Первая часть здесь: https://dzen.ru/a/aSMqURB9U0OVoMKG?share_to=link
– Ну, всё, чемпион, капец тебе, – очухавшийся Киля направился в сторону Сергея.
Дверь раздевалки неожиданно раскрылась, а в проёме возник высокий мускулистый парень, лет восемнадцати. Попов уже знал, что это Игорь Сапожников, которого все звали Барсом, кандидат в мастера спорта.
– Ты что это, Киля, на салагах тут опять тренируешься? На прошлых соревнованиях против новокуйбышевских зассал выходить, а здесь, значит, расхрабрился.
– Барс, а давай я ему пробью, – сказал коротышка, вынырнувший из-за спины камээсника. Он, несмотря на свои семнадцать, был с тоненькими, как спички, руками и ростом чуть ниже Сергея. Его можно было легко принять за ребёнка. Лишь мужественное лицо с едва пробивающимися тоненькими усиками над верхней губой говорило о его возрасте.
– Это не помешает, Толик, – улыбнулся Барс, – хотя видно, что Киле уже пробивали в табло сегодня.
– Я тогда легонько, – сказал Толик, быстро, словно подтанцовывая, приблизившись к огромному Киле.
Малыш без замаха коротко ткнул правой рукой прямо в солнечное сплетение. Киля согнулся пополам и начал хватать широко открытым ртом воздух.
– Вали отсюда и больше не попадайся на глаза, – зло сказал Барс, и, обращаясь к Сергею, продолжил: – Как тебя хоть звать-то, боец?
Удивленный тем, как коротышка с лёгкостью заставил задыхаться здоровенного Килю, пацан ответил.
– Оставайся, Серый, с нами на вторую тренировку! – Барс дружески хлопнул его по плечу.
– Так сейчас же старшая группа будет заниматься! Кто ж меня допустит? Да и по возрасту не подхожу.
– Возраст – это нестрашно. Я Николаича уговорю, будешь посещать две тренировки в день. Поставим тебя в пару к мухачу Толику (мухач, так называют боксёров в весовой категории 48-51 кг). По весне обкатаем тебя на межклубных, а через год, глядишь, на областные выйдешь. Как, Толик, поработаем с парнишкой?
Коротышка кивнул, улыбнувшись, стремительно закинул Сергея, как мешок, на плечо и легко потащил в зал.
После тренировки Сергей летел, словно на крыльях, в подвал, рассказать Разумову о своей победе.
Хорошо разогретый Виктор Васильевич бил кожаную грушу, отрабатывая свои странные, как казалось парнишке, комбинации.
– У меня всё получилось, как мы задумали! Спасибо! Я со старшаками подружился. Меня даже на вторую тренировку оставили, – взахлёб хвалился Попов.
– Ты молодец, Серёжа, поздравляю, – порадовался учитель. – А вот скажи мне, кто победит в уличной драке, боксёр или хулиган?
– Боксёр, конечно, – уверенно ответил паренёк.
– Спортсмен ограничен правилами, для хулигана же запретов никаких не существует. Он постоянно на улице, регулярно устраивает конфликтные ситуации, на каждую из которых имеется своя заготовка в виде припрятанного ножа, дубинки, кастета или парочки друзей в засаде. Боксёр же на это не рассчитывает, думая, что с ним будут драться по определенным нормам. Кроме того, всё, что ниже пояса, боксёр просто не обучен защищать. Предлагаю тебе попробовать включить в твою боксёрскую технику ноги и локти.
– То есть то, что Вы делаете на мешке? – глаза Сергея загорелись. – Это какая-то разновидность карате?
К этому времени карате уже было запрещено в Советском Союзе, и поговаривали, что за его преподавание нескольких человек отправили в тюрьму на пять лет.
– Нет, Сергей, это не карате, хотя некоторые приёмы и похожи. Это тайский бокс или муай-тай, о нём в нашей стране почти ничего не известно. Я же приобщился к нему, будучи в командировке военным советником в одной из стран Юго-Восточной Азии. Но об этом не стоит никому говорить. А ты знаешь, что наша чудесная Родина в своё время даже обычный бокс запрещала как чуждое буржуазное занятие?
