Ксения сидела на кухне и смотрела в окно, когда услышала, как открылась входная дверь. Она узнала поступь свекрови сразу — тяжёлую, уверенную, властную. Валентина Петровна никогда не стучала в их квартиру, хотя у неё был свой дом в другом конце города. Она просто входила, потому что считала эту квартиру своей.
— Ксюша! Где ты? — голос свекрови разнёсся по квартире.
— На кухне, — отозвалась Ксения, допивая чай.
Валентина Петровна вошла, сбросила туфли прямо у порога и прошла к столу. Села напротив, не снимая пальто.
— Андрей дома?
— Нет, на работе.
— Понятно. Тогда поговорим с тобой.
Ксения приготовилась. Когда свекровь хотела поговорить без сына, это означало только одно — будет скандал.
— Я всё поняла, — начала Валентина Петровна, складывая руки на груди. — Ты думаешь, что очень умная. Что можешь манипулировать моим сыном. Но я тебя раскусила.
— О чём вы говорите? — Ксения поставила чашку на стол.
— О том, что ты втираешься в доверие к Андрею, чтобы получить всё его имущество. Квартиру эту, машину, деньги. Я же вижу, как ты прибрала его к рукам!
Ксения глубоко вдохнула. Такие разговоры происходили регулярно. Свекровь была убеждена, что невестка вышла замуж по расчёту.
— Валентина Петровна, мы уже это обсуждали сто раз. Я люблю Андрея. Мне не нужны его деньги.
— Не нужны? — свекровь усмехнулась. — Тогда почему ты заставила его переписать на тебя половину квартиры? А?
— Я не заставляла. Это было его решение. После свадьбы мы оформили всё по закону.
— По закону! — Валентина Петровна встала, начала ходить по кухне. — Ты знаешь, чьи деньги пошли на эту квартиру? Мои! Я продала дачу, чтобы купить жильё сыну! А теперь половина принадлежит тебе!
— Андрей ваш сын. Разве это не нормально, что вы помогли ему?
— Помогла ему, а не тебе! — свекровь ткнула пальцем в её сторону. — И знаешь что? Я всё это исправлю. Я лишу тебя всего. Андрей разведётся с тобой, и ты уйдёшь с пустыми руками!
Ксения молча смотрела на разъярённую женщину. Внутри поднималась злость, но она сдерживалась.
— У вас нет оснований для развода. Мы с Андреем счастливы.
— Счастливы? — Валентина Петровна рассмеялась. — Я найду основания. Поверь мне. У меня есть связи, есть знакомый адвокат. Он найдёт способ признать брак недействительным.
— Это смешно.
— Вот увидишь, смешно ли. Я докажу, что ты вышла за него по расчёту. Что обманула его. И тогда ты потеряешь всё. Квартиру, машину, деньги. Всё!
Свекровь схватила сумку и вышла, громко хлопнув дверью. Ксения осталась сидеть на кухне, сжав кулаки. Это был уже не первый такой разговор. Но сегодня Валентина Петровна зашла слишком далеко.
Вечером Андрей пришёл домой усталый. Сбросил пиджак, поцеловал жену в щёку.
— Как день прошёл?
— Твоя мама приходила, — сказала Ксения, накрывая на стол.
Андрей застыл.
— И что она хотела?
— Обычное. Говорила, что я вышла за тебя по расчёту. Что заберёт всё имущество. Что найдёт способ развести нас.
Андрей тяжело вздохнул, сел за стол.
— Ксюш, прости её. Она просто боится потерять меня. Я единственный сын у неё.
— Я понимаю. Но это уже слишком. Она угрожает мне.
— Я поговорю с ней.
— Ты уже говорил. Сто раз. Ничего не меняется.
Андрей промолчал, начал есть. Ксения смотрела на него и думала о том, что пора действовать. Больше терпеть эти унижения она не будет.
На следующий день Ксения позвонила подруге Олесе, которая работала юристом.
— Оль, мне нужна консультация. Можешь встретиться?
Они встретились в кафе. Олеся выслушала историю, нахмурившись.
— Понимаешь, свекровь не имеет никаких прав на вашу квартиру. Даже если она вкладывала деньги. Квартира оформлена на Андрея и на тебя. Она может только угрожать, но сделать ничего не сможет.
— А если найдёт адвоката, который подаст на признание брака недействительным?
— По каким основаниям? У тебя же всё чисто? Ты не скрывала, что у тебя есть другой муж? Не обманывала Андрея?
— Конечно, нет.
— Тогда им не на что опереться. Но знаешь что? Лучше подстраховаться.
— Как?
Олеся задумалась, покрутив в руках ложечку.
— Начни записывать все её угрозы. Каждый разговор, каждое сообщение. Если дойдёт до суда, это станет доказательством давления на тебя.
— Записывать? Как?
— Диктофон на телефоне. Или скрытая камера. Сейчас есть маленькие, незаметные. Установишь дома, и всё будет фиксироваться.
Ксения задумалась. Это было не совсем честно, но разве честно то, что делала с ней свекровь?
— Хорошо. Я подумаю.
Вечером она заказала в интернете небольшую камеру. Продавец обещал доставку через два дня. Ксения волновалась, но знала, что делает правильную вещь.
Камера пришла быстро. Маленькая, размером с флешку, она легко пряталась на книжной полке в гостиной. Ксения установила её так, чтобы она снимала диван и кресла, где обычно сидели, когда разговаривали.
Ждать пришлось недолго. Валентина Петровна появилась уже через три дня. Как обычно, без предупреждения.
— Андрей дома? — спросила она с порога.
— Нет.
— Отлично. Нам нужно серьёзно поговорить.
Они прошли в гостиную. Ксения села на диван, свекровь в кресло напротив. Камера снимала их обеих.
— Я хочу, чтобы ты ушла от моего сына, — начала Валентина Петровна без предисловий.
— Почему я должна это сделать?
— Потому что ты ему не пара. Он заслуживает лучшего.
— Это он должен решать, а не вы.
— Он не видит, что ты за человек! — свекровь повысила голос. — Но я вижу! Ты хитрая, расчётливая. Вышла за него ради квартиры и денег!
— Это неправда.
— Правда! И я это докажу! Я найду способ лишить тебя всего! У меня есть знакомые в суде, есть адвокаты. Мы подадим на аннулирование брака, докажем, что ты обманула Андрея!
— По каким основаниям?
— По любым! — Валентина Петровна встала, начала ходить по комнате. — Скажем, что ты скрывала долги. Или что у тебя были психические проблемы. Или что брак фиктивный!
Ксения молчала, слушая. Камера всё записывала.
— И знаешь что ещё? — свекровь остановилась перед ней. — Я уговорю Андрея подать на развод. Скажу ему, что ты изменяешь. Он мне поверит. Он всегда верит матери.
— Вы будете врать?
— А что мне остаётся? Ты не уходишь сама, значит, придётся тебя выгнать!
— Валентина Петровна, вы понимаете, что шантажируете меня?
— Называй как хочешь. Главное, что ты уйдёшь. И уйдёшь с пустыми руками. Без квартиры, без денег. Ничего ты не получишь!
Свекровь схватила сумку и ушла. Ксения осталась сидеть на диване, чувствуя, как колотится сердце. Она подошла к полке, выключила камеру, скачала запись на компьютер.
Вечером показала видео Андрею. Он смотрел, бледнея.
— Я не знал, что она заходит так далеко, — сказал он тихо. — Ксюш, прости. Я поговорю с ней. Серьёзно поговорю.
— Не надо, — Ксения выключила ноутбук. — Я сама с ней разберусь.
— Как?
— Увидишь.
На следующий день Ксения позвонила Валентине Петровне.
— Нам нужно встретиться.
— Зачем? — голос свекрови был холодным.
— У меня есть кое-что для вас. Приезжайте сегодня вечером. Андрея не будет.
Валентина Петровна приехала ровно в семь. Вошла с видом победительницы.
— Ну что, решила уйти сама? Умная девочка.
— Садитесь, — Ксения кивнула на кресло.
Свекровь села, положив сумку на колени. Ксения достала ноутбук, поставила на стол перед ней.
— Хочу показать вам кое-что.
Она включила видео. Валентина Петровна сначала не поняла, что это. Потом узнала себя, свой голос. Побледнела.
— Это... это что?
— Запись нашего последнего разговора. Где вы угрожаете мне, шантажируете, обещаете использовать связи для фальсификации дела в суде.
Свекровь вскочила.
— Ты записывала меня тайно? Это незаконно!
— На самом деле, нет, — спокойно сказала Ксения. — Запись в собственном доме не является нарушением закона. Особенно если она доказывает угрозы в мой адрес.
— Ты... ты не посмеешь это использовать!
— Почему же? Если вы попытаетесь лишить меня чего-либо, я передам эту запись в суд. И тогда уже вам придётся объясняться. Покушение на фальсификацию судебного дела это серьёзная статья.
Валентина Петровна опустилась обратно в кресло. Лицо её было белым.
— Что ты хочешь?
