Приключенческая повесть
Предыстория Белки и Арины (для тех, кто не читал) здесь
Все части повести здесь
Я молчу. Тогда она задает другой вопрос:
– Кто-нибудь, кроме тебя, может забрать Арину?
– Да, мама может.
Она протягивает мне телефон:
– Звони ей. Соври, что хочешь, самое главное, чтобы она ребенка забрала. Потом поговорим.
Лене я противиться не могу, а потому звоню маме и говорю, что мне нужно ненадолго уехать, и не могла бы она забрать Арину. Та всегда рада побыть с внучкой лишние минуты, но вот то, что мне приспичило куда-то там уехать, ей не нравится.
– Опять ты с этим делом... – говорит она – Белка, послушай, это опасно...
– Мам, да все хорошо! И это дело тут совсем ни при чем!
Кажется, я ее не убедила, но сейчас это неважно. Сейчас я чувствую, просто остро чувствую, что мне нужна помощь, и моя подруга – единственный человек, который может мне помочь.
– Теперь рассказывай! – требовательно говорит она.
Часть 5
В подобных случаях я привыкла оценивать обстановку очень быстро, а потому, чуть повернув голову, вижу, что этот человек убыстряет шаг, двигаясь в мою сторону. Судя по его виду, не приходится сомневаться, что совсем недавно этот тип сидел в местах не столь отдаленных – у него наглый вид, холодный змеиный взгляд и внешность маньяка. Кроме того, в руке он сжимает нож, явно намереваясь засунуть мне его куда-нибудь в область печени.
Оценивая ситуацию, я прикидываю, что до бумаг, хранящихся здесь, мне совсем немного, одну за другой отдираю половицы, рою мягкий грунт и натыкаюсь на полиэтиленовый плотный пакет, сую его под футболку и быстро срываюсь с места. Незнакомец тоже ускоряет шаг, но я явно бегаю быстрее него, ибо организм его в свое время страдал, вероятно, нагрузками в виде курева и алкоголя.
Добежав до задней калитки, я стараюсь открыть ее, но что-то заедает, и тогда мне не остается ничего другого, как попытаться перемахнуть через нее. Но мужчинка ловит меня аккурат тогда, когда я перекидываю через забор одну из ног. С криком падая, как бы я не пыталась сгруппироваться при падении, я больно ударяюсь локтем и головой, он же обеими руками поднимает меня за грудки и ставит на землю.
Честно сказать, это является его большой ошибкой, потому что я сразу замечаю – он выпил, наверное, для храбрости, а значит, о концентрации внимания нет и речи, и у меня есть пусть крохотный, но шанс, вылезти из всего этого.
– Бумаги! – хрипит он, хватая меня за горло и приставляя к нему нож.
Только я ведь не просто так занималась несколько лет боевыми искусствами, и постоянно совершенствовала свои навыки – спасибо моему отцу! Не просто так мы с Артемом ходим на скалодром, не просто так я посещаю время от времени боксерский ринг в нашем спортивном зале при компании, в которой я работаю! И конечно, этот придурок об этом ничего не знает!
Точным, выверенным движением одной руки я вышибаю у него нож, выхватываю травмат и буквально в несколько секунд наши роли меняются – теперь уже я в позиции охотника, он – жертвы.
Он же подобного совсем не ожидал – рядом с ним была пигалица, девчонка, и он совершенно не обратил внимания на то, что мышцы мои крепче, и я физически здоровее, чем он.
Захватываю его со спины, крепко держу за шею, обнаружив, к тому же, что он ниже меня ростом и это довольно удобно.
– А теперь говори, кто тебя послал?! Говори, иначе я одним движением тебе шею сломаю! – кричу гневно, так, что голос мой страшно разносится в этой странной тишине.
Слишком громко... Слишком отчаянно...
– Ну?!
Он молчит, видимо, осознав только сейчас, что я не шучу с ним. Его лицо и так нездорового цвета от неправильного образа жизни, а тут и вовсе становится серым.
– Ну?! Говори!
И в этот момент раздается громкий выстрел, который идет со стороны развалин дома. Тело моего собеседника с расширенными от ужаса глазами начинает медленно оседать и падать, я же, в ужасе продолжая его держать, не верю в происходящее! Что происходит?! И не стану ли я следующей жертвой? Судя по тому, что пуля прошла не на вылет, а осталась в его черепной коробке – шансов у него ноль. Судя по тому, что неизвестный, но меткий стрелок попал ему ровно в середину лба, тот, кто стреляет – просто ас в своем деле!
Из уголка рта незнакомца течет темная струйка крови. Глядя на меня уже темнеющими от боли глазами, он тихо шепчет:
– Шайта...
