— Олег, пожалуйста, поговори со своей мамой, пусть она перестанет меня за глаза плебейкой называть! — в голосе Наташи звучала усталость и отчаяние. — Я вчера её соседку, Веронику Семёновну, в магазине видела, и она мне рассказала, как твоя мама обо мне отзывается. — Ладно бы я заслужила такое отношение, так вроде бы ничего плохого я не делаю, — продолжала Наташа, стараясь держать себя в руках, — я не хочу ругаться и портить отношения с твоей мамой, дорогой, но и терпеть это я не намерена!
— Олег, пожалуйста, поговори со своей мамой, пусть она перестанет меня за глаза плебейкой называть! — в голосе Наташи звучала усталость и отчаяние. — Я вчера её соседку, Веронику Семёновну, в магазине видела, и она мне рассказала, как твоя мама обо мне отзывается.
— Ладно бы я заслужила такое отношение, так вроде бы ничего плохого я не делаю, — продолжала Наташа, стараясь держать себя в руках, — я не хочу ругаться и портить отношения с твоей мамой, дорогой, но и терпеть это я не намерена!