Уже и последние кабачки покинули помещение. Даже самые упорные - те, что пролежали в укромном кухонном уголке не менее месяца, постепенно нашли своё призвание. Кто-то в толстой сковороде с крышкой, в приятной овощной компании стал истинным рагу; другой попробовал себя в качестве супа-пюре, а потом попросил добавки. Наконец, самый последний однажды просто изжарился, нарезанный ровными кружками. Прощайте, кабачки! С вами хорошо, а без вас много места освободилось.
Но тыква... Тыква ещё упорно и долго сможет простоять в углу - не украшение, не предмет интерьера. В доме тыква играет свою особую, оранжевую роль. Не главную, но очень длинную, в отличие от кратких апельсиновых ролей, мандариновых реплик, эпизода хурмы в третьем акте...
Тыква будет стоять и стоять, тайно ожидая, когда фея-крёстная превратит её в карету и отправит на бал, как гласит одно древнее тыквенное предание.
Медленно мечтает тыква в тихом углу. Иные такого встречаются размера, что хватило бы не на одну сказку. Ещё и останется на быль. На три как минимум были. Первая из которых, как волшебный горшочек, наполнена истомлённой пшённой тыквенной кашей. Такой простой и сердечной, что хочется закутать её в лоскутное одеяло или тяжёлое старое дедушкино пальто - как будто в мире ещё нет ни электрической плиты, ни города за окном, ни двадцать первого века. Горшочек, вари!
А тыква и не думает заканчиваться. Хватит её на все банки с вареньем, в которое идеально вписались лимоны. На все банки пополам с яблочным пюре.
Охваченные порывом люди могут даже сотворить тыквенное особое плюшечное тесто. Будут катать и катать по столу пухлый душистый жёлтый шар - как будто замесили солнце. И плюшки выйдут такие же солнечные на изломе, весёлые. Пойдут ароматом гулять по всей квартире, и даже немного выглянут на лестницу.
С такой способностью к превращению о чём ещё тебе мечтать, тыква? Бери пример с кабачков!
Но тыква ещё мечтает.
Мечтает о карете.
Мечтает - и всё.