Свадебное платье висело на дверце шкафа, белоснежное и воздушное, как облако. Я смотрела на него и думала о том, какой счастливой буду через неделю. Максим позвонил после работы, голос у него был какой-то странный, напряжённый.
— Оля, нам надо поговорить. Приеду через час, хорошо?
— Что-то случилось?
— Нет, всё нормально. Просто разговор есть.
Когда он приехал, я сразу поняла, что нормально как раз ничего и не было. Максим сел на кухне, не снимая куртки, и долго молчал, глядя в пол.
— Ты меня пугаешь, — не выдержала я. — Что произошло?
— Мама уже всё решила насчёт нашего будущего жилья, — выпалил он одним духом и осёкся, увидев моё лицо.
— В смысле решила? Мы же договаривались, что снимем квартиру в центре, рядом с моей работой!
— Да, но мама считает, что это глупо — отдавать деньги чужим людям. У бабушки квартира пустует, бабуля в прошлом году к маме переехала. Вот мама и предложила, чтобы мы туда заселились.
Я села на стул, пытаясь переварить услышанное.
— Максим, квартира твоей бабушки на другом конце города. Мне до работы добираться два часа в одну сторону!
— Мама сказала, что ты можешь работу поменять. Рядом с бабушкиной квартирой есть поликлиника, туда медсёстры нужны.
— Поменять работу? Я пять лет в своей больнице работаю, на хорошем счету и коллектив отличный! И вообще, почему твоя мама решает, где мне работать?
Максим поморщился.
— Оля, не начинай. Мама хочет как лучше. Зачем нам тратить тридцать тысяч в месяц на съёмную квартиру, если можно жить бесплатно?
— А моё мнение кто-нибудь спрашивал?
— Я думал, ты обрадуешься. Экономия же!
Я встала и подошла к окну.
— Максим, мы с тобой полгода планировали, как будем жить после свадьбы. Вместе выбирали район, смотрели объявления. А теперь выясняется, что твоя мама всё решила за нас?
— Она просто предложила вариант получше.
— Получше для кого? Для неё? Чтобы мы были под боком и она могла контролировать каждый наш шаг?
Максим вскочил, лицо его покраснело.
— Да что ты на маму нападаешь?! Она для нас старается! Хочет, чтобы мы деньги не выбрасывали на ветер!
— А я нападаю? Я просто хочу понять, кто в нашей семье будет принимать решения — мы с тобой или твоя мама!
Мы стояли друг напротив друга, оба на взводе. Никогда раньше мы так не ссорились. Максим первым отвёл глаза.
— Давай не будем ругаться. Поедем к маме, поговорим втроём. Может, найдём компромисс.
— Хорошо, — согласилась я, хотя внутри всё протестовало. — Поехали.
Галина Сергеевна встретила нас с улыбкой, но глаза у неё были настороженные. Она явно понимала, зачем мы приехали.
— Олечка, чаю хочешь? Я пирог испекла, твой любимый, с яблоками.
— Спасибо, не откажусь.
Мы сели за стол в просторной кухне. Галина Сергеевна разлила чай по чашкам, положила каждому по куску пирога. Всё как обычно, по-семейному, только напряжение висело в воздухе такое, что хоть ножом режь.
— Мама, Оля хочет обсудить квартиру, — начал Максим.
— А что тут обсуждать? — Галина Сергеевна пожала плечами. — Бабушкина квартира стоит пустая, за неё коммуналку платить надо. А вы будете жить и платить, всем хорошо.
— Галина Сергеевна, — я старалась говорить спокойно, — мы с Максимом уже выбрали квартиру в центре. Там рядом моя работа, его офис тоже недалеко.
— Оленька, ну какой центр? Там же цены космические! Тридцать тысяч за однушку — это же грабёж! А у бабули трёхкомнатная, просторная, с балконом. И бесплатно!
— Но мне до работы добираться два часа!
— Так смени работу. Я уже узнавала, в поликлинике на Северной требуются медсёстры. Зарплата даже выше, чем у тебя сейчас.
Я почувствовала, как внутри закипает.
— Галина Сергеевна, я не хочу менять работу. Я люблю свою больницу, свой коллектив.
— Любовь любовью, а практичность никто не отменял. Вот родятся у вас дети, надо будет на садик копить, на одежду, на еду. А вы всё на квартиру отдавать будете?
— Мы ещё не планировали детей в ближайшее время, — вставил Максим.
— Вот именно! — Галина Сергеевна всплеснула руками. — Не планировали! А я в вашем возрасте уже тебя родила и не жаловалась! Молодёжь нынче странная — всё планируют, рассчитывают, а жизнь мимо проходит!
Я отодвинула чашку с чаем.
— Галина Сергеевна, давайте начистоту. Вы хотите, чтобы мы жили рядом с вами, чтобы контролировать нашу жизнь?
Повисла тишина. Максим уставился на меня с ужасом, а свекровь побледнела.
— Оля, что ты такое говоришь? — зашипел Максим.
— Правду говорю. Бабушкина квартира в соседнем доме от вашего, Галина Сергеевна. Вы сможете каждый день заходить, проверять, что мы едим, как живём, когда спать ложимся.
