Ну вот, хотел как лудше, а получилось как всегда. Уже сколько раз зарекался я не заниматься подобным «просвещением масс» — не сосчитать, но моя дурная натура никак не угомонится: то текст про «вреднючий асбест» забабахаю, что опасность его «слегка преувеличена», а на самом деле — хоть ложкой ешь, то на днях — про распыляемый в нашем доме конденсат рассказал.
Стоило мне дописать текст про увлажнение воздуха отходами от газового котла, поставить последнюю точку и нажать кнопку «Опубликовать», я ещё перо положить не успел, а на бумаге чернила не высохли, как уже посыпались гневно-ехидные обвинения в идиотизме такого моего поведения.
И сразу вспомнилась мне старинная история из «предыдущей жизни».
Давным-давно это было, я проживал тогда в гордом одиночестве, причём не абы как, а в трёхкомнатной квартире, что было по тем временам всеобщего дефицита жилья — круто неимоверно. Ну, так уж получилось.
И был у меня один хороший товарищ, ныне, увы, уже покойный, сильно старше и гораздо умнее меня. Николай Николаевич.
Из необычного. Ник Ник был слегка полиглотом, изъясняясь одновременно на 17 языках. Причём последний из них, эстонский, он выучил специально, чтобы общаться с маленькой дочкой своего старинного друга. За полгода и у меня на глазах. Что воспринималось как какое-то чудо.
Из обычного. Ник Ник был кандидатом химических наук, но не рядовым, а лауреатом премии Ленинского комсомола. Полученной за синтез какой-то замудрённой биохимической фигни, каких-то там специфических гормонов.
В описываемые времена Ник Ник находился в стадии переезда из Свердловска в Уфу, причём семья его уже отбыла, а он — пока нет, что-то его ещё держало, что именно, я уже и не припомню, но зато я помню, что жить ему было уже негде, а тут — я. Один в трёшке. Ну и, натурально, я пригласил его пока у меня перекантоваться. Занять одну из комнат. Что мне, жалко, что ли? Для хорошего-то человека.
И вот теперь, когда понятна диспозиция, переходим к делу. Однажды у нас в доме отключили воду. Совсем. Ни постирать, ни помыться, ни чаю заварить.
Проблема, однако. Это сейчас можно пойти и купить в магазине пятилитровую канистру, а тогда такой роскоши ещё не придумали.
И вот тогда Ник Ник сделал такое, что меня сперва реально повергло в шок. Он пошёл в туалет с пустым чайником и вернулся с полным. И поставил его на плиту. Кипятить.
— ?
— Из смывного бачка набрал. Там же всегда запас чистой воды. Причём она ещё и проточная.
А ведь и правда. Если отбросить дурацкие, ничем, собственно, не обоснованные предрассудки — в смывном бачке и правда вполне себе обычная питьевая вода. Из той же самой трубы, что и на кухне. И в самом деле проточная, она там обновляется с каждым смывом. Так почему же нет? Особенно в экстренных обстоятельствах. Тогда это для меня стало прямо-таки откровением.
Я это к тому, что часто мы воспринимаем вещи, опираясь на «культурные традиции», которые диктуют нам, что «вода из туалета» — это «фу-фу-фу», хотя на самом деле, до её использования в унитазе, она самая обыкновенная.
Это как «Дирол с ксилитом и карбамидом» — вполне съедобен, а вот с мочевиной — гадость. Хотя это одно и то же.
Вот и с конденсатом из котла так. Тут главное — отвлечься от того, что это что-то «жутко техническое», на самом деле — самая обычная вода, причём почти химически чистая.
Не совсем, конечно, что-то там «по дороге» к ней неминуемо прицепится, но давайте подумаем, что. И в каких количествах. И так ли это «опасно для жизни», как пытались меня убедить комментаторы.
Первое, что приходит в голову, — углекислый газ. CO₂. Тот самый, что, растворяясь в воде, образует угольную кислоту. Точно такую же, как в любой газировке, только несоизмеримо более слабую. Неужели это так страшно?
Кстати, вы же в курсе, что в «Кока-Коле», кроме углекислого газа, добавлена ещё и вызывающая жажду ортофосфорная кислота? Та самая, которую для чистки сантехники используют.
Интересное уточнение? Ну, в принципе, читатель, конечно же, прав. Нету в трубе идеального CH₄, как ни крути, там ещё и всякие примеси, да хотя бы тот же вонючий меркаптан. Специально добавляемый в мизерных количествах. Для «запаха газа».
Пахнет, мягко говоря, неприятно. Человек ощущает его присутствие даже в мизерных количествах. Потому его и подмешивают к метану, который сам по себе ничем не пахнет.
Но так ли страшна эта «смесь углеводородов» при сгорании? Что уж такого смертельно опасного примешивается к нашему конденсату?
Давайте вспомним, что многие столетия жилища освещали свечами. Но ведь свеча — это как раз и есть смесь сложных углеводородов, не так ли? И вся эта сложная смесь сгорала прямо тут. В спальне. Много народу померло?
А ещё давайте вспомним фильм «Джентельмены удачи»? Помните Василия Алибабаевича с керосинкой? Как вы думаете, куда «выхлопные газы» от московских кухонных керосинок улетали? О боже, неужели — никуда? Неужели на кухне оставались?
Ах, это давно было, и сейчас другие времена и 21 век? Серьёзно? Сейчас всё не так и всё «зелёное»? Точно зелёное? Не подскажете, куда улетают газы от сгоревшего в кухонной плите метана из той же самой трубы, что и в котёл ведёт?
Что? Не слышу! Чего же вы так робко шепчете? Ах, там же на кухне остаются?
Так получается, сжигать газ прямо внутри жилища, оставляя там все продукты сгорания полностью, — это нормально и почётно, а вот испарять внутри этого жилища сконденсированную из них воду — преступление перед собой и человечеством?
Что? Опять не слышу... Объёмы сгорают не слишком большие? Серьёзно?
А что, если я вам расскажу, что вот прямо сейчас, прямо сегодня, в хозяйственных магазинах столицы Пятой Республики городе Париже в пятилитровых канистрах продаётся керосин? И он довольно популярен. Зачем продаётся? Для отопления квартир.
Электричеством — дороговато, и парижане повадились использовать специальные керосиновые печки. Продаются в тех же магазинах за 400 ойро. Причём выхлоп из них не на улицу вылетает, а прямо в квартирах и остаётся. Прямо как в прошлом веке от кухонных керосинок и керогазов.
Сжигают в сутки одну-две пятилитровые канистры. Говорят, получается в два раза дешевле электричества.
И в Японии, говорят, всё точно так же обстоит. Точно так же жгут керосин прямо в жилищах. И, типа, живут дольше всех на планете.
И вы мне тут запрещаете ковыряться в носу, и про смертельную опасность конденсата втираете. Не смешно ли это? Лично мне — смешно.
А вам?
ПОДПИШИСЬ