но ты только что купила её за сто тысяч! Может, вернёшь в магазин? Или продашь? в голосе Валерии появились отчаянные нотки.
Как ты можешь такое предлагать? возмутилась мать. Я так долго об этой шубе мечтала! И потом, чек я уже выбросила, а без него вещь не примут обратно.
Валерия села за стол, чувствуя, как внутри всё закипает. Андрей, её единственный сын, нуждался в помощи, а бабушка покупала себе роскошные меха.
Мама, речь идёт о здоровье твоего внука.
Я понимаю, что тебе сейчас тяжело, Нина Петровна погладила дочь по руке. Но почему я должна отказываться от всех радостей в жизни? Я всю молодость потратила на то, чтобы тебя поднять, работала на трёх работах, отказывала себе во всём. Теперь у меня есть возможность хоть немного пожить для себя.
А внук? Он что, не заслуживает твоей помощи?
Заслуживает, конечно. Но не за счёт моего полного самоотречения. Ты же взрослая женщина, сама разберёшься с проблемами.
Валерия встала и подошла к окну. На улице шёл мокрый снег, прохожие торопливо прятались под зонтами и в подъездах. Где-то там, в детской больнице, лежал Андрей и ждал, когда родители наконец соберут нужную сумму.
Ты же экономишь на себе, дай денег брату! вдруг возмутилась Нина Петровна, заметив задумчивость дочери.
Какому брату? не поняла Валерия.
Ну, в смысле, родственнику. Андрею. Ты же на себе экономишь, вон куртка какая старая, а внуку не помогаешь нормально.
Валерия обернулась и посмотрела на мать с недоумением. Логика этих слов поражала своей абсурдностью.
Мама, я как раз и коплю деньги на лечение сына. Поэтому и хожу в старой куртке.
А я что, должна тоже в старье ходить? Мне уже семьдесят лет, сколько мне ещё осталось красивые вещи носить?
Но Андрей твой внук!
И что? Это ваш ребёнок, вы и должны о нём заботиться. А я уже своё отдала, пока тебя растила.
Валерия почувствовала, как слёзы подступают к горлу. Она всегда считала, что мать её поймёт и поддержит в трудную минуту. Но реальность оказалась жестокой.
Хорошо, тихо сказала Валерия. Я поняла твою позицию.
Не обижайся, дочка, Нина Петровна поднялась и обняла Валерию. Просто у каждого свои приоритеты. Ты найдёшь деньги, обязательно найдёшь. А шуба у меня одна и больше такой не будет.
Мать собрала свои покупки и направилась к выходу. У двери она обернулась.
Кстати, завтра иду к Людмиле Ивановне в гости, покажу новую шубу. Она так завидовать будет! А ты не расстраивайся, всё наладится.
Дверь закрылась, и Валерия осталась одна в тишине пустой квартиры. Она подошла к столу, где лежали документы для операции Андрея, и внимательно перечитала сумму. Сорок тысяч рублей. Меньше половины от стоимости материнской шубы.
Валерия достала телефон и набрала номер больницы. Нужно было узнать, можно ли отложить операцию ещё на месяц. Может быть, за это время удастся найти недостающие деньги. А может, придётся просить в долг у коллег или обращаться в благотворительные фонды.
Она посмотрела на свою старую куртку, висящую в прихожей. Завтра снова наденет её и пойдёт на работу. Будет экономить на обедах и проезде, откладывать каждый рубль. А через несколько дней мать, наверное, позвонит и пожалуется, что денег на продукты не хватает.
Валерия вздохнула и набрала номер врача. Жизнь продолжалась, и нужно было искать выход из ситуации самостоятельно, не рассчитывая на помощь тех, кто мог бы её оказать.
За окном продолжал идти мокрый снег, и город постепенно укрывался белым покрывалом. Где-то в этом городе женщина в новой норковой шубе показывала покупку подругам, а её дочь сидела дома и думала о том, как спасти сына.