— Ты вообще собираешься когда-нибудь вынести мусор? Достал уже! Почему так сложно что-то сделать с первого раза?
Кристина, достав пакет с мусором, со злостью выбросила его в коридор. Игорь, методично намазывая масло на хлеб, даже ухом не повел.
— Вынесу, вынесу. Не заводись с утра. Ты же знаешь, у меня сегодня важные переговоры.
— А у меня, выходит, неважные? Или только ты у нас один работаешь?
Игорь фыркнул, потом откусил кусок хлеба. Прищурил глаз и шлепнул сверху два куска колбасы.
— Вечно ты ноешь.
— Точно, я ною, — всплеснула она руками. — Дом на мне, ребенок на мне, а я, видите ли, ною. Три дня назад попросила мусор вынести!
— Сама вынеси, раз он тебе мешает, — зло парировал муж. Застонав от злости, она вышла из кухни, захлопнув дверь. Сил нет!
В последнее время они ругались как кошка с собакой. — Потерпи, — уговаривали ее подруги. — Все через это проходят, у вас просто кризис семи лет. Только вот сил терпеть уже не было.
Вот только если подруги Кристине советовали терпеть, то вот мама Игоря была абсолютно другого мнения. Как-то раз он приехал к ней после работы и стал жаловаться. Женщина слушала его, и у нее постепенно менялось выражение лица.
— Ну, я же тебя предупреждала, — сказала она, ставя чашку с тихим, но многозначительным лязгом. — Но ты же умный, маму не слушал. Кристине твоей все не то, и все не так. Раз дело к разводу идет, надо подстраховаться. Умный всегда подушку безопасности готовит.
— Какую подушку, мам? — Игорь чувствовал себя несмышленым подростком.
— Обыкновенную. Деньги надо прятать. Имущество переоформлять. Чтобы при разводе эта цаца не цапнула все, что ты потом и кровью нажил.
Игорь засомневался. Мысль о целенаправленном обмане жены казалась ему грязной. Да и не такие у них были скандалы, чтобы что-то крысить.
— Мам, я не знаю… Это как-то некрасиво.
— Включи мозги и поверь моему опыту. Из квартиры ты ее не выгонишь, там твой ребенок. Машину она отожмет себе, возить дочь в садик. Плюс алименты, — перебила его мама. — Она тебя до копеечки обчистит, сынок. Я жизнь прожила, я знаю. Приведет туда ХАХАЛЯ и будут пировать на всем готовом. Надо действовать.
— Мама, я же не собираюсь разводиться, — попробовал выкрутиться Игорь.
— Не собираешься? Лучше ты не накажешь, чем она.
Нет, не сразу, он согласился на такое. Мама просто через день заводила эту тему, рассказывала многочисленные истории про общих знакомых, которых обдирали как липку наглые жены. Игорь сомневался, прикидывал, обдумывал. Постепенно его бронь дала трещину. И под ее чутким руководством он начал действовать. Сначала он разыграл целый спектакль.
— Кристина, у нас проблемы.
— Опять? — Кристина, не отрываясь от ноутбука, где она доделывала отчет, бросила на него равнодушный взгляд. — Сломался унитаз или твоя мама хочет к нам переехать жить?
— Хуже. Урезали зарплату. На пятьдесят процентов. По слухам, кого что не устраивает, выгоняют.
Кристина наконец-то оторвалась от экрана.
— Ты серьезно? Игорь, как мы жить-то будем? Ипотека, садик, машина ещё вечно ломается.
— А что я сделаю? Уволиться? Работы сейчас днем с огнем не сыщешь. Придется затянуть пояса.
«Затягивание поясов» заключалось в том, что Игорь стал переводить «урезанную» часть своей зарплаты на счет матери. «Будем копить, сынок, — убеждала она. — На черный день. Чтобы у тебя был тыл».
Потом, под чутким руководством матери, он стал заводить разговор про продажу машины.
— Слушай, машина тарахтит. На СТО сказали, до конца зимы не протянет. Коробка скоро посыплется. Надо что-то решать.
Кристина, которая абсолютно не разбиралась в машинах, вздрогнула:
— И дальше что?
Игорь воспользовался моментом. План был прост и гениален.
— Понимаешь, — сказал он жене, улыбаясь, как кот в предвкушении сливок. — Давай не будем вбухивать деньги в ремонт этой развалюхи. Продадим ее, добавим сбережений и возьмем что-то приличное.
— Каких сбережений? Нет ничего.
— Помнишь, ты говорила, тёща копит на дачу? Возьми у нее, а как только что-то наладится, мы вернём. Или кредит возьмём.
Кристина, уставшая от вечных поломок, согласилась. Они продали старую машину. Деньги, вырученные за нее, Игорь, естественно, отнес матери. Как и деньги тещи. Сам же он показывал жене объявления и даже несколько раз якобы ездил смотреть машины.
Апофеозом махинаций должна была стать недвижимость.
— Квартиру надо менять, — заявила мама Игорю по телефону. — Однушку на двушку. Скажи, что Полина подрастает, ей своя комната нужна. После развода и размена каждому достанется по квартире.
— Так у нас же непогашенная ипотека, — ворчливо сказал он.
— Придумай что-нибудь.
Игорь задумался. Ему в голову не могло прийти, что вместо того, чтобы пытаться обдурить жену, лучше бы он попытался сохранить отношения. Он же, уже вошедший во вкус конспирации, с энтузиазмом принялся за новую задачу.
— Представляешь, нашел отличный вариант. В новостройке, две спальни, вид на парк. Ипотека будет ненамного больше нашей нынешней.
— Ты с ума сошел? — Кристина смотрела на него, как на инопланетянина. Её вообще удивляло стремление мужа в последнее время все улучшить.— Эту как погасим? Деньги с неба свалятся?
— Мама поможет, — таинственно произнес Игорь. — У нее там кое-что припасено.
— Ага, как же, — язвительно фыркнула Кристина. — Пока меня эта устраивает. И вообще, что с машиной? Третий месяц ты не в состоянии выбрать. Тебе помочь?
Игорь моментально сдал назад. Не надо торопиться, все потихоньку. Он демонстративно достал телефон и стал показывать варианты машин:
— Смотри, за нашу сумму сплошные ржавые корыта.
— Да нет же, симпатичные. Семьсот тысяч — немаленькие деньги, — стала убеждать мужа Кристина. Она сама в последнее время просматривала различные варианты и даже советовалась с коллегами. — Я тебе утром ссылку присылала, Костя, наш менеджер, посоветовал машину.
— Что? Костя? Правильно, зачем тебе муж, раз у тебя такие коллеги, — моментально оседлал любимого коня Игорь. Он знал, что этот скандал заставит затихнуть жену минимум на пару недель. Ох, что-то с квартирой не получалось, но ничего, можно кредитов взять.
И вот, в разгар его усилий по «убеждению» жены, раздался телефонный звонок. Мама. Женщина с трудом говорила, захлебываясь слезами:
— Игорь! Сыночек! Пропало все! Все!
Ничего не понимая, он отпросился с работы и помчался к ней. На кухне остро пахло лекарствами. Мама, разом постаревшая, с черными кругами под глазами, постоянно вытирала слезы. С трудом он добился от нее правды. И ужаснулся.
Оказалось, что его мама в интернете познакомилась с «удивительным мужчиной» — Владимиром. Солидным, внимательным, со связями в «высоких финансовых кругах». Он открыл ей глаза на мир инвестиций. Она узнала, что деньги, лежащие мертвым грузом на счете, — это преступление. Их нужно вкладывать в «высокодоходные активы», в «западные акции». Деньги должны работать!
Владимир был так убедителен, так галантен. Они встретились несколько раз и женщина твердо поверила в его слова. Банкам доверия нет, обманут. И она стала активно по его совету покупать акции и облигации. За деньги сына. Потом, по его же совету, взяла кредиты в нескольких банках. И их тоже вложила. А потом Владимир исчез.
— Я открываю ссылки, а там нет таких страниц, — захлебывалась она в слезах. — Игорь, я же хотела как лучше. Сынок, может быть, я что-то не так делаю?
— Мама, ты совсем с ума сошла?
— Солнышко, может быть, это я что-то напутала.
Схватив мать в охапку, он рванул в полицию. Там они написали заявление, но, видя, какими взглядами обмениваются следователи, он понимал, что дело гиблое.
— Вы понимаете, что деньги, скорее всего, утрачены навсегда? Это распространенная схема...
Следователь что-то говорил, а Игорь, будто бы что-то почувствовав, перевел взгляд на маму. Та сидела бледная, только струйки пота лились по ее вискам. Потом внезапно простонала:
— Голова...
И рухнула. От стресса и осознания содеянного у женщины случился инсульт.
Кристина, не знавшая всей подоплеки, узнала от мужа лишь одно: свекровь, пусть и нелюбимая, лежит в больнице в тяжелом состоянии. Чувство долга и какая-то женская солидарность заставили ее бросить все.
— Собирайся, — бросила она Игорю, который метался по квартире в панике. — Едем в больницу. Твоя мать одна, ей нужна помощь.
— Что я там буду делать? Давай, я лучше дома с дочкой.
— Хорошо, — кивнула она и поехала в больницу.
Кристина, забыв все обиды, дежурила у палаты, носила нянечкам конверты и пыталась выходить свекровь. Игорь пытался вернуть деньги. Он метался между полицией и банками, писал заявления, разговаривал со следователем. Все было бесполезно.
Правда вылезла случайно. Спустя две недели, разговаривая с заведующей, Кристина снова спросила про прогноз. Та только пожала плечами:
— Вы и так видите, что состояние улучшается. Все теперь зависит от вас, вся реабилитация. После того, что произошло, чудо, что она живая.
— Вы про инсульт? Да, всё это давление. Говорила я ей следить за ним.
— При чем здесь давление? У нее же из-за стресса. Сын же, когда с ней приехал, сказал, что у нее украли все сбережения.
— Какие сбережения, — вытаращила глаза Кристина.
Заведующая поправила очки, потом нахмурилась:
— Я не путаю. Мы ещё так остро на это среагировали. Ей ещё кредиты платить.
— Кредиты, — эхом повторила Кристина, потом, будто бы очнувшись, вскочила и рванула в палату. Схватила телефон свекрови и стала читать переписку. Лицо потемнело от гнева.
Свекровь с трудом проскрежетала:
— Прости.
Она вышла из больницы и, упав на скамейку, заплакала. Вот вам и кризис. Как же все это больно! О таком она мечтала, выходя замуж? Нет, она выживет, безусловно. Возьмет себя в руки, но пока не было сил даже дышать.
Вечером Игорь зашёл домой и, споткнувшись об сумки, чертыхнулся. Из кухни выглянула жена:
— Уматывай отсюда.
По ее лицу он понял, что она все знает. В горле пересохло, в висках стало ломить. Паника удушливой волной накрыла его с головы до ног:
— Это все не то, что ты подумала.
— Ты все это время меня обкрадывал. Я пахала на двух работах, потому что ты мне врал, что у тебя урезали зарплату. Я уговорила маму отдать нам деньги на машину! Ты хотел убедить меня взять кредиты, ты собирался оставить меня и дочь без жилья. Господи, ты просто трусливое чудовище. И итог? Твоя мамочка профукала все деньги. Отдала какому-то аферисту?!
— Крис, я думал, мы подстраховываемся, — попытался вымолвить Игорь. От понимания того, что произошло, ему становилось дурно. Он поверил матери, а теперь разгребать придется ему одному.
— Подстраховывался? От кого? От меня? Да ты планировал оставить меня без штанов, — она кричала, не замечая, как по лицу текут слёзы. — Знаешь что, Игорь? Ты и твоя мама — идеальная пара. Два сапога пара. Жадные, подлые, готовые продать кого угодно. И знаешь, что самое смешное? Я, как дура, бегала по больницам, за ней ухаживала!
— Прости.
— Знаешь, если бы не то, что ты натворил, все было бы по-другому. Я бы жалела тебя, ее. Теперь же я вас ненавижу.
— Это не я, это все мама! Она виновата, я ни при чем.
— Я читала вашу переписку. Да и черт с ней. Ты согласился, именно ты. Не пытался как-то со мной наладить отношения, а обворовывал. Ты украл деньги!
Она подошла к нему вплотную. Глаза ее горели огнем ненависти.
— Вон. Сию же секунду забирай свои вещи и катись к своей мамочке. Ухаживай за ней. Расплачивайся за ее кредиты. Я не хочу иметь с вами ничего общего. Никогда.
Игорь в последней попытке хоть что-то вернуть попытался прибегнуть к самому простому способу. К банальному шантажу.
— Я никуда не пойду. Это и моя квартира тоже.
— Тогда я тебя посажу. Мне хватит скринов, чтобы доказать, что ты творил за моей спиной. По крайней мере, репутацию я тебе испорчу. Тебя уволят с волчьим билетом, я постараюсь.
— Так алименты будут копейки, — заорал он, брызгая слюной от злости.
— Переживу!
Она схватила сумки и вышвырнула на лестничную площадку. Следом выпихнула Игоря. Он стоял и понимал, что это конец. Он лишился всего: денег, жены, дочери, квартиры. Осталась лишь полупарализованная мать в больнице и груда долгов, которые теперь повисли на нем. Он спустился вниз, сел на лавочку и понял, что его «подушка безопасности» оказалась мнимой. Кого винить? Мать? Так что с нее взять, он же сам согласился. Решил обмануть всех, а оказался сам в по уши в такой субстанции, что ему захотелось выть.