Галина Сергеевна медленно поставила чашку на стол.
— Вот значит как. Ты ещё замуж не вышла, а уже свекровь от сына отгораживаешь.
— Я не отгораживаю! Я просто хочу, чтобы мы с Максимом сами решали, как нам жить!
— Сами? — Галина Сергеевна усмехнулась. — Да вы без моей помощи и свадьбу организовать не смогли! Кто ресторан искал? Кто с музыкантами договаривался? Кто вам деньги на кольца дал?
— Мы благодарны за помощь, — я старалась сохранять спокойствие. — Но помощь — это одно, а принятие решений за нас — совсем другое.
Максим сидел молча, глядя в стол. Я ждала, что он хоть что-то скажет, поддержит меня или хотя бы попытается найти компромисс. Но он молчал.
— Максим, — не выдержала я, — ты что-нибудь скажешь?
Он поднял на меня растерянные глаза.
— Я не знаю, Оль. Мама права, деньги на съём — это большие затраты. Но и ты права, ездить далеко на работу тяжело.
— То есть ты не можешь определиться, на чьей ты стороне?
— Я не хочу выбирать стороны! Вы обе мне дороги!
Галина Сергеевна встала и подошла к сыну, положив руку ему на плечо.
— Максимушка, ты же понимаешь, что я хочу для вас только лучшего. Оля настраивает тебя против матери.
— Да не настраиваю! — возмутилась я. — Я просто хочу, чтобы мой будущий муж имел своё мнение!
— Своё мнение у него есть! Просто оно совпадает с моим, а тебе это не нравится!
Я встала и взяла сумку.
— Максим, когда определишься, с кем ты хочешь строить семью — с мамой или со мной — позвони.
— Оля, подожди!
Но я уже вышла из квартиры. Слёзы застилали глаза, пока я спускалась по лестнице. Как же так получилось? Неделя до свадьбы, платье уже куплено, ресторан оплачен, гости приглашены. И вдруг выясняется, что мой жених не способен принять ни одного решения без маминого одобрения.
Дома я проплакала весь вечер. Мама пыталась утешить, но я не могла объяснить ей, что случилось. Стыдно было признаться, что свадьба, возможно, не состоится.
Максим позвонил только на следующий день.
— Оля, нам надо поговорить.
— Говори.
— Не по телефону. Можно я приеду?
Он пришёл с букетом роз и виноватым видом. Сел на кухне, долго молчал.
— Я вчера много думал, — наконец заговорил он. — Ты была права.
— В чём именно?
— Во всём. Мама действительно слишком много решает за меня. Я привык, что она всегда знает лучше, и не заметил, как перестал думать своей головой.
Я молчала, ожидая продолжения.
— Я поговорил с ней сегодня утром. Сказал, что мы снимем квартиру там, где планировали. Что ты не будешь менять работу. И что она должна научиться уважать наши решения.
— И как она отреагировала?
Максим криво усмехнулся.
— Плохо. Сначала кричала, потом плакала. Говорила, что я её предал, что ты меня настроила. Но я стоял на своём.
Я почувствовала, как на глаза снова наворачиваются слёзы, но уже совсем другие.
— Почему ты это сделал?
— Потому что понял одну простую вещь. Через неделю ты станешь моей женой. Мы будем семьёй. И если я сейчас не научусь ставить нашу семью на первое место, то никогда не научусь.
Он взял мои руки в свои.
— Оля, прости меня за вчерашнее. Я был идиотом. Но я хочу, чтобы ты знала — я выбираю тебя. Нас. Нашу будущую семью.
Я обняла его крепко-крепко.
— А как же твоя мама?
— Она поймёт. Рано или поздно. А если не поймёт — это её выбор. Я не могу всю жизнь разрываться между вами.
Свадьба состоялась, как и планировалось. Галина Сергеевна пришла, хотя была холодна со мной весь вечер. Но Максим держался рядом, не отпуская мою руку, и я знала, что всё будет хорошо.
Мы сняли квартиру в центре, как и хотели. Первые месяцы были непростыми — Галина Сергеевна звонила каждый день, приезжала без предупреждения, пыталась давать советы по каждому поводу. Но Максим научился мягко, но твёрдо устанавливать границы.
Однажды вечером, когда мы сидели на нашем маленьком балконе и смотрели на огни города, он сказал:
— Знаешь, мама вчера призналась, что гордится мной.
— Правда?
— Да. Сказала, что я стал настоящим мужчиной. Научился принимать решения и нести за них ответственность.
Я улыбнулась и прижалась к его плечу.
— Значит, всё было не зря.
— Ничего не бывает зря. Иногда нужен кризис, чтобы понять, что действительно важно.
Мы сидели в тишине, и я думала о том, как странно устроена жизнь. Неделю до свадьбы я была готова всё отменить, убежать, спрятаться. А теперь понимаю, что тот разговор стал поворотной точкой. Максим вырос, повзрослел, научился быть мужем. И за это я благодарна даже Галине Сергеевне, хоть она об этом и не узнает.
Подписывайтесь на канал и читайте другие истории: