Первый раз он написал мне в мессенджере вечером после планёрки - ничего особенного, просто:
«Не хочешь пересечься после работы, кофе выпить? Без повода».
Я тогда не придала значения - подумала, что, может, ему нужно что-то уточнить по проекту или он просто хочет поговорить по душам, как это иногда бывает в утомительных офисных коллективах, где хочется найти хоть какое-то человеческое тепло. Но когда спустя неделю ту же самую фразу, слово в слово, получила Катя, а ещё через пару дней - Лера, я вдруг поняла, что перед нами вовсе не вежливый и немного застенчивый коллега, а самый настоящий офисный ловелас, который считает каждую женщину в коллективе потенциальной целью.
На вид он был вполне обычным: немного за тридцать, хорошо одет, выбрит и аккуратно подстрижен, любил надевать рубашки с закатанными рукавами и часто ходил с кружкой кофе по отделу, задерживая взгляд то на одной, то на другой из нас. В работе был неплох - не гений, но старательный, исполнительный, часто улыбался и никогда не отказывался помочь, если нужно было подменить кого-то на встрече.
И всё бы ничего, если бы не его странная стратегия коммуникации, суть которой заключалась в том, чтобы поочерёдно «прощупывать» всех женщин, проверяя, кто откликнется на его вежливые «встретимся после».
Откровенно говоря, сначала это было даже забавно. Мы с Катей шутили, что у него, похоже, какой-то внутренний календарь, по которому он распределяет внимание. Но когда и Лера, и Таня, и даже стажёрка Юля рассказали, что получали от него те же сообщения с одинаковым формулировками, мы поняли, что пора либо игнорировать, либо перевернуть ситуацию так, чтобы он почувствовал, что мы не просто наблюдаем, а вполне способны договориться.
Ближайшее утро мы провели в маленькой переговорке, закрывшись там якобы для брейншторма. На самом деле мы обсуждали только одно - как лучше ответить ему так, чтобы было не грубо, но достаточно прозрачно. Вариантов было много: от коллективного игнора до ироничной массовой переписки. В итоге решили, что каждая из нас согласится встретиться с ним в один и тот же вечер, в одном и том же месте. Так, чтобы он не понял подвоха до последнего момента.
Весь день мы держали лицо: писали отчёты, отвечали на письма, устраивали звонки. Он, как обычно, прохаживался с кружкой кофе и заглядывал в глаза чуть дольше, чем это необходимо для делового взаимодействия. Первой откликнулась Катя. Она написала: «После шести свободна. Кофе - звучит». Через час - Лера: «Почему бы и нет? Только не поздно». Потом - я: «С удовольствием, скажи, где встречаемся». Он отвечал коротко, но с энтузиазмом, похоже, радуясь своей «успешности».
Выбрали кафе недалеко от офиса, на пересечении двух улиц, где часто сидят сотрудники нашей компании. Каждая из нас должна была прийти с разницей в пять минут, так, чтобы он не успел сориентироваться. Вечером, немного волнуясь, я подошла к окну кафе и увидела, как он уже сидит за столом, листает телефон, нервно смотрит на часы. Катя уже была там, с бокалом белого вина, и, судя по её лёгкой полуулыбке, ей всё это начало доставлять эстетическое удовольствие.
Затем вошла Лера - не растерялась, подошла, села рядом, поздоровалась, как будто всё идёт по плану. И наконец - я. Подошла, поздоровалась и, не садясь, спросила:
«Ну что, Сергей, не тесновато будет?»
Он смотрел на нас троих с растерянной улыбкой и даже не пытался шутить. Мы не устраивали допроса. Просто начали беседу между собой - о работе, погоде, выходных. А он сидел посередине, понимая, что это вечер - не про «кофе», не про свидание и даже не про флирт. Это вечер про вежливую, но очень чёткую границу, которую мы все вместе провели.
В какой-то момент он попытался взять инициативу:
«Слушайте, девочки, не подумайте ничего плохого, я просто хотел лучше узнать…» - но Катя перебила его, мягко, но жёстко:
«Мы ничего не думаем. Просто в следующий раз, когда ты решишь написать кому-то “встретимся после”, постарайся вспомнить, что мы все работаем вместе. И у нас, между прочим, отличная память».
Он кивнул, пробормотал что-то вроде «понял», расплатился за напитки и вышел, не попрощавшись.
Мы сидели ещё полчаса. Смеялись, вспоминали детали его сообщений, радовались тому, что смогли сделать это легко, без скандала, без жалоб в отдел кадров. Не потому что испугались, а потому что знали: такие, как он, не боятся начальства — они боятся открытой и согласованной реакции. Когда ты не одна, когда вы — команда, и ваша сила — в прозрачности.
После этого он действительно стал другим. Не грубым, не отстранённым — просто осторожным. Он по-прежнему был вежлив, но больше не писал «встретимся». Кому бы то ни было. В коллективе между нами появилось то, что раньше отсутствовало: ощущение поддержки. Мы начали больше разговаривать, обсуждать, иногда обедать вместе. И это было настоящим следствием той самой «встречи после работы».
А встречались ли вам подобные "ловеласы" на работе? Делитесь вашими историями в комментариях - уверена, что там есть над чем посмеяться!