Внезапный телефонный звонок разорвал уютную тишину нашего семейного воскресного утра. Я как раз заваривала второй кофе, наслаждаясь редкой возможностью никуда не спешить. Звонил телефон мужа, который он еле нашёл, пока тот орал на всю квартиру.
— Алло? – спросил он и куда-то ушёл, чтобы не мешать мне.
Через пару минут муж вернулся.
— Слушай, тут такое дело… — голос мужа звучал одновременно виновато и воодушевлённо. — Приехал в город мой одноклассник, Серёга. Представляешь, спустя столько лет! Только вот беда — остановиться ему негде. Спрашивает, могу ли я его на денёк приютить?
Я помешала кофе, глядя, как золотистые завитки растворяются в тёмной жидкости. Двухкомнатная квартира, конечно, позволяла. Да и отказать в такой ситуации как‑то было неловко.
— Ну пусть приезжает, — сказала я спокойно. — Места хватит.
— Ты — золото! — обрадовался муж. — Я ему сейчас перезвоню.
К обеду гость уже стоял на пороге с потрёпанным чемоданом и широкой, будто приклеенной улыбкой. Сергей оказался крепким мужчиной с зычным голосом и манерой говорить, не дожидаясь ответа. Он тут же принялся рассказывать о своих приключениях, перебивая сам себя, размахивая руками, словно дирижёр невидимого оркестра.
Первые сутки прошли сносно. Мы поужинали вместе, посмеялись над школьными воспоминаниями, которые оживлённо воскрешал Сергей. Муж сиял — видно было, как ему приятно снова почувствовать себя тем самым мальчишкой из класса, где они вместе проказничали и получали двойки по математике.
На второй день гость уже распоряжался на кухне, как у себя дома: открывал холодильник, доставал продукты, громко комментировал, что и как надо готовить. Я молча убирала за ним чашки и тарелки, стараясь не раздражаться. «Ну что ж, — думала я, — люди разные. Может, он просто так выражает благодарность».
Третий день превратился в испытание. Сергей всё ещё не заговаривал о отъезде. Он рассеянно кивал, когда я упоминала, что нам скоро нужно будет уехать, и тут же переключался на очередную историю из своей жизни. Его вещи разбрелись по гостиной: носки на кресле, рубашка на спинке стула, книги на кофейном столике.
Вечером муж, наконец, не выдержал:
— Серёга, мы завтра уезжаем на все выходные. Так что тебе, наверное, стоит подыскать другое место на эти дни.
Улыбка на лице гостя мгновенно погасла.
— Как это? — он даже привстал с дивана. — А почему вы не можете ме ня тут оставить? Я бы присмотрел за квартирой, всё будет в порядке!
Я почувствовала, как внутри поднимается волна недоумения. Муж замер, словно его ударили. Он явно не ожидал такой реакции.
— Мы просто планируем уехать всей семьёй, — пробормотал он.
Сергей пожал плечами, будто мы говорили о чём‑то незначительном.
— Ну ладно. Раз надо, значит надо.
На четвёртый день мы везли его на вокзал. В машине царила тяжёлая тишина. Гость молча смотрел в окно, изредка вздыхая. Когда машина остановилась у входа, он коротко бросил: «Ну, бывайте», — и, не оборачиваясь, пошёл к зданию вокзала. Ни «спасибо», ни «извините», ни даже прощального взгляда.
Я посмотрела на мужа. Его лицо было бледным, а в глазах читалась растерянность, будто он только что увидел незнакомого человека вместо старого друга.
— Не может быть, чтобы он всегда был таким… — прошептал он. — Я помню его другим.
Я молча положила руку ему на плечо. В голове крутился один и тот же вопрос: что ещё мы узнаем о людях, которых считали друзьями?
Конец