И затихает навсегда. Твою же мать!
Я срываюсь с места, уже беспрепятственно открываю заднюю калитку и бегу к машине так быстро, словно за мной гонится стадо бизонов. Я должна уйти отсюда! Я еще хочу жить, но высока вероятность того, что тот, кто стрелял – тоже охотится за бумагами, и значит, зная, что я взяла их – он же наблюдал за нами – может выстрелить и в меня.
Я не помню, как прыгаю в машину, как срываюсь с места и несусь по лесной тропинке, только что не врезаясь в деревья, пару раз почти съехав с нее. Надо приходить в себя! Приходить в себя и думать, что же делать дальше! Почему он меня не убил? Хотел сначала отнять бумаги? Или вовсе не собирался стрелять в меня? А зачем тогда он убил того, кто на него работал? Боялся, что он сдаст его мне? И как эти двое узнали, куда я еду, черт возьми?!
Когда я выезжаю из леса на центральную трассу, то, доехав до какой-то автобусной остановки, первым делом осматриваю себя. Стрелял незнакомый стрелок ловко – на мне ни капли крови, в голове у того, кто стал жертвой – только дырка. Знал, куда стрелять...
Испугалась ли я? Честно сказать – да, потому что никогда при мне вот так не убивали. Что теперь будет? Я достаю полиэтиленовый пакет с бумагами из-под футболки (и как он сохранился, пока я удирала?), кидаю его в «бардачок», – сейчас мне совершенно не хочется забивать голову той информацией, что есть в этих бумагах – осматриваюсь и понимаю, что слежки за мной нет, и тем более, нет никого, кто направлял бы на меня оружие.
Так, все, домой – мне еще сегодня забирать Арину, а при ней нельзя подавать виду, что со мной что-то не так – эта девочка все очень остро чувствует. Загоняю машину в гараж, забираю документы, иду в дом и первым делом, собрав волосы в «гульку» на макушке, лезу в душ. Прохладная вода точно поможет мне прийти в себя и подумать, что делать дальше. Холодные струи врезаются в кожу острыми иголочками, я усердно тру себя мочалкой, словно стараюсь стереть те события, которые произошли пару часов назад, в голове нет совершенно никаких мыслей.
Наверняка полиция скоро обнаружит тело, по-другому и быть не может. Камер видеонаблюдения перед домом и внутри усадьбы уже, конечно, нет, но зато они есть по пути следования, и конечно, полицейские зададутся вопросом, что я делала на той дороге. Можно, конечно, соврать, что я не сворачивала на тропинку, ведущую к задней калитке усадьбы, но там моих свежих отпечатков – пруд пруди, так что дело времени понять, что я там была. А то, что у меня нет оружия такого калибра – совсем не проблема. Так что есть все шансы загреметь в тюрьму за убийство этого мужика. Пойти в полицию сейчас и признаться во всем самой? Или сидеть и ждать, когда за мной придут? Можно будет списать все на испуг и самооборону, и если за мою защиту возьмется сам Георгий Адамович – есть возможность отделаться условным сроком. Но при этом я могу потерять Арину, потому что опека в данной ситуации мне ее точно не оставит, будь я хоть трижды ее тетя.
Кое-как вытершись полотенцем, я выхожу в гостиную и первым делом наливаю себе коньяка. Надо уже приходить в себя и думать, что предпринять для того, чтобы спасти себя от обвинений. Кошмар какой-то происходит в моей жизни! По всей видимости, этот самый Шайтанов, про которого сказал перед смертью убитый – довольно страшная личность.
Внезапно раздается звонок видеодомофона. Неужели уже? Так быстро?! Когда я даже не успела просчитать весь масштаб действий, от которого вот-вот моя жизнь полетит к чертям собачьим?!
Смотрю в экран и вижу Лену, которая нетерпеливо давит на звонок. Вздыхаю облегченно, открываю ей и выхожу встречать.
– Ты чего такая всклокоченная? – спрашивает она, подозрительно глядя на меня, а потом начинает принюхиваться – ты что – пила? Средь бела дня?
Бурчу ей в ответ что-то вроде того, что имею право пить теперь хоть круглосуточно – все равно жизнь моя сломана, Лена, глядя на меня, вертит пальцем у виска. Когда проходим в гостиную, она кидает взгляд на стол, видит бутылку коньяка и бокал, и шипит:
– Белка, ты что, с ума сошла? Тебе еще в сад за Ариной идти! Кто тебе ребенка отдаст, когда ты с запахом!
– Скоро у меня этого ребенка все равно заберут! – бурчу я, чувствуя, как тяжелеет голова от алкоголя.
– Ты точно двинулась! – Лена решительно забирает у меня бутылку и бокал, усаживает меня на диван и спрашивает – что случилось?!
Я молчу. Тогда она задает другой вопрос:
– Кто-нибудь, кроме тебя, может забрать Арину?
– Да, мама может.
Она протягивает мне телефон:
– Звони ей. Соври, что хочешь, самое главное, чтобы она ребенка забрала. Потом поговорим.
Лене я противиться не могу, а потому звоню маме и говорю, что мне нужно ненадолго уехать, и не могла бы она забрать Арину. Та всегда рада побыть с внучкой лишние минуты, но вот то, что мне приспичило куда-то там уехать, ей не нравится.
– Опять ты с этим делом... – говорит она – Белка, послушай, это опасно...
– Мам, да все хорошо! И это дело тут совсем ни при чем!
Кажется, я ее не убедила, но сейчас это неважно. Сейчас я чувствую, просто остро чувствую, что мне нужна помощь, и моя подруга – единственный человек, который может мне помочь.
– Теперь рассказывай! – требовательно говорит она.
Мне ничего не остается, как все ей рассказать в надежде на то, что Лена даст какой-нибудь совет. Она слушает молча, по привычке накручивая прядь волос на палец. Я же рассказываю ей все – и как поговорила с Катей, и как сразу поехала в усадьбу Ледовских, и как пыталась найти бумаги...
Когда заканчиваю, она молчит, долго смотрит на меня, а потом вдруг заявляет:
– А знаешь, Белка, мне кажется, у него не было намерения убивать тебя. Слушай, ты уверена, что Артем в командировке?
– Конечно! Лен, ты на что намекаешь?
– Ну, я не знаю... Понятно, что это из области фантастики, но может, он следил, чтобы ты не натворила глупостей...
– Господи, да откуда у него снайперская винтовка? Я уверена, что из нее стреляли!
Лена молчит некоторое время, а потом заявляет:
– Знаешь, мне кажется, ты разворошила осиное гнездо... Теперь Шайтанов этот просто так от тебя не отстанет.
– И что мне делать?
– Надо подумать... Слушай, Белка, давай так – ты сейчас ляжешь спать, я побуду тут, подумаю посижу, может, позвоню кому... А вечером, в сумерках, мы с тобой съездим в усадьбу и посмотрим, что там за труп. Возможно, есть вероятность просто пока его спрятать...
Вот это да! И я слышу это от Лены?! Честной, законопослушной Лены, которая, предлагая мне подобное, рискует своей карьерой!
– Лен – говорю я – ты что, тронулась?!
– А что такого? – удивляется она – если он какой уголовник без роду и племени, так его и искать никто не будет. Ты моя подруга, и я должна тебе помочь!
Честно говоря, у меня абсолютно нет сил с ней спорить. Не думала, что она такая авантюристка! Впрочем, может быть на месте мы действительно что-то придумаем...
Засыпаю я, едва коснувшись головой подушки, а просыпаюсь тогда, когда Лена трогает меня за плечо.
– Белка! Поедем... Я успела смотаться домой и переодеться в спортивное, поедем мы на моей машине и не спорь.
– Ох, Лена, подставляешь ты себя!
– Пока еще ничего не понятно, поэтому просто поедем и все.
По дороге она спрашивает меня:
– Слушай, Белка, а как ты думаешь – почему он тебя не убил? Ну, допустим, исключим вариант, что это Артем, которому ты бесконечно дорога. Допустим, это тот, кому точно важны эти бумаги. Кстати, по приезду надо их глянуть – что там такого суперважного в них. В таком случае ему было бы проще застрелить тебя, забрать бумаги и уехать. Но он почему-то этого не сделал. Есть соображения?
– Лен, ты что – думаешь, что это я его убила?
– Нет, конечно, но все это кажется мне странным.
Честно говоря, мне очень не хочется возвращаться туда, где несколько часов назад на моих глазах произошло преступление, но Лена настояла на том, что чем быстрее мы все сделаем, тем лучше. Останавливаемся недалеко от задней калитки, выходим из машины, стараясь не хлопать дверцами, в сумерках крадемся к этой самой калитке и сначала немного ждем – не послышится ли какого-то постороннего шума. Я напряженно всматриваюсь в щель в заборе, но ничего толком не вижу.
– Вроде тихо – шепчет Лена – вообще, тут какая-то зловещая тишина. Ладно, давай, показывай мне свой труп!
– Он не мой! – также тихо отвечаю я и осторожно открываю калитку.
Мы проскальзываем внутрь, проходим немного чуть дальше, к тому месту, где должно находиться тело. Я в ступоре останавливаюсь там, где совсем недавно умер человек на моих глазах и смотрю на землю... Тела нет.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.