Привет, это Папа. Мы, взрослые, часто смотрим на детские проблемы свысока. "Подумаешь, машинку не поделили!", "Да помиритесь вы через пять минут!". Но на днях я увидел в глазах своего шестилетнего сына такую вселенскую скорбь, что мне стало не по себе. Он пришел из садика, бросил рюкзак в угол, отказался от ужина и тихо сказал: "Миша теперь дружит с Кириллом. А со мной — нет".
Для нас это звучит как мелочь. Для него это крушение мира. Его "лучший друг", его напарник по играм, его союзник вдруг выбрал другого. Это первая ревность, первое отвержение, первое ощущение своей ненужности. И моя первая реакция — позвонить маме Миши и разобраться! — была бы самой глупой.
Вместо этого я решил разобраться в психологии детской дружбы. Почему дети так легко меняют привязанности? Как работает этот жестокий "треугольник"? И как помочь сыну пережить это, не обесценивая его чувства, но и не раздувая из мухи слона?
Психология "дружбы по интересам": почему это происходит?
Чтобы успокоить сына (и себя), я обратился к теории развития дружбы психолога Роберта Селмана. Оказывается, в возрасте 5–7 лет дети находятся на стадии "Одностороннего сотрудничества".
- Что это значит? Друг — это тот, кто делает то, что я хочу, и с кем мне весело прямо сейчас. Дружба в этом возрасте еще не про глубокую духовную близость или верность. Она ситуативна. "Сегодня Кирилл принес классного робота — я дружу с Кириллом". "Завтра ты придумаешь интересную игру — я буду дружить с тобой".
- Проблема "Третьего лишнего". Психологи отмечают, что дошкольникам и младшим школьникам очень трудно удерживать внимание на двух партнерах одновременно. Играть втроем для них — высшая математика. Двое всегда объединяются, а третий выпадает. Это не злонамеренный бойкот, это пока еще незрелость социальных навыков.
Понимание этого факта помогло мне сменить гнев на милость. Миша не "предатель". Он просто шестилетний мальчик, который увлекся новой игрой с кем-то другим.
Первая помощь: как мы тушили пожар обиды
Вечер был долгим. Старший то плакал, то злился ("Я тоже с ним больше не буду дружить!"), то замыкался в себе. Мы с женой действовали по нашему протоколу "эмоциональной скорой помощи".
Шаг 1. Признание трагедии.
Мы не говорили: "Да найдешь ты себе сто таких друзей!". Мы говорили: "Это очень больно, когда лучший друг выбирает играть с другим. Тебе, наверное, очень обидно и одиноко сейчас". Мы дали легальное право на грусть.
Шаг 2. Снятие вины.
Дети склонны все принимать на свой счет: "Если он со мной не играет, значит, я плохой/скучный". Я объяснил сыну: "То, что Миша сегодня играл с Кириллом, не значит, что ты стал хуже. Просто у них сегодня совпали интересы. Это как с едой: ты любишь и яблоки, и груши. Если сегодня ты выбрал грушу, это не значит, что яблоко стало невкусным".
Шаг 3. Разбор ситуации (без демонизации друга).
Мы аккуратно расспросили, что именно произошло. Выяснилось, что Кирилл принес новую настольную игру на двоих. Физически они могли играть только вдвоем. Миша не отвергал моего сына, он просто был увлечен процессом.
"Смотри, — сказал я. — Если бы у тебя была игра на двоих, кого бы ты позвал?". Сын задумался.
А вы помните свою первую детскую ссору с другом? Как вас утешали родители? И как вы сейчас помогаете своим детям в таких ситуациях? Поделитесь в комментариях!
Стратегия "Пиццы": учим диверсифицировать дружбу
Но просто утешить — мало. Нужно дать инструмент на будущее. И я рассказал сыну "Теорию Пиццы" (придумал на ходу, но, кажется, это работает).
— Представь, что твоя дружба — это пицца, — сказал я. — Если у тебя есть только один огромный кусок (один друг Миша), и этот кусок падает на пол, ты остаешься голодным. Это трагедия.
— А если у тебя пицца нарезана на 8 кусочков? — продолжил я. — Один кусочек — это Миша. Другой — это ребята из бассейна. Третий — соседский мальчик на даче. Четвертый — твой брат. Если один кусочек упал (Миша занят), у тебя остается еще 7 вкусных кусочков. Ты не останешься голодным.
Мы поняли, что наша ошибка была в том, что мы поощряли зацикленность на одном "лучшем" друге. Теперь наша задача — помочь ему расширить круг общения.
- Кружки и секции. Там другие дети, не связанные с "драмами" в детском саду.
- Гости. Мы стали звать в гости разных ребят, а не только Мишу.
- Семья. Мы напомнили, что у него есть самый верный друг, который никогда не променяет его на другого — его брат (хотя Младший пока только учится играть, но преданности ему не занимать).
Прививка от одиночества
Через два дня Старший пришел из сада довольный. "Мы сегодня играли с Мишей и Кириллом в космонавтов! Я был командиром базы!". Конфликт исчерпан.
Но урок остался. Сын понял, что дружба — это динамичный процесс. Что друг может отдалиться, а потом вернуться. И, самое главное, он понял, что его ценность не зависит от того, хочет ли кто-то играть с ним прямо сейчас.
Эти детские ссоры — это "тренировочные полеты" перед взрослой жизнью. И лучше он научится переживать отвержение и находить новые опоры сейчас, в 6 лет, рядом с папой, чем столкнется с этим впервые в 20 лет и сломается.
Понравилась статья? Подпишитесь на канал "Отец и дети" (https://dzen.ru/papaideti), чтобы не пропустить новые честные истории о родительстве.
А еще больше наших семейных историй и мыслей "в моменте" можно найти здесь: