ГЛАВА V
Школьные уроки Дайса
Дети Дайса обожали,
Иногда шутили, жаля,
Но на это Дайс смотрел
Снисходительно, и детям
Много дивных песен пел.
И таблицу Пифагора
Пели, весело и споро,
Что таблицей умноженья
Называется, кто пел
Лучше всех – про шесть умел.
Он стучал своею ивой
А-Б-В и так красиво,
Что глаза детей горели,
Счастье приносило знанье,
Вверх взлетали Дайса трели.
Голос Дайса словно пенье
Птиц и ручейков журчанье.
Нежный, но на самом деле,
Вниз спускающийся грозно
Как удар волны о зданье.
Вверх и вниз стремился голос,
Завывала громко вьюга,
Голос, тонкий словно волос,
Тёплый, как обьятья друга,
Детский хор рос вверх как колос.
«А-б-в-г-д-е-ж», лучше бы я был свободен
Как пастух зимой, что бродит
Летом по лугам, полям.
Чем чинить им вечно перья.
«Кто не взял здесь ноту «Ля»?»
Тот, кто знает написанье
Буквы «А», пусть в назиданье
Знает букву изнутри!
Небеса, как это сложно,
Повторять: вот здесь сотри!
В каждой букве был свой толк:
В «К» на голове венок,
«Ц» имело милый хвостик,
«Й» повешено на гвоздик,
Счастлив тот, кто видел «Я»,
Да и вся его семья!
Но сложней – чистописанье,
Дайс передавал им знанье,
Указующим перстом!
«Это – речь!», скажите дети
По слогам читая том.
«Посмотрите, о, учитель,
На Плезетку!» Вседержитель,
Вот шалун, а также Этка
Заслужил удар кнутом,
Дайс накажет их потом.
Убер, убер, абер, абер
Дайс бы им еще добавил!
Градом пот со лба течёт,
Оба точно заслужили,
Но не славу и почёт!
В классе «А» был раньше Гикель,
Он читал отлично, блики
Лишь ложились на очки,
Прочитал он «Кикирики –
Закричали петухи!»
Но, всего прекрасней было –
Дайс, читавший строки с пылом,
Так что слёзы вон из глаз
Скатывались. Эти строчки
Библии мы зрим воочью.
О, какие тексты он,
Библией вооружён,
Мог поведать невзначай –
Про прекрасный Парадайс
Про чудесных птиц пел Дайс,
И цветов великолепье,
Про плоды, и про отрепья,
В кои вдруг облечена
Непослушная жена
Ева, там соблазнена.
И с тех пор все люди грешны
Изначально, и мятежны,
В скорбь, в тоску погружены,
Умирать должны, работать
Чрез падение жены.
Но пришёл с небес Спаситель.
Утешитель, исцелитель,
Претерпевший за людей,
Кровь отдавший на Кресте,
И почивший в темноте,
Дабы мы узрели свет!
Золотой небесный сад!
Каждого ребёнка там
Ангелы с дарами ждут,
Если тот ребёнок гут!
Падали как капли буквы
Прямо в детские сердечки,
Мы сидели как овечки,
И боялись быть как буки,
Ожидая жизни вечной.
ГЛАВА VI
Любовь Дайса к своим собратьям
Лишь тогда все люди братья,
Не смотря на крой их платья,
Настоящие, по духу, и велению ума,
Если из объединила
Исцеляющая Сила!
И – любовь, невыразима,
Сердца трепет виден зримо,
Дайс к друзьям-пономарям
Относился очень чутко,
И его они, храня,
Бесконечно чтили, зная,
Досконально, понимая
Часто с полуслова, вмиг.
Потому что это – братство,
И искусства нежный лик!
Сочиняли, рассуждали,
«Книгу Сираха» читали,
Пели песни про папашу,
Передразнивали клир,
Философствовали даже.
Как они всегда шутили,
Как смеялись, но не мстили,
Свист был как у соловьёв,
Но чуть заходил сторонний,
Умолкали без боёв.
Настоящие собратья,
Бед их на деревню хватит,
Да, и слёзы проливали,
Еле жили – как в ярме,
Но совсем не унывали,
Оставались век верны,
Благородны и сильны,
Братский долг, народ и труд –
А не то, что лицемеры,
Что чуть что – и в град бегут!