– Мам, я же тебе уже сто раз говорила – нет денег! – Катя сжала телефонную трубку так сильно, что побелели костяшки пальцев.
– Катенька, ну пожалуйста, я же не на ерунду прошу. Крыша течет так, что приходится тазики расставлять по всему дому. Виктор говорит, если до холодов не починим, совсем развалится.
– Мама, я не банкомат! И мое желание помогать исчерпалось!
Лариса Петровна молчала несколько секунд, и Катя почти услышала, как у той дрожат губы на том конце провода.
– Ну и что же мне делать? – голос матери стал тонким, почти детским. – Сто восемьдесят тысяч... Где я столько возьму?
– А где брали до меня? Виктор работает, Олег работает, ты работаешь. Неужели впятером не можете собрать на ремонт?
– Впятером? – переспросила Лариса Петровна растерянно.
– Ну да, ты, Виктор, Олег, тетя Тома может помочь...
– Катя, ну при чем тут Томочка? У нее своих проблем хватает.
Катя закрыла глаза и медленно выдохнула. Вот опять. Каждый раз одно и то же. То коммунальные платежи, то на еду не хватает, то Олегу на какие-то курсы нужны деньги. А теперь крыша.
– Мама, я серьезно говорю. Найдите способ сами. Я больше не могу.
После того, как Катя положила трубку, Денис вышел из ванной комнаты с полотенцем на плечах.
– Опять твоя мама? – спросил он, видя ее мрачное лицо.
– Представь себе, крыша у них течет. Сто восемьдесят тысяч просит.
Денис присвистнул.
– Немало. А что, действительно так плохо дело?
– Да откуда я знаю! – Катя резко повернулась к мужу. – Может, и плохо. Но я устала быть семейной казной. В прошлом месяце коммунальные оплачивала, позавчера продукты им покупала. Теперь крыша. А завтра что? Новый холодильник? Машину Олегу?
Денис сел рядом с женой на диван и положил руку ей на плечо.
– Может, все-таки стоит помочь? Если крыша и правда в аварийном состоянии...
– Не говори мне про аварийное состояние! – отмахнулась Катя. – У нас самих кредит за квартиру, ты забыл? И потом, почему это моя проблема? Пусть сами разбираются.
На следующий день Лариса Петровна сидела на кухне у сестры Тамары Ивановны и рассказывала о вчерашнем разговоре с дочерью.
– Представляешь, Томочка, как со мной разговаривала? "Я не банкомат", – говорит. Как будто я каждый день к ней с протянутой рукой хожу.
Тамара Ивановна наливала чай в стеклянные стаканы с подстаканниками и покачивала головой.
– Ну и зря она так. Семья есть семья. Хотя, Лариска, может, она и права немного? Сколько раз за последний год ты к ней обращалась?
– Да что ты такое говоришь! – возмутилась Лариса Петровна. – Я же не на ерунду прошу. Коммунальные платить нечем было – так у нас света отключили бы. На продукты деньги закончились – так мы бы с голоду умерли. А теперь крыша. Это ведь не прихоть какая-то.
– А Виктор что говорит?
Лариса Петровна замялась.
– Виктор... он говорит, что нужно кредит брать. Но я боюсь кредитов, Томочка. Вдруг не сможем отдать? Возраст уже не тот, мне до пенсии три года осталось.
– А Олег? Он же работает на складе, неплохо получает.
– Олежка... – Лариса Петровна опустила глаза. – У него своих расходов много. Молодой парень, ему и одеться нужно, и девушек угостить. Не могу я с него последние деньги тянуть.
Тамара Ивановна внимательно посмотрела на сестру.
– Лариска, а может, семейный совет устроим? Соберемся все вместе, обсудим. Глядишь, и решение найдется.
В среду вечером Катя приехала к матери вместе с Денисом. В доме уже сидели тетя Тома, Виктор и Олег. Атмосфера была напряженная, все понимали, зачем собрались.
– Ну что, посмотрели крышу? – спросила Катя, снимая куртку.
– Да, страшное дело, – ответил Виктор, почесывая седеющую бороду. – Шифер во многих местах треснул, стропила подгнили. Если дожди пойдут сильные, может и совсем обвалиться.
Олег молчал, уткнувшись в телефон. Катя обратила внимание, что он выглядит как-то неуверенно, избегает смотреть ей в глаза.
– И сколько говорят мастера? – продолжила расспросы Катя.
– Сто восемьдесят тысяч, если материал хороший брать. Но можно и дешевле, рублей за сто двадцать, если попроще делать.
Тамара Ивановна кашлянула.
– Может, все-таки обсудим, кто сколько может внести? Не Катя же одна должна за всех платить.
– Да при чем тут я вообще? – вспылила Катя. – Это не мой дом, я здесь не живу!
– Катенька, но ведь это твоя родная мать, – тихо сказал Виктор.
– Родная мать, которая каждые два месяца просит денег на что-то!
Лариса Петровна всхлипнула.
– Я же не специально... Просто обстоятельства такие складываются.
– Мам, а у вас самих есть хоть какие-то накопления? – спросила Катя прямо.
Мать замялась.
– Ну... есть немного... На черный день откладывала...
– Сколько?
– Катя, ну зачем ты маму допрашиваешь, как следователь? – вмешался Олег, наконец оторвавшись от телефона.
– А ты что молчишь все время? – повернулась к брату Катя. – Ты же тоже здесь живешь, между прочим. Или у тебя денег тоже нет?
Олег покраснел.
– У меня... сейчас сложная ситуация на работе.
– Какая еще сложная ситуация?
– Катенька, не нападай на брата, – заступилась Лариса Петровна.
– Мам, я хочу понимать ситуацию полностью! – Катя почувствовала, как в ней поднимается раздражение. – Вы просите у меня сто восемьдесят тысяч, а сами даже не можете толком объяснить, что у вас с финансами творится.
Денис положил жене руку на плечо, пытаясь ее успокоить.
– Давайте по-порядку, – сказал он миролюбиво. – Лариса Петровна, скажите честно, сколько у вас есть накоплений?
Та помялась, посмотрела на Виктора, потом на Тамару.
– Восемьдесят пять тысяч, – тихо произнесла она.
– Восемьдесят пять?! – Катя подскочила с места. – Мама, у тебя есть восемьдесят пять тысяч, и ты просишь у меня сто восемьдесят?
– Ну я же не могу все последние деньги потратить! А вдруг что-то случится?
– А вдруг что-то случится со мной? Я что, не имею права на собственные накопления?
Виктор кашлянул.
– Ладно, давайте не ссориться. У меня тоже кое-что есть. Могу тысяч пятнадцать-двадцать добавить.
– От продажи чего? – поинтересовалась Катя, почувствовав подвох.
Виктор замялся.
– Ну... снасти рыболовные продать можно. Удочки хорошие, спиннинги. На рыбалку все равно некогда ездить стало.
– А то, что ты на гараж копишь, не считается? – неожиданно сказала Тамара Ивановна.
Все уставились на нее. Виктор побагровел.
– Откуда ты...
– Витя, ты думаешь, никто не видит, как ты каждый месяц конвертики с деньгами прячешь? Лариска-то может и не замечает, а я замечаю.
– Виктор, это правда? – тихо спросила Лариса Петровна.
– Ну... есть немного... – он виновато опустил голову. – Тысяч сорок набралось. Хотел сюрприз сделать, гараж купить, чтобы машину не на улице держать.
Теперь уже Лариса Петровна покраснела от возмущения.
– Сорок тысяч копил, а мне говоришь, что денег нет!
– Лариса, я ведь на семью копил! На общее благо!
– Ага, конечно! – фыркнула Катя. – На общее благо, но никого не предупреждая. А что наш Олег молчит? Расскажи-ка, братик, о своей сложной ситуации на работе.
Олег побледнел.
– Катя, не начинай...
– Начинаю! Потому что мне надоело быть дурой в этой семье. Говори, что у тебя на работе случилось.
– Меня... меня уволили, – тихо сказал Олег.
Лариса Петровна схватилась за сердце.
– Как уволили? Когда?
– Три месяца назад.
– Три месяца?! – завопила мать. – И ты мне ничего не сказал? А деньги на еду откуда брал? На автобус?
Олег молчал, глядя в пол.
– Олег, отвечай, – строго сказала тетя Тома.
– Подрабатывал иногда... У знакомых... Грузы разгружал...
Денис внезапно напрягся.
– Олег, а ты мне на прошлой неделе не предлагал заработать на запчастях?
Катя резко повернулась к мужу.
– Какие запчасти?
– Он говорил, что можно покупать б/у запчасти и перепродавать... – Денис неуверенно посмотрел на Олега. – Типа, хорошие деньги.
– Олег! – грозно произнесла Лариса Петровна. – Ты что, какими-то темными делами занимаешься?
– Мам, да что ты! Просто... знакомые есть, которые запчасти продают. Можно дешево купить, дороже продать. Ничего криминального.
– Ну конечно, ничего криминального, – саркастически заметила Катя. – Поэтому тебя и уволили с работы, да?
– Меня уволили за прогулы, если хочешь знать! Я просто... запил немного после расставания с Аней.
– Олег! – ахнула мать.
– Ничего страшного, мам. Сейчас уже все нормально. Устраиваюсь на новую работу.
– Куда?
– На склад к Петровичу. Он обещал взять, если характеристику принесу.
Катя села обратно в кресло и потерла виски.
– Значит, так. Подведем итоги. У мамы есть восемьдесят пять тысяч, которые она скрывала. У Виктора есть сорок тысяч, которые он тоже скрывал. Олег три месяца не работает и занимается неизвестно чем. И при этом все просят денег у меня.
Тамара Ивановна встала и подошла к окну.
– Знаете что, родственнички, Катя права. Вы ведете себя безответственно. Лариса, ты прячешь деньги и при этом ноешь, что нечем заплатить. Виктор, ты тоже копишь втайне и молчишь. Олег, ты вообще три месяца обманываешь всех.
– Тома, не читай нам лекции, – попыталась возразить Лариса Петровна.
– Буду читать! Потому что из-за вас Катя превратилась в семейную дойную корову. А это неправильно.
Виктор виновато ерошил волосы.
– Ладно, давайте считать. У нас есть восемьдесят пять плюс сорок плюс двадцать от продажи снастей. Это сто сорок пять. До ста восьмидесяти не хватает тридцати пяти тысяч.
– А может, не весь ремонт сразу делать? – предложил Денис. – Только самые критичные места заделать?
Виктор задумался.
– Можно. Если только протечки устранить и подгнившие доски заменить, то тысяч девяносто-сто хватит.
– Ну вот и отлично, – сказала Катя. – Девяносто тысяч у вас есть.
– Но ведь останется всего пять тысяч запаса, – заныла Лариса Петровна.
– Мам, а у остальных людей вообще никаких накоплений нет! – взорвалась Катя. – И ничего, живут как-то.
Олег наконец поднял голову.
– Я устроюсь на работу и буду каждый месяц добавлять. Честно.
– Олежка, – мягко сказала тетя Тома, – а ты уверен, что сможешь? Не сорвешься опять?
– Тетя Том, я понял свои ошибки. Хочу нормально жить. Петрович хороший мужик, не обманет.
Денис откашлялся.
– Если что, я могу помочь найти бригаду. У меня на заводе есть ребята, которые подрабатывают ремонтом. Честные, работают качественно.
– Это была бы хорошая помощь, – согласился Виктор.
Катя посмотрела на всех собравшихся.
– Хорошо. Я не буду давать денег на ремонт. Но помогу найти рабочих и проконтролирую, чтобы вас не обманули. Договорились?
Лариса Петровна кивнула, хотя было видно, что она расстроена.
– А я добавлю пять тысяч от себя, – неожиданно сказала тетя Тома. – На всякий случай.
Через неделю Олег действительно устроился на склад. Работа была физически тяжелой, но платили честно и без задержек. По вечерам он приходил усталый, но довольный.
– Знаешь, мам, – сказал он как-то за ужином, – хорошо, что меня с той работы выгнали. А то так бы и спивался потихоньку.
Лариса Петровна гладила сына по голове.
– Главное, что опомнился. И Катя... Катя тоже права была. Мы и правда на нее все время вешали свои проблемы.
Виктор продал рыболовные снасти знакомому за восемнадцать тысяч. Расставался с ними тяжело, но понимал, что так правильно.
– Весной новые куплю, – утешал он себя. – А пока и без рыбалки проживу.
Ремонт начали в первых числах октября. Денисовы знакомые работали быстро и аккуратно. За десять дней самые проблемные участки крыши были заменены, протечки устранены.
Когда работы закончились, Лариса Петровна позвонила дочери.
– Катенька, спасибо тебе. И за рабочих, и за то, что остановила нас тогда. Мы и правда неправильно себя вели.
– Мам, я не против помогать семье. Но хочется, чтобы помощь была осознанной, а не постоянным латанием дыр.
– Понимаю. Теперь будем планировать бюджет заранее. Виктор уже таблицу составил, кто сколько зарабатывает, сколько тратим. А Олег обещал каждый месяц тысячи две-три откладывать на семейные нужды.
В субботу Катя приехала к матери вместе с Денисом. Дом встретил их сухими комнатами и новой, не протекающей крышей. Олег пришел с работы и выглядел здоровым и бодрым.
– Как дела на складе? – спросила сестра.
– Нормально. Петрович говорит, если хорошо себя покажу, через полгода на водителя выучит. Зарплата больше будет.
За ужином Виктор достал тетрадь с расчетами.
– Смотри, Катенька, мы теперь все доходы и расходы записываем. Планируем каждый месяц тысячу откладывать на ремонт. А если что серьезное понадобится, заранее копить начнем.
Лариса Петровна налила всем чай и поставила на стол домашний пирог с капустой.
– А тетя Тома говорит, что весной окна поменять надо. Но мы уже сейчас начинаем копить.
– Это правильно, – одобрила Катя. – И знаете что, если все будете планировать заранее и не скрывать друг от друга финансовые проблемы, то я тоже готова иногда помогать. Но именно помогать, а не решать все проблемы за вас.
Денис улыбнулся жене.
– А если что, всегда можно семейный совет собрать. Вместе и решение найти легче.
Когда они уехали, Лариса Петровна убирала посуду и думала о том, как важно иметь в семье человека, который не боится сказать правду в лицо. Катя была права тогда, в сентябре. Семья – это не только взаимопомощь, но и взаимная ответственность. И каждый должен нести свою долю забот, а не перекладывать все на одного человека.