Эту встречу я ждал с большим волнением. В Москву приезжала моя дочь Таня, которую я не видел целых девять лет.
Так сложилась жизнь, что мы развелись с её матерью тринадцать лет назад. После этого с дочерью мы виделись всего два раза. В последний раз — на похоронах моей мамы, её бабушки. А больше не получалось. Я всегда был рад встретиться, но как-то всё срывалось. Общались в основном по телефону, и не всегда регулярно. Иногда разговор заканчивался непониманием, и звонки прекращались на несколько недель. Потом она звонила весёлая, спрашивала о здоровье. Я понимал, что она не может мне простить развод с матерью, ревнует к новой семье. Как мог, я пытался убедить её, что муж и жена могут расстаться — мы не первые и не последние. Но дети — это на всю жизнь. Я по-прежнему очень люблю их обеих — и её, и Юлю. Она отвечала, что это взаимно.
И вот она приехала по своим делам в город, где я живу. Наконец-то появилась возможность встретиться. Созвонились; она обрадовалась, когда я предложил конкретное место — метро «Марксистская». Утром, после поезда, она планировала посетить Покровский монастырь, поклониться святой Матроне, поэтому это место было удобно нам обоим.
Я приехал чуть раньше. Она была ещё в монастыре. Вышел из метро и сразу ощутил ледяной порывистый ветер. «Где нам встретиться?» — подумал я. Зашёл в торговый центр на Таганской улице и присмотрел кафе. Потом вернулся в метро. Созвонились — она уже вышла из храма. Я не выдержал ждать внизу и пошёл ей навстречу. «Как бы не пройти мимо!» — мелькнуло в голове. Я остановился у входа в магазин и стал внимательно вглядываться в лица прохожих. Многие, кутаясь от ветра, закрывались шарфами и воротниками. Вдруг зазвонил телефон.
— Таня, ты где? — сразу спросил я.
— Я тут, у метро, — ответила дочь.
«Проглядел», — подумал я и устремился обратно.
— Я здесь, здесь! — она позвонила снова.
И тут я увидел её: она сидела на скамейке у входа в метро и махала мне рукой. Сердце заколотилось.
— Таня! Таня! — крикнул я, бросился к ней, обнял и поцеловал. На глаза навернулись слёзы.
— Папа, не плачь, ну что ты? — успокаивала меня дочь. Я вытирал глаза, но слёзы упрямо текли по щекам.
— Всё, всё, пойдём в кафе, — сказал я, и мы пошли.
Поднялись на третий этаж торгового центра. Я всё ещё волновался и не знал, что заказать.
— Таня, что будешь?
— Не знаю, что хочешь ты, — ответила дочь и устроилась за столиком.
Заказав пельмени и кофе, я сел напротив. Спросил её о жизни, хотя многое уже знал от неё самой и от младшей дочери Юли, с которой мы общались часто.
Мы ели пельмени, пили кофе, потом заказали ещё блинчики с творогом. Сфотографировались на телефоны на память. Я смотрел на неё и думал: «Вот она, моя повзрослевшая дочь. Ей уже сорок, а в глазах всё тот же наивный ребёнок. Как же я мог все эти годы жить без встреч с самой родной кровинкой? Так нельзя. Обязательно надо видеться чаще».
Вдруг у Тани на телефоне раздался звонок.
— Малыш, привет! Знаешь, где я? Мы с папой сидим в кафе! — радостно сказала она.
— Это Юля? Дай мне трубку, — попросил я.
— Да, — ответила Таня и передала телефон.
Я был бесконечно рад слышать и младшую дочь. Она тоже была счастлива, что мы наконец встретились. Потом Таня ещё долго рассказывала о своей жизни, показывала фотографии. Хотелось, чтобы это общение длилось как можно дольше, но время неумолимо бежало вперёд. Пришла пора прощаться.
Мы пошли к метро. Перешли на кольцевую станцию «Таганская». Тане нужно было на Комсомольскую, а мне — в противоположную сторону, на «Парк культуры».
Я проводил её до вагона, снова обнял и поцеловал. Она пошла к поезду, но внезапно вернулась. Мы пытались что-то сказать друг другу, но из-за гула поездов почти не было слышно. Подошёл состав. Мы в последний раз крепко обнялись, и она вошла в вагон. У меня снова навернулись слёзы.
Я ехал домой с сердцем, переполненным эмоциями: радостью от долгожданной встречи и грустью от нового расставания.
