Недавно была в Третьяковской галерее и задержалась перед картиной В.А.Серова «Девочка с персиками». Меня вдруг поразило, как художник уловил момент, когда человек ещё не знает о своей ценности, но уже несёт её в себе. Девочка смотрит на зрителя открыто, без масок, без попытки понравиться. Она просто есть. И я подумала: «Когда мы теряем это? Когда наше истинное “Я есть” начинает требовать подтверждений извне?».
Пятнадцать лет работы психологом научили меня одному: почти все конфликты в отношениях, все болезненные паттерны взаимодействия упираются в вопрос самооценки. Не в романтику, не в совпадение характеров, а именно в то, как человек оценивает собственную значимость, достоинство, право на любовь. Отношения с противоположным полом — это всегда отношения с самим собой, вынесенные вовне, проецируемые на другого.
Зеркало, в котором мы ищем себя
В гештальт-терапии есть понятие «граница контакта» — это место, где встречаются «Я» и «Другой». Качество этой границы, её гибкость или ригидность напрямую зависят от того, насколько устойчив мой внутренний образ себя. Если я не уверена в собственной ценности, то граница контакта становится либо слишком размытой, тогда я растворяюсь в другом, теряю себя, либо слишком жёсткой, тогда я отгораживаюсь, не подпускаю близко, потому что боюсь, что другой увидит мою «истинную» недостойность.
Я помню одну из моих клиенток… женщина, сорок два года, два брака за плечами. «Мужчины влюбляются в меня, всё начинается прекрасно, а потом я начинаю задыхаться. Мне кажется, что они хотят меня поглотить. Я убегаю». В процессе работы выяснилось, что клиентка выросла в семье, где её ценность определялась исключительно соответствием ожиданиям матери. Она научилась быть «хорошей девочкой», но потеряла связь с собственными потребностями, с своими «я хочу», «я чувствую», «я есть».
В отношениях воспроизводился этот паттерн поведения. Женщина выбирала мужчин, которые нуждались в ней, но при этом имели чёткое представление о том, какой она должна быть. Сначала это давало иллюзию ценности — «раз он нуждается, значит, я важна». Но скоро включался старый проверенный механизм: близость начинала восприниматься как угроза автономии, как повторение детского опыта поглощения.
Это называется конфлюэнцией — слиянием, размыванием границ. При низкой самооценке конфлюэнция становится способом получить подтверждение значимости: «Если я стану такой, какой он хочет меня видеть, он будет любить меня». Но парадокс в том, что чем больше человек растворяется, тем меньше остаётся того, кого можно любить.
Компенсаторные стратегии: когда мы играем роли
Низкая самооценка редко проявляется прямолинейно. Психика создаёт компенсаторные механизмы: способы защиты от невыносимого переживания собственной малоценности. И эти механизмы часто выглядят как их полная противоположность.
Возьмём, например, грандиозность. Человек с глубинным ощущением недостаточности может выстроить образ себя как исключительного, значимого, стоящего выше обычных отношений. Это защита, которую описывал ещё А.Адлер, говоря о комплексе неполноценности и его компенсации через стремление к превосходству. В отношениях такой человек постоянно оценивает партнёра, находит недостатки и критикует. Не потому, что партнёр недостаточно хорош, а потому, что признать ценность партнера означало бы столкнуться с собственной уязвимостью, с риском быть отвергнутым.
Есть и другая сторона компенсации — гиперответственность, перфекционизм, стремление доказать значимость через служение другому. Это реактивное образование - превращение неприемлемых чувств в их противоположность. «Я чувствую себя никчёмным» трансформируется в «Я буду незаменимым». В отношениях это выглядит как самопожертвование, растворение в потребностях партнёра.
Ещё одна моя клиентка, с которой я долго работала, выбирала мужчин с проблемами: алкоголиков, инфантильных, эмоционально недоступных. И каждый раз верила, что её любовь, забота, терпение изменят его. «Я вижу, какой он на самом деле. Просто ему нужна поддержка». Годы уходили на эти отношения, но мужчины не менялись. А клиентка оставалась, потому что уход означал бы признание: «Я недостаточно хороша, чтобы его спасти».
Это классический пример кодепенденции, т.е. патологической формы отношений, при которой человек черпает ощущение собственной ценности из заботы о другом, из попыток его контролировать, спасти. Кодепендентность маскируется под любовь, но это способ избежать встречи с собственной пустотой.
Привязанность и травма: откуда растут корни
Чтобы понять, как формируется самооценка, нужно вернуться к детству, к первым отношениям с теми важными людьми, кто о нас заботился. Теория привязанности Дж.Боулби и М.Эйнсворт показывает, как наше ощущение себя, способность доверять и любить формируются в первые годы жизни.
Надёжная привязанность — это когда ребёнок знает, что чтобы ни случилось, взрослый будет рядом. Такой ребёнок вырастает с базовым доверием к миру и к себе. Он знает, что достоин любви просто потому, что он есть. В отношениях такой человек способен быть собой, не цепляться отчаянно за партнера и не убегать от близости.
Тревожная привязанность возникает, когда родитель был непредсказуем - то доступен, то отстранён. Ребёнок не может понять, что нужно сделать, чтобы получить любовь, поэтому постоянно в тревоге. Такой человек вырастает с убеждением: «Я недостаточно хорош, но, если постараюсь сильнее, возможно, меня полюбят».
В отношениях люди с тревожной привязанностью постоянно проверяют партнёра, требуя доказательств любви, паникуя при малейших признаках дистанции. Их самооценка полностью зависит от партнёра: если он рядом - они на вершине мира, если занят - проваливаются в бездну отчаяния и собственной никчёмности.
Избегающая привязанность формируется, когда родитель был эмоционально недоступен. Ребёнок учится выживать без поддержки, игнорируя свою потребность в заботе и близости. «Мне никто не нужен», - это не про силу, это про защиту от невыносимой боли отвержения.
В отношениях люди с избегающей привязанностью держат партнёра на расстоянии, обесценивают важность эмоциональной связи. Их самооценка как будто высока, но это фальшивая грандиозность, под которой скрывается убеждение в своей недостойности любви.
Когда встречаются два «ранения»
Самое интересное начинается, когда в отношения вступают два человека с разными типами привязанности. Притяжение часто возникает между тревожной и избегающей, они идеально дополняют друг друга, как в танце. Один бежит за близостью, другой убегает. Чем больше один требует подтверждений, тем дальше отстраняется другой.
Как-то я работала с парой на грани развода после восьми лет брака. Женщина: «Он меня не любит, всегда занят, даже когда дома, сидит в телефоне». Мужчина: «Что бы я ни делал, ей мало. Я зарабатываю, обеспечиваю, а она только требует. Я устал».
Женщина росла с матерью, страдавшей депрессией. Девочка не понимала, почему иногда мама тёплая, а иногда не замечает её. Она решила, что проблема в ней, что она недостаточно хороша. В отношениях со своим мужем каждый раз, когда он задерживался на работе, она чувствовала панику от покинутости, хорошо знакомую с детства.
А мужчина вырос с авторитарным отцом, который говорил: «Мужчины не плачут», «Не будь тряпкой». Мальчик научился подавлять потребность в близости. В отношениях с женой, когда она требовала внимания, у него активировался страх: «Если я покажу, что мне тоже нужна поддержка и забота, она перестанет меня уважать».
Путь к целостности
Хорошая новость в том, что самооценка может меняться. Отношения могут стать мощным фактором исцеления. Но, важное «но» - партнёр не может «вылечить» низкую самооценку. Человек может получать тысячи доказательств своей ценности, но всё это будет скользить мимо: «Он говорит из жалости», «Она не знает, какой я на самом деле». Глубинная проблема не в отсутствии любви извне, а в невозможности принять эту любовь.
Путь к изменению самооценки — это путь вовнутрь, к себе, к встрече с теми частями себя, которые были отвергнуты. Низкая самооценка часто связана с тем, что человек отвергает значимые части своей личности, например, агрессию, сексуальность, потребность в заботе. Внутренняя работа будет заключаться в том, чтобы вернуть эти части, признать их право на существование.
Самооценка растёт не от успехов, хотя они помогают. Она растёт от способности быть с собой в любом состоянии; успешным и провалившимся, сильным и уязвимым. От способности не отворачиваться от себя, когда стыдно, больно, страшно.
Вместо заключения
Мы все приходим в этот мир с собственной , ценностью. Она не зарабатывается, не доказывается, не зависит от того, насколько мы успешны или красивы. Она просто есть, как факт нашего существования. Но жизнь делает своё дело, и мы забываем об этой изначальной ценности. Начинаем искать подтверждений вовне.
Самооценка — это возвращение к себе настоящему. Долгий путь, но он стоит того. Потому что только приняв себя, полюбив себя, мы становимся способны на настоящую любовь к другому. Не как к костылю, не как к спасателю, а как к отдельному, живому человеку, с которым нам посчастливилось разделить часть своего жизненного пути.
И тогда отношения становятся не попыткой заполнить пустоту, не танцем двух ранений, а праздником встречи двух целостностей.
Возможно, я смогу вам помочь, если у вас сложные отношения с близкими, если вы повторяете один и тот же сценарий в отношениях, если вас пугает близость. Тел.+79104407286
Автор: Чуклова Анна Владимировна
Психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru