Обычный советский гражданин стоял три часа в очереди за колбасой. В это время в магазине «Берёзка» на полках лежали американские джинсы за 150 рублей, японские магнитофоны Panasonic и коньяк «Хеннесси», но попасть туда могли только дипломаты, моряки и партийная верхушка.
Вахтёр у входа одним взглядом определял: свой или чужой. В стране равенства существовала система магазинов на параллельную валюту, которая разделила СССР на касты.
Магазины, куда не пускали
Предшественником «Берёзок» считается сеть магазинов «Торгсина», существовавшая в 1931-1936 годах и изымавшая у населения золото и валюту в обмен на продукты.
В конце 1950-х годов, когда СССР стал активнее взаимодействовать с Западом после хрущёвской оттепели, в стране появились первые валютные магазины для иностранцев — дипломатов, туристов, бизнесменов. С начала 1960-х годов резервы зерна сокращались, СССР закупал его за границей за валюту — государство искало способы пополнить валютные запасы.
Советские загранработники в это время пользовались громоздкой системой каталогов. Они заказывали товары через закрытые спецотделы на третьем этаже ГУМа, оплачивали по безналичному расчёту через Внешторгбанк, но обменять ботинки неподходящего размера было невозможно.
В 1964 году Совет Министров СССР принял решение объединить обе системы и создать сеть магазинов «Берёзка», где торговля велась за сертификаты — валютные заменители, которые загранработники получали вместо долларов, а иностранцы расплачивались наличной валютой.
Система стала удобнее, но одновременно жёстче разделила общество. Магазины открылись в Москве, Ленинграде, столицах республик, портовых и курортных городах, но попасть туда мог только тот, у кого имелись сертификаты или иностранная валюта.
В московской телефонной книге напротив адресов филиалов значилась пометка: «Население не обслуживается». По иронии судьбы, страна, провозглашавшая равенство, создавала систему привилегий, противоречившую собственной идеологии и подрывавшую пропагандистскую борьбу против «тлетворного влияния загнивающего Запада».
Но противоречие между идеологией и практикой было не единственной проблемой — система сертификатов создала новую валюту, которой официально не существовало.
Валюта, которой не существовало
Советские граждане не имели права владеть иностранной валютой. Статья 88 УК РСФСР предусматривала от трёх до восьми лет лишения свободы за валютные операции, при отягчающих обстоятельствах до пятнадцати лет или смертную казнь.
Загранработники переводили часть зарплаты на счёт во Внешэкономбанке (добровольно, но не более 60%), по возвращении в СССР получали сертификаты Внешпосылторга — квазивалюту, которую можно было потратить только в магазинах «Берёзка».
Система сертификатов появилась в 1964 году и сразу создала новое неравенство: сертификаты с синей полосой выдавались тем, кто работал в социалистических странах — на них можно было купить ограниченный ассортимент товаров, сертификаты с жёлтой полосой получали специалисты из развивающихся стран Африки и Азии, бесполосные сертификаты давали право на доступ ко всем товарам и предназначались для работавших на Западе, где валюта была свободно конвертируемой. Для высших дипломатов от уровня советника и выше существовали отдельные чеки серии «Д», которые принимались наравне с наличной валютой.
Курс сертификатов к советскому рублю складывался на чёрном рынке стихийно — официально обменять сертификаты на рубли было нельзя, но реальная разница в покупательной способности создала спрос на теневой обмен.
За один бесполосный сертификат давали восемь-десять рублей, за жёлтополосый — пять-семь, за синеполосный — два-три рубля. Кажется, государство формально декларировало равенство окладов для всех загранработников, но реальная зарплата различалась в разы.
Инженер, строивший завод в Каракумах, получал синеполосые сертификаты, дипломат в Париже — бесполосые, и покупательная способность их доходов различалась в четыре-пять раз.
В 1977 году правительство ввело унифицированные чеки Внешпосылторга единого образца, чтобы сгладить это противоречие. Официальный курс чека составлял один к одному с рублём, на чёрном рынке — от полутора до трёх рублей за чек.
Легально чеки можно было использовать только двумя способами.
Чеки можно было законно потратить только в магазинах «Берёзка» или внести в качестве взноса в жилищно-строительный кооператив по курсу один к одному (дополнительная статья дохода государства, поскольку реальная покупательная способность чека была выше).
Официально чеки на рубли не обменивались, но теневой рынок процветал: «менялы» и «валютчики» торговали чеками, зачастую применяя мошенничество — «ломку», когда покупателю передавали меньше чеков, чем было оговорено, или просто крали их под видом обмена. Этих людей называли «ломщиками чеков», и система расчётов за параллельную валюту породила в крупных городах обширный чёрный рынок, тесно связанный с фарцовкой.
Кто имел доступ
Прямой доступ к заветным прилавкам имели дипломаты, которым разрешалось владеть валютой на территории СССР, военные и технические специалисты, работавшие за границей — инженеры «Зарубежстроя», строившие заводы в развивающихся странах, врачи и преподаватели в африканских республиках, геологи на Ближнем Востоке. Спортсмены, выезжавшие на соревнования, и артисты, гастролировавшие за рубежом, получали валюту, которую обменивали на чеки.
В редких случаях доступ появлялся у интеллигенции — писателей и переводчиков, получавших гонорары за публикации в зарубежных изданиях, или учёных, публиковавших статьи в западных журналах.
Среди всех категорий привилегированных граждан моряки стояли особняком.
Кроме «Берёзок» Внешпосылторга, с середины 1960-х годов до 1992 года в портовых городах СССР существовали чековые магазины «Альбатрос» системы Торгмортранса Министерства морского флота, которые обслуживали советских моряков, ходивших в заграничные рейсы.
Остаток валюты, полученной во время рейса, моряки обменивали на отрезные чеки Внешэкономбанка серии «А», за которые покупали товары в «Альбатросах», а если проживали не в портовых городах — в магазинах сети «Берёзка».
Моряки стали одной из самых привилегированных категорий советских граждан: они регулярно выезжали за границу, получали валюту и имели доступ к дефицитным товарам, недоступным обычным гражданам.
Простой советский человек в «Берёзку» попасть не мог, но чёрный рынок чеков создавал возможность для тех, кто отваживался покупать валютные заменители за рубли.
Что продавали
В чековых «Берёзках» реализовывался широкий набор разнообразных товаров, которые отсутствовали в обычных рублёвых магазинах — американские джинсы стоили 120-180 рублей (полторы средние зарплаты промышленного рабочего), японские телевизоры Panasonic и Toshiba — от 1200 до 2000 чеков, кассетные магнитофоны Sanyo — 500 чеков в конце 1970-х годов.
Один чековый рубль официально равнялся одному советскому рублю, но на чёрном рынке курс составлял два-три рубля за чек, что делало товары ещё более недоступными для обычных граждан. Американская писательница Андреа Ли, бывавшая в ленинградской «Берёзке» в 1978 году, вспоминала, что в основном ассортимент был импортным — итальянские сапоги, французская косметика, финская одежда, австрийская обувь.
Но главным товаром в структуре продаж были не джинсы или магнитофоны.
В 1970 году половину товарооборота сети составляли продажи автомобилей. «Волга» продавалась исключительно за чеки, престижный и дефицитный товар был доступен только избранным. Двадцать процентов товарооборота давали одежда и трикотаж, шесть процентов — галантерея, три процента — радиотовары, пять процентов — продукты питания.
Москва держала первенство по обороту — семьдесят пять процентов товаров валютных магазинов составлял импорт, в провинциальных городах доля отечественных товаров была выше.
Валютные «Берёзки» для иностранцев имели иной ассортимент — там продавались не столько импортные товары, сколько советские сувениры. Иностранцы покупали русскую водку, икру, предметы народных промыслов: матрёшки, хохлому, самовары, золото и алмазы.
Для иностранцев цены были завышены: шерстяная кофта в «Берёзке» стоила восемнадцать долларов, в США — восемь, килограмм плиточного шоколада — пятнадцать долларов против полутора в американских магазинах.
Из отечественных товаров советских граждан больше всего привлекали книги. Многие издания, выходившие ограниченным тиражом или пользовавшиеся особым спросом из-за неконъюнктурности, представляли в советском обществе невероятную ценность.
В книжных «Берёзках» продавались Ахматова, Мандельштам, Пастернак, Цветаева — поэты, которых не печатали массовыми тиражами в обычных издательствах. Валютные магазины не всегда были источником изобилия: в конце 1960-х годов одесские моряки просили, чтобы в «Альбатросах» продавали обычные продукты — муку, рис, тушёнку и сливочное масло, что свидетельствовало о дефиците продуктов в обычных магазинах.
География привилегий
К 1965 году по всему СССР работало более ста магазинов Внешпосылторга. Если в 1958 году выдача товаров осуществлялась только в девятнадцати городах, то через два года количество торговых точек удвоилось, а всего по стране их было открыто семьдесят три.
Магазины этой торговой сети существовали в Москве (шесть магазинов, включая знаменитую «сотую» секцию в ГУМе), Ленинграде (главная «Берёзка» располагалась в начале Невского проспекта рядом с кассами Аэрофлота), столицах союзных республик и крупных областных центрах. Портовые и курортные города получили свои «Берёзки» — Сочи, Севастополь, Ялта, Измаил, Новороссийск, Выборг, Находка. В разных республиках магазины носили местные «древесные» названия: «Каштан» в Киеве, «Чинар» в Баку, «Дзинтарс» («Янтарь») в Риге, «Ивушка» в Минске.
Но география — это лишь внешняя сторона системы. Внутренне же «Берёзки» делились на два типа.
Валютные и чековые «Берёзки» представляли собой две параллельные системы: валютные магазины обслуживали иностранцев, принимая наличные доллары, марки, франки, чековые — советских загранработников, принимая сертификаты и чеки Внешпосылторга. Существовала отдельная сеть «Берёзок», принимавших чеки серии «Д» для обслуживания дипломатического корпуса, а также сеть магазинов и киосков при гостиницах Интуриста, где продавались сувениры, меха, продукты, напитки и сигареты за иностранную валюту.
В Ленинграде на Васильевском острове сложился «Бермудский треугольник», любимый фарцовщиками и валютчиками — два магазина «Берёзка» на Морской набережной, девять и пятнадцать, и Baltic Star в гостинице «Прибалтийская».
«Берёзки» выросли в аэропортах, гостиницах, у достопримечательностей — везде, где можно было встретить иностранцев. Название выбрали неслучайно: берёза к 1960-м годам прочно ассоциировалась у иностранцев с Советским Союзом, символизировала русскую природу и культуру. В некоторых республиках СССР подобные сети существовали под собственными брендами, но суть оставалась той же — магазины для избранных, куда не пускали обычных граждан.
География «Берёзок» отражала географию советских привилегий: больше всего магазинов было в столицах и городах, где концентрировалась партийная номенклатура, дипломатический корпус и иностранные туристы.
Конец эпохи
В январе 1988 года правительство СССР объявило о ликвидации системы торговли за чеки в ходе кампании «по борьбе с привилегиями» и «за социальную справедливость» — это являлось одним из процессов Перестройки и Гласности. Сеть «Берёзок» была ликвидирована, при этом возник ажиотажный спрос и громадные очереди — владельцы чеков пытались любыми способами избавиться от них до даты объявленного закрытия.
Впервые в истории «Берёзок» там появились очереди и дефицит: магазины, которые всегда ассоциировались с изобилием, в последние дни работы опустели — те, кто имел чеки, экстренно скупали всё, что оставалось на прилавках. Решение о закрытии принималось в том числе с целью отвести внимание общественности от номенклатурных спецраспределителей и замаскировать общее ухудшение состояния советской торговли после введения «сухого закона».
В 1988-1992 годах торговля в бывших чековых «Берёзках» осуществлялась по безналичной системе — вернулась громоздкая схема, существовавшая до 1964 года, когда покупатель оплачивал товар в банке путём безналичного перевода с личного счёта на счёт магазина.
В мае 1989 года обе системы «Берёзок» — валютная и чековая, были объединены и стали торговать только за наличные доллары и другие иностранные деньги.
В 1991 году, после упразднения двух внешнеторговых организаций — Совинвалютторга и Внешпосылторга, магазины передали под контроль Министерства внешнеэкономических связей. Лишь в 1991 году граждане СССР получили право легально владеть иностранной валютой и тратить её в валютных «Берёзках», но к этому времени система уже разваливалась вместе с самим Союзом.
В середине 1990-х годов приватизированная сеть магазинов «Берёзка» была ликвидирована как нерентабельная — в новых экономических условиях, когда валюта стала доступна всем гражданам, а импортные товары появились в обычных магазинах, «Берёзки» утратили своё значение.