Этот вечер не предвещал ничего необычного, разве что лёгкое внутреннее напряжение от того, что предстояло по-настоящему первое свидание с женщиной, которая, казалось, умела производить впечатление ещё до того, как открывала рот.
Она была уверенной, ухоженной, сдержанно элегантной и, что мне показалось важным, не стремилась сразу играть роль либо скромницы, либо роковой дамы. Казалось, она знала себе цену - и ожидала, что мужчина тоже будет в состоянии соизмерить эту цену с её уровнем.
С самого начала разговор пошёл легко. Мы обсуждали книги, людей, города, в которых бывали, и в какой-то момент, как это обычно бывает, зашел разговор о взглядах на отношения. Я старался быть предельно откровенным, но при этом чувствовал, как её глаза буквально сканируют меня - будто бы оценивая, как в человеке сочетается внутреннее с внешним.
Она задавала вопросы не по шаблону: не «чем ты занимаешься», а «что тебе по-настоящему приносит удовлетворение от работы». Мне это нравилось. До тех пор, пока разговор не перешёл на тему дохода.
Она спросила спокойно, без нажима, будто бы между делом, как люди спрашивают, какой кофе ты предпочитаешь:
"Слушай, а можно нескромный вопрос - сколько ты примерно получаешь?"
И в этот момент я вдруг осознал, что эта цифра - как лакмусовая бумажка, по которой сейчас будет определяться дальнейшее отношение. Я посмотрел ей прямо в глаза и сказал:
"Около семидесяти."
Ни рубля, ни долларов - просто нейтральное число, без пояснений и оттенков. Хотя реальность была в три раза выше. Я хотел увидеть её реакцию, хотел понять, что стоит за этой внешне спокойной заинтересованностью.
Пауза, которая повисла в воздухе, длилась не больше секунды, но этого хватило, чтобы лицо, ещё мгновение назад светившееся живым интересом, слегка изменилось. Нет, она не нахмурилась, не закатила глаза, не начала раздражённо говорить о том, что мужчина должен зарабатывать больше. Просто её взгляд стал более отстранённым.
Появилась холодноватая вежливость в голосе, словно в один момент я превратился из потенциального спутника в интересный, но не слишком перспективный кейс. Она постаралась сохранить лицо, продолжила разговор, но внутренняя нить между нами, которую мы аккуратно плели последние два часа, оборвалась.
Она стала говорить больше о стабильности, о том, как важно в паре быть на одном уровне, чтобы мужчина был «опорой», «плечом», на которое можно опереться. Слова были правильными, логичными, но в них не было искренности. Было ощущение, что передо мной человек, который привык жить по понятному внутреннему чек-листу. И этот чек-лист в какой-то момент стал важнее живого взаимодействия.
Слушая её, я вспомнил, как год назад имел разговор с другим человеком — моложе, проще, без статуса и амбиций, но с другим внутренним устройством. Там никто не спрашивал о деньгах в лоб. Там интересовались тем, от чего я улыбаюсь, что меня злит, что бы я сделал, если бы вдруг оказался без всего. И почему-то именно тот человек казался тогда по-настоящему взрослым.
Я не был обижен на свою спутницу за этот вопрос. В конце концов, каждый имеет право на интерес к доходу потенциального партнёра, особенно в возрасте, когда хочется не играть в любовь, а устраивать жизнь. Но всё дело не в вопросе, а в том, как ты на него реагируешь. И что становится для тебя главной переменной в этом уравнении «мы».
В ту ночь я понял одну простую вещь: женщины после сорока очень часто живут с иллюзией, что теперь они могут требовать. Вроде бы многое пройдено, дети выросли, карьера - есть... теперь им нужен «готовый продукт». Мужчина с прошлым, но без шлейфа. С деньгами, но без высокомерия. С характером, но без сопротивления. С опытом, но без внутреннего груза.
Когда ты называешь сумму, которая в их системе координат означает «ниже планки», ты вмиг превращаешься в неактуального персонажа. Даже если ты начитан, ухожен, харизматичен. Всё это перестаёт иметь значение. А если вдруг оказывается, что ты специально занизил цифру, чтобы проверить - так и вовсе может оказаться, что ты «манипулятор», «незрелый», «не умеешь быть честным». Не суть важно, почему ты так сделал - проверка ли это, недоверие или просто внутреннее любопытство. Главное, что ты не сыграл по правилам, которые никто не проговаривал, но все давно знают.
Я ушёл с того свидания без чувства досады. Напротив, в какой-то степени я был благодарен ей за то, что всё случилось именно так. Ведь если бы я с самого начала выложил всю правду о своём доходе, вполне возможно, всё пошло бы иначе. Она бы осталась заинтересованной, встреча бы продолжилась, может быть, перешла в нечто большее. Но всё это строилось бы на иллюзии - что она видит перед собой одного человека, а на самом деле внутри него живёт другой, способный на проверку, на анализ, на внутреннюю настороженность.