Попов удивлённо покачал головой.
– Да, глупость российская неистребима, – Разумов вздохнул. – Ладно, сегодня займёмся одной интересной штукой: обороной в положении лёжа, когда твой противник находится на ногах. Ложись на мат и пробуй защищаться.
Ученик лёг, свернулся, поджав колени и закрыв голову руками. Учитель подошёл к Сергею и больно пнул ногой по почке. Затем он слегка, словно скользя, сдвинулся и ударил в поддых. Пацан скривился от боли.
– Никогда, слышишь, никогда так больше не делай! Такая защита в позе эмбриона ведёт к инвалидности или смерти. Это я тебя легонько приложил, обутый в кеды. А теперь представь, если это делать в сапогах или в ботинках, да ещё и по позвоночнику или затылку, – отчитывал Разумов. – А теперь смотри, как надо, – Виктор Васильевич лёг на покрытие из дермантина спиной. – Попробуй ударить меня!
Сергей, поочерёдно переставляя ноги, пытался достать наставника. Учитель перекрывал предплечьями голову и туловище, волчком кружась по поверхности, отвечая ударами ног по голеням нападавшего. Затем Разумов сделал ловкий кувырок назад через голову и, оттолкнувшись руками, принял вертикальное положение.
– Вот так надо действовать. Необходимо сопротивляться до последнего. Ты не побеждён, до тех пор, пока сам не сдался. Давай падай на пол – будем отрабатывать.
В тренировках, музыкальных занятиях и беседах с Разумовым прошло несколько лет…
Солнечным майским днём высокий худощавый семнадцатилетний юноша пружинящей походкой подходил к кирпичному многоквартирному двухэтажному дому. Он был одет в модный джемпер зелёного цвета с надписью «Žalgiris» на груди, тёмно-синие джинсы-пирамиды и «адидасовские» кроссовки. Молодой человек спешил: он выиграл республиканское первенство и теперь в его разрядной книжке красовалась надпись «кандидат в мастера спорта». Он долго стучал в дверь, обитую чёрным дерматином. Наконец послышались шаги и звук открывающегося замка.
– Здорово, Василич, я турнир, за которого КМС дают, выиграл, – начал молодой человек прямо с порога.
– Поздравляю, Серёжа, – обрадовался Разумов, и, несколько смущаясь, продолжил, – ты проходи.
Они прошли на кухню, где Сергей увидел стоящую на газовой плите сорокалитровую флягу. К крышке ёмкости был прикручен штуцер с трубочкой-змеевиком. Она тянулась к водопроводному крану и заканчивалась возле стеклянной банки, в которую капала прозрачная жидкость. Попов видел такую конструкцию впервые. Он, любопытствуя, поднес палец к тоненькой струйке, затем – к носу, понюхал. После чего взял чайную чашку, подставил под змеевик, налил себе немного и выпил. Василич с интересом наблюдал за воспитанником. Алкоголь Сергей пробовал впервые. Напиток немного обжёг горло, спустился по пищеводу, отдавая тепло.
– Да вот, гараж строю, надо самогону нагнать, с рабочими рассчитаться, – пояснил Разумов. – Тебе, может, налить, Серёга?
– Мне нельзя, у меня режим.
– Я сейчас закончу, надо ещё за пивом съездить, да и ещё кое-куда заскочить. Поможешь мне?
Сергей, соглашаясь, кивнул.
Через некоторое время они мчались с бешеной скоростью на новенькой «Яве 350», которую местные назвали «короткокрылкой», по улицам городка. Василич, управляя мотоциклом, смотрел не на дорогу, а куда-то вбок, выставляя вперёд своё левое ухо. Ездил он так всегда, говоря интересующимся, что дорогу он всё равно из-за плохого зрения не видит, но слышит звуки, приближающихся транспортных средств и пешеходов. Впрочем, аварий он не совершал.
Разумов остановил «Яву» возле пивного ларька, к окошку которого выстроилась большая очередь.
– Серёга, купи, пожалуйста, пива, а я пока в одно место сгоняю.
Попов с пластиковой канистрой в руках встал в длинный конец очереди. До заветного окошка, куда покупатели просовывали пустую тару, а назад получали полную и отходили с довольными лицами, оставалось человек десять. Вдруг поднялась какая-то возня, и Сергей увидел, как киоск стали штурмовать двое ханыжного вида парней. Им было лет по двадцать пять, но следы беспробудного пьянства уже нарисовали на их лицах красноречивые отметины. Это были известные всему городу хулиганы Плохиш и Львёнок. Граждане, опустив глаза, расступались, не желая связываться со шпаной.
Попов, возмущённый таким поведением, крикнул:
– Эй, парни, не наглейте! Отойдите, встаньте в конец.
Но Плохиш ловким, заученным движением уже просунул две трёхлитровые банки в окошко. Обернулся назад, и, хитро улыбаясь, сказал:
– Торопимся мы. А ты, комсомолец, не борзей, а то по ушам получишь.
Продолжать инцидент Сергею не хотелось, и он промолчал. Через несколько минут Попов, довольный тем, что его утомительное стояние в очереди закончилось, завернул за угол пивного ларька, туда, где была заброшенная стройка здания городского рынка. На пустыре кружком сидела на деревянных ящиках компания из четырёх человек. В центре располагался импровизированный из той же тары столик, на котором стояло пиво в стеклянных банках. Это были всё те же Плохиш и Львёнок, а также коренастый Борун или Бурун. Серёга точно не знал, как произносится его кличка. Возглавлял эту братию огромный Кореец. Сейчас он, держа почти полную трёхлитровую банку своей большущей пятернёй, потягивал пенистый напиток. «Вот, чёрт, и угораздило же меня нарваться, – подумал Сергей. – Надо сваливать». Но было поздно, его уже заметили.
– О, на ловца и зверь бежит! – воскликнул Львёнок. – Комсомолец, тащи сюда свою канистру!
Серёга остановился, поставил пластиковую ёмкость на землю и огляделся по сторонам, оценивая местность. Он, сообразив, что сейчас здесь произойдёт, приготовился. Конечно, можно было убежать, минуя драку, но отступать Попов не привык.
– Ну, ты чё? Не понял, что тебе старшие говорят? Быстро на цырлах сюда метнулся, – изображая из себя бывалого зека, прогнусавил Плохиш.
Сергей не двигался. Плохиш и Львёнок, будто по команде, синхронно поднялись с ящиков и начали приближаться к нему. Отсидев за паршивую кражу по полгода в колонии-поселении и недавно освободившись, они старались вести себя, как блатные, словно провели в заключении долгие годы.
– Ты посмотри-ка, а парнишка-то прикинутый, – сказал Плохиш, оценивая одежду Сергея. – И свитерок, и джинсы, и прохоря. Фирма! Скидавай-ка всё!
О Плохише Попов был наслышан. Он обладал злобным характером и был способен на разную подлость, как и его тёзка из сказки Гайдара про Мальчиша-Плохиша, продавшего буржуинам военную тайну. Его тело, опухшее от беспробудного пьянства, казалось вялым. Но Серёга знал, что тот может исподтишка нанести удар кастетом или использовать в драке любой тяжёлый предмет.
Львёнок, почувствовав лёгкую наживу, нагло ощерился, обнажив прокуренные жёлтые зубы. Он, среднего роста, худощавый и сутулый, был одет в майку-алкоголичку, растянутые треники и тряпочные тапочки. Грязные, давно не мытые длинные волосы свисали до плеч, прикрывая торчащие уши. Он всем своим видом походил на львёнка из мультфильма про большую черепаху.
Сергей, дивясь поразительному сходству Львёнка с мультяшным персонажем, невольно улыбнулся, мысленно похвалив русский народ, который способен наградить человека метким прозвищем, дающим точную характеристику личности.
– Ну и чё ты лыбишься? – выдохнул Плохиш перегаром. – Снимай вещички! Быстро!
Плохиш замахнулся правой рукой, угрожая. Он видел перед собой семнадцатилетнего салагу, и исход этой встречи был ему ясен. Отсутствие жира делали Серёгу похожим на худосочного парня, его крепкий мышечный корсет был незаметен под свободным джемпером. Внешнее впечатление всегда обманчиво.
«Наверное, казус белли наступил, и ожидать начала боевых действий со стороны противника не стоит», – подумал Сергей и пробил два коротких мощных боковых по голове Плохиша. Затем, слегка сместившись в сторону, он вогнал апперкот в солнечное сплетение Львёнка. Его оппонент согнулся пополам, выдыхая воздух из прокуренных лёгких, и тут же получил удар по лицу коленом. Не прошло и секунды, а Серёгины визави безвольно валялись на песке.
– Это что ещё здесь за Брюс Ли у нас завёлся? – удивленно вскочил со своего места Бурун. – Вы чё, бля, с салагой справиться не можете?
Плотный коренастый Бурун ринулся в сторону Попова, резко сокращая дистанцию. Серёга попытался остановить его несколькими прямыми ударами в голову. Но они лишь немного задержали нападающего. Бурун, подойдя к Попову вплотную, схватился руками за туловище, слегка подсел на сильных ногах, с легкостью оторвал его от земли, и, прогибаясь назад, перебросил через себя. Пролетев в воздухе несколько метров, ошеломленный Сергей тяжело плюхнулся на песок. «М-да, наверное, он всё-таки Борун, а не Бурун, – подумал он. – Техника у него борцовская. Ни в коем случае нельзя позволить ему работать на ближней дистанции».
Серёга вскочил на ноги, а Борун-Бурун вновь пошёл на сближение. Сидящий на ящике Кореец, увлеченно наблюдая за происходящим, поставил банку с пивом на импровизированный столик. Тем временем Попов ожесточённо бил прямые удары руками, одновременно отступая и не давая противнику сократить дистанцию. Его соперник немного отошёл назад, словно собираясь с силами, затем, разгоняя сильными ногами своё тело, рванул заново. Серёга понял, что следующие доли секунды в этой схватке будут решающими. Он инстинктивно поднял согнутую в колене правую ногу и, резко разогнув её и немного отклонив корпус назад, нанёс удар в туловище борца. Борун-Бурун, наткнувшись на мощный фронт-кик, полетел назад, сметая на своём пути деревянные ящики и столик, на котором стояли стеклянные банки с пивом. При приземлении раздался звон разбитых сосудов. Брызги янтарной жидкости сверкнули на солнце и, словно дождь, обильно оросили одежду Корейца.
Кореец степенно поднялся с ящика и ленивой походкой направился в сторону Сергея. Высокий, с мощными плечами, лет тридцати Кореец своей внешностью вовсе не походил на уроженца одноимённого полуострова. Огромная кучерявая голова, розовые пышущие здоровьем щёки, крупная шея, длинные руки и сильное тело делали его похожим на былинного русского богатыря. Он сравнительно недавно появился в их городке, и его настоящего имени и фамилии никто не знал. Говорили лишь, что переходить дорогу ему не стоит.
– Ну как же так неосторожно? – флегматично произнёс он и протянул длинные сильные руки к шее Сергея.
Попов, поняв, что его сейчас задушат, пробил сложную четырёхударную серию «крест»: левый боковой в голову, правый апперкот в корпус, левый снизу по печени и короткий хук справа. Дикая боль обожгла кисти Серёги. На миг ему показалось, что он вступил в спарринг с бетонным фонарным столбом – всё тело Корейца словно было свито из стальной арматуры, удары совершенно не потрясли его.
Громила, не проявляя никаких эмоций, схватил Попова правой рукой за горло и равнодушно принялся сжимать свою клешню.
Третья часть здесь: https://dzen.ru/a/aSgY9ITf5xDmtmtL?share_to=link