— Где деньги?
Анастасия стояла у комода с пустым конвертом в руках. Олег обернулся от телевизора, не сразу понял, о чём речь.
— Какие?
— Двадцать тысяч. Которые на мастера откладывали. Их здесь нет.
Он встал, подошёл, заглянул в ящик. Молча перебрал носки, коробку из-под часов. Посмотрел на жену.
— Может, переложила куда?
— Я ничего не перекладывала, — Анастасия почувствовала, как внутри начинает закипать. — Кто ещё был в квартире? Только твоя сестра. Лариса ночевала позавчера.
Реакция была мгновенной. Лицо Олега стало жёстким.
— Не начинай.
— Я не начинаю, я говорю факт!
— Твоя сестра не ворует! — он повысил голос, шагнул к ней. — Слышишь? Не ворует! Лариса экзамен сдавала, ей спать негде было. Хватит искать виноватых!
— Олег, у нас из дома украли деньги!
— Может, ты сама потратила и забыла! — он уже кричал, и Анастасия видела, как вздулись вены на его шее. — Вечно ты всё путаешь!
— Я не путаю! Двадцать тысяч! Мы три месяца копили, холодильник завтра чинить, а денег нет!
— Лариса тут ни при чём! — Олег развернулся, схватил куртку. — И не смей её обвинять. Не смей!
Он хлопнул дверью так, что задрожали стёкла.
Мастеру пришлось отдать деньги, которые Олег готовил на коммуналку. Два дня они не разговаривали. На третий он зашёл на кухню, когда она мыла посуду.
— Извини, что наорал.
Анастасия не обернулась.
— Но я всё равно считаю, что Ларка не брала, — добавил он тише. — Она не такая.
— Угу.
— Настя, ну пойми. Ей двадцать лет, она моя сестра. Зачем ей воровать у нас?
— Понятия не имею зачем, — Анастасия повернулась, вытерла руки. — Но деньги исчезли после её визита. Один к одному.
— Хватит уже, — голос Олега стал твёрдым. — Это совпадение. Точка.
Она смотрела на его упрямое лицо и понимала: сейчас он не услышит. Не хочет слышать.
Месяц они жили в натянутом молчании. Олег пришёл с работы в пятницу и буднично сказал:
— Лариса завтра переночует. Снова экзамен у неё.
Анастасия замерла над разделочной доской.
— Ты издеваешься?
— Она моя сестра, ей нужна помощь.
— Олег, — Анастасия положила нож, повернулась к нему. — Если она придёт, ты сам спросишь её про деньги. При мне. Если не спросишь — спрошу я. И будет не разговор, а скандал на весь подъезд.
— Настя...
— Или так, или она здесь не ночует, — голос её не допускал возражений. — Выбирай.
Он смотрел на неё долго, потом сдался.
— Ладно. Спрошу.
Лариса приехала поздно, пахло от неё сладким парфюмом. Щёки розовые, глаза блестят.
— Олег, привет! — она обняла брата, кивнула Анастасии.
— Настя, спасибо, что разрешили.
Анастасия молча прошла на кухню. Слышала, как Лариса смеётся в коридоре, что-то рассказывает брату.
— Лар, пойдём в комнату, — голос Олега прозвучал напряженно. — Поговорить надо.
Смех оборвался.
— О чём?
— Пойдём.
Анастасия встала у двери гостиной, прислонилась к косяку. Олег усадил сестру на диван, сам остался стоять.
— Слушай, тут такое дело, — он говорил неуверенно, подбирая слова. — Когда ты в прошлый раз ночевала... У нас потом вещи пропали. Из спальни.
Тишина. Лариса выпрямилась.
— И ты думаешь, это я?
— Я ничего не думаю. Просто спрашиваю. Может, ты что-то видела, или...
— Настя тебе всю голову забила, да? — Лариса вскочила с дивана. — Она решила, что я воровка, и теперь ты пришёл меня допрашивать?
— Нет, я просто... Лар, я не обвиняю. Просто хочу понять.
— А сколько там вообще было?
Вопрос прозвучал быстро, машинально. Олег замер.
— Что?
— Ну сколько пропало? Этих двадцати тысяч, да?
Воздух сгустился. Анастасия шагнула в комнату, и Лариса вздрогнула.
— Откуда ты знаешь сумму? — голос Анастасии был тихим, но твёрдым.
Лариса открыла рот, закрыла. Глаза забегали.
— Вы же... сами сказали...
— Мы не называли цифру, — Олег произнёс это медленно, и лицо его побелело. — Я ни слова не сказал про сумму.
— Олег, я не хотела! — Лариса заплакала сразу, навзрыд. — Мне так деньги нужны были, я думала, вы не заметите, я хотела вернуть, но потом не получилось, и я...
— Заткнись.
Он произнёс это так тихо и страшно, что Анастасия вздрогнула. Лариса всхлипнула, потянулась к нему.
— Олег, прости, я...
— Выйди, — он повернулся к Анастасии, не глядя на сестру. — Выйди, пожалуйста. Я сам с ней поговорю.
Анастасия кивнула и вышла. Села на кухне, слушая, как за стеной Олег кричит — срывается на крик, хотя никогда не повышал голос на сестру. Слышала рыдания Ларисы, её бормотание сквозь слёзы. Потом дверь хлопнула, и в квартире стало тихо.
Олег вышел через несколько минут. Лицо белое, глаза красные.
— Ты была права, — сказал он глухо. — Извини.
Анастасия обняла его. Он стоял неподвижно, не отвечая, и она чувствовала, как внутри него что-то сломалось навсегда.
Деньги Лариса возвращала три месяца. Переводами на карту, по частям. Каждый раз Олег молча показывал телефон Анастасии, она кивала, и они больше об этом не говорили.
Когда пришёл последний перевод, Лариса позвонила.
— Можно я приеду? Хочу извиниться. Лично.
Олег долго молчал в трубку, потом согласился.
Она пришла в субботу, худая, с тёмными кругами под глазами. Встала в прихожей, и руки её дрожали.
— Я хочу извиниться, — сказала она, глядя в пол. — Перед вами обоими. Настя, особенно перед тобой. Я была идиоткой. Мне казалось, что это не страшно, что простите. Я не думала, что из-за меня в долги влезете.
Анастасия смотрела на неё — на эту девчонку, которая три месяца пахала на подработках, чтобы вернуть украденное. И вдруг почувствовала, что злиться больше нет сил.
— Ладно, — сказала она коротко. — Бывает. Главное, что вернула.
Лариса кивнула, всхлипнула, повернулась к брату.
— Олег, прости. Пожалуйста.
Он стоял у окна, скрестив руки на груди. Смотрел на сестру долго, и во взгляде его не было ничего.
— Прощаю, — произнёс он ровно. — Деньги вернула — хорошо. Больше так не делай.
Лариса шагнула к нему, хотела обнять, но он отстранился. Не резко, но так, что она замерла.
— Олег...
— Всё, Лариса. Иди домой.
Она постояла растерянно, потом быстро ушла. Дверь закрылась тихо.
Анастасия подошла к мужу, положила руку на плечо.
— Может, слишком жёстко?
— Нет, — он покачал головой. — Она предала меня. За двадцать тысяч. Знаешь, что самое страшное? Я месяц орал на тебя, защищал её. Говорил, что ты придумываешь. А ты была права, и я — последний дурак.
— Ты не дурак, — Анастасия обняла его. — Ты просто любил сестру.
— Любил, — повторил он, и прошедшее время прозвучало окончательно. — Теперь не знаю, что чувствую. Пустоту.
Они стояли молча, и Анастасия понимала: что-то между Олегом и Ларисой сломалось навсегда. Деньги вернуть можно, доверие — нет.
Прошло два месяца. Лариса больше не звонила. Олег однажды вечером за ужином вдруг сказал:
— Знаешь, что я понял? Когда она украла те деньги, она украла не двадцать тысяч. Она украла мою веру в неё. И это не вернёшь переводом на карту.
Он отодвинул тарелку.
— Я простил её. Правда. Но вернуть то, что было раньше, — не смогу.
Анастасия кивнула. Она понимала. Некоторые вещи ломаются один раз и навсегда.
Олег обнял её, поцеловал в макушку.
— Спасибо, что не отступила тогда, — сказал он тихо. — Если бы ты промолчала, мы бы до сих пор не знали правды.
— Правда всегда выходит наружу, — Анастасия накрыла его руки своими. — Рано или поздно.
Они стояли на кухне в тишине, и в ней было больше близости, чем за все предыдущие месяцы. Потому что между ними больше не было лжи.
А Лариса усвоила урок. Двадцать тысяч и брата — высокая цена за минутную слабость. Но некоторые уроки жизнь преподаёт только так — больно и навсегда.
**Если понравилось, поставьте лайк, напишите коммент и подпишитесь!