— Чтобы вы оставили меня в покое. Перестали приходить сюда без приглашения. Перестали угрожать мне. И перестали настраивать Андрея против меня.
— А если я откажусь?
Ксения пожала плечами.
— Тогда эта запись уйдёт не только в суд. Я размещу её в интернете. Пусть все ваши знакомые увидят, как вы на самом деле относитесь к семье сына.
Свекровь сжала губы.
— Ты шантажируешь меня.
— Я защищаю себя. Вы сами научили меня играть жёстко.
Они смотрели друг на друга. Валентина Петровна первая отвела взгляд.
— Хорошо. Я оставлю тебя в покое. Но знай: я всё равно считаю, что Андрей заслуживает лучшего.
— Это ваше право. Но решать, с кем ему быть, будет он сам.
Свекровь встала, взяла сумку.
— Я надеюсь, ты не покажешь эту запись Андрею.
— Не покажу. Если вы будете вести себя прилично.
Валентина Петровна вышла. На этот раз тихо, без хлопанья дверью.
Ксения закрыла ноутбук, откинулась на спинку дивана. Всё тело дрожало от напряжения, но она сделала это. Защитила себя. Показала, что не так слаба, как думала свекровь.
Андрей вернулся домой поздно. Спросил, приходила ли мама.
— Приходила, — кивнула Ксения. — Мы поговорили. Думаю, больше проблем не будет.
— Правда? О чём вы говорили?
— О том, что я не собираюсь никуда уходить. И что она должна принять меня как часть твоей жизни.
Андрей обнял жену.
— Спасибо. Я знал, что ты справишься.
Ксения улыбнулась. Да, она справилась. Но какой ценой. Пришлось стать жёсткой, научиться играть по чужим правилам.
Валентина Петровна действительно больше не приходила без приглашения. Звонила заранее, спрашивала разрешения. На семейных праздниках вела себя сдержанно, не делала колких замечаний.
Ксения иногда ловила на себе её взгляд, полный неприязни, но свекровь молчала. Знала, что у невестки есть козырь, который лучше не разыгрывать.
Олеся, узнав обо всём, похвалила подругу.
— Молодец. Я бы на твоём месте побоялась так действовать.
— Я тоже боялась, — призналась Ксения. — Но больше боялась потерять семью.
— И правильно сделала. Иногда нужно показывать зубы.
Ксения кивнула. Да, иногда нужно. Особенно когда тебя загоняют в угол.
Прошло несколько месяцев. Отношения с Валентиной Петровной стали нейтрально-вежливыми. Не близкими, но терпимыми. Свекровь больше не пыталась вмешиваться в их жизнь, не угрожала.
Однажды она даже принесла пирог, испечённый сама.
— Андрюша любит мои пироги, — сказала она, протягивая коробку Ксении.
— Спасибо, — Ксения взяла пирог. — Проходите, чай поставлю.
Они сидели на кухне, пили чай. Разговор был натянутым, но без откровенной враждебности.
— Ты знаешь, — вдруг сказала Валентина Петровна, — я думала о том, что ты сказала тогда. Что решать, с кем быть, должен Андрей сам.
— И?
— И ты была права. Я слишком сильно держусь за сына. Боюсь его потерять.
Ксения промолчала, не зная, что ответить.
— Просто пойми меня, — продолжила свекровь. — Я одна его растила. Отец ушёл, когда Андрею было три года. Я работала на двух работах, чтобы дать ему образование, купить квартиру. Всю жизнь посвятила ему.
— Понимаю, — кивнула Ксения. — Но он взрослый человек. Имеет право на свою жизнь.
— Знаю. Просто трудно отпустить.
Они допили чай. Валентина Петровна ушла, пообещав зайти на следующей неделе.
Ксения рассказала Андрею об этом разговоре вечером.
— Похоже, она начинает понимать, — сказал он, обнимая жену. — Спасибо, что не сдалась. Что боролась за нас.
— Я всегда буду бороться за нас, — улыбнулась Ксения. — Даже если придётся использовать нечестные методы.
— Какие нечестные методы? — Андрей удивлённо посмотрел на неё.
— Не важно. Просто знай, что я на твоей стороне. Всегда.
Они обнялись, и Ксения подумала о том, что, возможно, та запись больше не понадобится. Возможно, свекровь действительно изменилась. Но если нет, то козырь всегда был при себе.
Иногда в жизни нужно быть готовым играть жёстко. Защищать своё, не давать себя в обиду. И Ксения научилась этому. Научилась вести свою игру, держать козыри в рукаве, не показывая их раньше времени.
Свекровь думала, что может лишить её всего. Но не знала, что невестка тоже умеет играть. И играет на победу.