Предыдущая часть:
Николай любил жену — очень любил, это все отмечали. Другую на её месте не представлял, хотя многие советовали ему жениться на более молодой и здоровой, но он и слушать не хотел. Находил врачей, клиники по всему миру, где обследовали и лечили его супругу.
И вот наконец, когда обоим было уже по сорок, родился он — радость и счастье родителей, сын Сергей.
— Все вокруг умилялись, как Николай меня любит, — произнесла Татьяна с горечью, глядя на Надю. — Мне и самой поначалу казалось, что я счастливица. Но только Николай... он не любил меня, просто считал своей собственностью и дорожил примерно так же, как своими фирмами и предприятиями. Если кто-то пытался отобрать у него компанию, посягнуть на его детище, Николай жестоко расправлялся с конкурентами. Так было и со мной. Я ведь хотела уйти от него, когда Сергей ещё не родился. Влюбилась в инструктора по плаванию. Николай узнал — и этот человек просто исчез. Его так и не нашли. Потом мне приходилось жить с этой виной.
Татьяна опустила глаза — видно, воспоминания до сих пор причиняли боль.
— Николай был жёстким, даже жестоким человеком, — продолжила она. — Железной рукой правил огромным бизнесом. Среди партнёров и конкурентов слыл настоящей акулой. Его боялись, уважали. С теми, кто переходил ему дорогу, порой случались страшные вещи — как с тем инструктором, посмевшим понравиться его жене.
Николай был социопатом.
— Я со временем это очень чётко осознала, — произнесла Татьяна. — У него не было жалости к другим. Он просто брал, что хотел. Если кто-то мешал — мой муж становился страшным. Я поняла это, но было поздно. Он не дал бы мне уйти.
Татьяна не хотела ребёнка от такого человека — боялась, что малыш унаследует гены отца, станет таким же чудовищем.
— Но когда родился Сергей, я, конечно, была просто счастлива, — улыбнулась Татьяна. — Дети... это даже не объяснить. Сама потом поймёшь.
Татьяна старалась воспитывать Сергея добрым и эмпатичным, но Николай имел на мальчика куда большее влияние. Сергей тянулся к отцу с раннего детства — уважал, восхищался им.
— Я видела, что они из одного теста, и это причиняло боль, — призналась Татьяна. — Но что я могла сделать? Я много говорила с сыном, мы читали книги, смотрели фильмы, обсуждали поступки героев. Я старалась, очень старалась. Только природа взяла своё.
Сергей рос здоровым, красивым, умным, с решительным характером. Отец рано приобщил его к бизнесу — будто предчувствовал свою смерть. Николай умер от сердечного приступа прямо в офисе.
Татьяна вздохнула с облегчением — почувствовала освобождение. Николай всю жизнь держал её как в тюрьме: она не могла уйти, должна была вести себя определённо, чтобы муж был доволен. А иначе... Татьяна даже думать не хотела, на что он способен.
Сергей встал во главе бизнеса. У молодого человека всё выходило удивительно легко и правильно. Он перенял у отца агрессивную манеру ведения дел — теперь его тоже боялись и уважали коллеги, партнёры, конкуренты.
Татьяна опасалась, что сын скоро превратится в такое же чудовище, как отец. А потом Сергей влюбился в девушку, устроившуюся в головной офис секретарём начальника одного из отделов, — Катю.
Катя была поразительной красавицей, но Сергея привлекло в ней не только это — он и раньше окружал себя красивыми девушками. Зацепило что-то иное. Катя понимала его с самого начала — понимала и принимала со всеми достоинствами и недостатками.
— Даже я, родная мать, не могу мириться с некоторыми чертами Сергея, о чём ему регулярно напоминаю, — произнесла Татьяна. — А Катя... они действительно гармонично дополняли друг друга, как две половинки целого. Такое бывает.
Татьяна обрадовалась: раз сын способен на глубокие чувства, значит, не так уж безнадёжен. Социопаты не любят — женщины для них собственность, как было у Николая с Татьяной. Но Сергей действительно любил Катю, заботился о её счастье.
Татьяна радовалась, глядя на молодых. Катя была капризной, избалованной, часто манипулировала Сергеем — Татьяна замечала это, но была благодарна Екатерине за то, что она есть. Ведь Сергей, за которого мать так переживала, по-настоящему влюбился.
Они поженились. Они и сейчас женаты.
— Что? — воскликнула Надя, молчавшая до этого.
— Он тебя обманывал из-за неё, — ответила Татьяна. — Это была её идея. Они оба не совсем нормальные люди. В итоге я это поняла. Потому они и притянулись — два социопата.
Сергей и Екатерина поженились и какое-то время жили вполне счастливо. Но Катя очень хотела ребёнка, Сергей тоже мечтал о наследнике. Только ничего не получалось. Обследование показало, что Екатерине не суждено стать матерью — врождённая патология исключала даже малейшие шансы. Катя вычитала в каких-то источниках, что искусственно зачатые дети не бывают счастливыми и успешными, и упорно верила в это из-за своей детской травмы, когда узнала о проблемах в семье.
— Можно было взять ребёнка из детского дома, — произнесла Татьяна. — Я даже советовала, сама предлагала. Но им нужен был собственный, продолжение рода. Можно было прибегнуть к суррогатной матери, но Катя сразу отвергла эту мысль. Ребёнок, красивый и здоровый, по её мнению, мог родиться только у любящей матери. Где-то она вычитала эту чушь — мол, искусственно зачатые дети не бывают счастливыми и успешными.
Своих детей Катя иметь не могла, даже с возможностями медицины. Ребёнок мог быть только Сергея и кого-то ещё — других шансов стать родителями у них не было.
— Ну, Катя и придумала, — вздохнула Татьяна. — Этот ужасный, чудовищный план Б. Она решила, что Сергей должен влюбить в себя молодую девушку — не просто молодую, а красивую, здоровую и беззащитную. Такую, за кого некому вступиться. Сергей должен завязать с ней отношения. В них должен родиться ребёнок — ребёнок Сергея. Он появился бы от влюблённой счастливой женщины, что, по мнению Екатерины, добавило бы малышу преимуществ.
— Ну а что потом? — прошептала Надя.
— Ты ещё не догадалась? — вздохнула Татьяна. — У Сергея деньги и связи. Он отсудил бы ребёнка и забрал. Они с Катей получили бы замечательного здорового младенца, а ты или другая жертва на твоём месте всю жизнь мучилась бы, зная, что твой ребёнок растёт без тебя, воспитываемый двумя бездушными личностями, — мучилась и ничего не смогла бы сделать.
— Это... это ужасно, я не могу в это поверить, — выдохнула Надя.
— Ужасно, но, к сожалению, чистая правда, — подтвердила Татьяна. — Сергей и Катя давно живут в Москве. Основная часть бизнеса там. Потому Сергей так часто улетает в эти якобы командировки. Командировки у него скорее здесь, а там — работа, счастливая жизнь, любимая жена, ради которой он на всё готов. Катя, судя по всему, уже торопит его. Начала ревновать к тебе.
Надя молча смотрела на Татьяну. Почему-то сразу поверила. Вспомнился подслушанный разговор сына и матери на кухне — они говорили о каком-то плане. Вспомнилась одержимость Сергея ребёнком — они почти ни о чём другом не говорили. Вспомнилось, как тщательно он следил, чтобы Татьяна и Надя не оставались наедине — боялся, что мать проболтается, зная её отношение к ситуации.
Вспомнилась та неуклюжая история про друга Макса, которую Сергей сочинил, когда проговорился о сдаче анализов на бесплодие — они подтвердили, что с ним всё в порядке. Конечно, он сдавал их, планируя ребёнка с Катей. Всё встало на места.
— Я была против его отношений с тобой, против того, чтобы вы заводили ребёнка, — продолжила Татьяна. — Радовалась, что ничего не выходит. Это и правда удача. Я не скрывала чувств — хотя бы это могла себе позволить. Совесть давно мучила, и это видео стало катализатором, чтобы всё рассказать.
— Вы могли найти меня, когда Сергея нет в городе, и рассказать раньше, — заметила Надя.
