Найти в Дзене
andkom1234

Повесть о Паисие. Глава вторая

Паисий родился в царстве Чад, в семье правителей Гоши и Виренеи, родной сестры Агафона. Мальчик родился с четырьмя руками и тремя глазами. К кому только не обращалась Виренея. В их дворце побывали все маги и целители, но никто ничем не мог помочь. Только один звездочёт, до того старый, что не мог отодвинуться от своей астролябии, прислал записку царице, где извещал, что принца излечит тот, кто впоследствии его и убьёт. И вот однажды, уже после победы над Станом, Агафон привёл Мелантия Кару в дом своей сестры, чтобы познакомить его с родственниками. В парадной гостевой зале сидела печальная женщина, а около неё крутился безобразный ребёнок. Когда вошли брат с сыном, Виренея поднялась им на встречу, обняла и попросила сесть. Мелантий Кара заметил ребёнка, и посадил его себе на колени. Он обожал детей так же, как когда-то своих коров. Произошло чудо. Третий глаз закрылся, а кожа расправилась. Две лишних руки высохли, отпали и превратились в горстку пепла. И что самое важное, ребёнку это

Паисий родился в царстве Чад, в семье правителей Гоши и Виренеи, родной сестры Агафона. Мальчик родился с четырьмя руками и тремя глазами. К кому только не обращалась Виренея. В их дворце побывали все маги и целители, но никто ничем не мог помочь. Только один звездочёт, до того старый, что не мог отодвинуться от своей астролябии, прислал записку царице, где извещал, что принца излечит тот, кто впоследствии его и убьёт.

И вот однажды, уже после победы над Станом, Агафон привёл Мелантия Кару в дом своей сестры, чтобы познакомить его с родственниками. В парадной гостевой зале сидела печальная женщина, а около неё крутился безобразный ребёнок. Когда вошли брат с сыном, Виренея поднялась им на встречу, обняла и попросила сесть. Мелантий Кара заметил ребёнка, и посадил его себе на колени. Он обожал детей так же, как когда-то своих коров. Произошло чудо. Третий глаз закрылся, а кожа расправилась. Две лишних руки высохли, отпали и превратились в горстку пепла. И что самое важное, ребёнку это не причинило никакого вреда.

Виренея сначала обрадовалась, но вдруг вспомнила о записке звездочёта и расплакалась.

- Что с тобой, сестрица? – Вскричал встревоженный Агафон.

Царица, едва обратив внимание на слова брата, с мольбой обратилась к Каре.

- Господин мой, смилуйся над моим сыном.

Кара, улыбнувшись, молвил:

- Почему ты так говоришь, тётушка? Твой сын вырастит и будет героем, о нём будут слагать легенды, и трубадуры будут воспевать его в балладах. Конечно, если Паисий пойдёт по верному пути.

- А если мой сын сойдёт с верного пути, ты простишь его?

- Да, я прощу его.

- А если он десять раз сойдёт с верного пути?

- Да, я прощу его.

- Даже если он совершит ошибки пятьдесят раз?

- Да, я прощу его.

- Поклянись, что простишь моего сына, если он согрешит сто раз.

- Клянусь всем святым, что есть на этом свете, что я буду прощать этого героя сто раз и Небеса подтвердят мою клятву.

Тот час же по всему дворцу разнёсся аромат роз, и тем самым боги засвидетельствовали слова Мелантия.

Тогда снова повеселела мать Паисия и закатила пир горой во славу брата и своего царственного племянника.