— Могла, — кивнула Татьяна. — Но боялась, что после этого Сергей совсем перестанет общаться. Всё же он мой сын. Я его люблю, каким бы ни был. Сейчас мы случайно пересеклись, но если бы не это, я всё равно скоро поговорила бы с тобой. Совесть мучила. Только вот думала, что всё сложится даже удачнее, чем планировала. Если бы ты не увидела это видео, поверила бы мне? Расскажи я эту историю.
Надя задумалась. Вполне возможно, не поверила бы — решила, что свекровь снова пытается разлучить неугодную невестку с сыном.
— Что мне теперь делать? — почти прошептала Надя. — Мне... страшно.
— Я помогу тебе, — заверила Татьяна.
Теперь Надя обосновалась в городке у моря и до сих пор Надя шла по пляжу, собирая ракушки в карман, и оглядывалась на дом — ведь в любой миг она могла отправиться на пляж, где наслаждалась солёным бризом, любовалась волнами и слушала пронзительные крики чаек над водой.
Татьяна сдержала слово и помогла: для начала связалась со своими знакомыми в медицине, которые выставили Наде диагноз, полностью исключающий возможность материнства. Когда Сергей осознал, что его замысел рухнул и столько усилий пропало даром, он швырнул телефон на стол и вышел из комнаты, хлопнув дверью. Впрочем, долго рядом с Надей не задержался — улетел в очередную командировку и оттуда позвонил, сообщив, что их отношения закончены. Она больше не представляет для него интереса. Это было типично для его социопатии — холодный расчёт без эмоций.
Вот так легко. Расчёт Татьяны оказался верен: Надю и Сергея не связывали ни брак, ни имущество. Как сошлись, так и разошлись.
Надя испытала огромное облегчение после звонка. Для правдоподобия изобразила удивление и печаль — иначе он мог заподозрить неладное. А Татьяна, в качестве извинения за то, что Наде пришлось пережить, подарила небольшой домик в курортном городке.
— Хочешь — живи там сама с семьёй, хочешь — сдавай, — сказала она. — Мне тебя искренне жаль. Ты несколько лет была их игрушкой. Они использовали тебя, а я знала и молчала. Пожалуйста, прими этот подарок — мне от этого легче.
И вот Надя жила у моря — не одна, с супругом. Свадьба у них была совсем недавно. Павел — тёплый, настоящий, заботливый. Они иногда ссорились по мелочам, но и это нормально. Только рядом с ним Надя поняла разницу. Всё, что было с Сергеем, отдавало ложью — но влюблённая девушка просто не замечала. Надя встретила Павла через несколько месяцев после разрыва — он был её бывшим коллегой из торгового центра, который давно симпатизировал ей. Их отношения развились естественно, без манипуляций. После переезда Надя адаптировалась к новой жизни постепенно: обустроила дом, нашла друзей, начала работать в кафе у моря. Она размышляла о прошлом, но старалась не зацикливаться, фокусируясь на настоящем. Дом требовал ремонта, иногда Надя чувствовала одиночество в новом месте, а доверие к людям восстанавливалось медленно — она даже обращалась к психологу, чтобы справиться с травмой. Жизнь у моря имела свои минусы: сезонные туристы, высокие цены, но Надя училась жить дальше, шаг за шагом.
Иногда Надю посещали тревожные мысли: а как там Сергей? Нашли ли они с Катей новую жертву? Вдруг в этот раз получится? Удивительно, какими чудовищами могут быть симпатичные и успешные люди.
Татьяна заверила перед переездом, что теперь будет следить за сыном и не даст повторить это.
— Теперь я буду решительнее, — сказала она. — Буду присматривать за ними в оба.
Надя знала — Татьяна говорит правду. Только вот не окажется ли женщина сама в опасности? Впрочем, Надя старалась не думать об этом много, как и о том кошмаре, в котором жила несколько лет, не подозревая о своей роли в плане двух жестоких людей.
Хотелось бы забыть вовсе. Только не получалось, конечно. Так или иначе, у Нади теперь новая жизнь — с вызовами, но своя. Она ценила каждое мгновение.