– Сережа, ты в своем уме? Какие гости в пятницу? У меня денег осталось пять тысяч до зарплаты, а в холодильнике только полпачки масла и засохший сыр! Ты чем их кормить собрался? Святым духом?
Наталья в сердцах бросила кухонное полотенце на столешницу. Ее руки, все еще влажные после мытья посуды, дрожали. Только что муж, Сергей, зашел на кухню с сияющим видом и объявил «радостную» новость: в пятницу вечером к ним придет «старая гвардия» – Витя с Ларисой и Толик.
Сергей, высокий и все еще видный мужчина пятидесяти лет, поморщился, словно у него заболел зуб. Он терпеть не мог, когда жена начинала «считать копейки».
– Наташ, ну что ты начинаешь? – протянул он обиженно. – Люди к нам со всей душой, сто лет не виделись. Витька вон машину новую купил, обмыть надо. Неужели мы друзей не примем? Ну, купи там курочку, картошки напеки, огурчики свои достань. Что, обязательно икру черную на стол метать? Им главное – общение, а не жратва.
– Общение? – Наталья горько усмехнулась, опираясь поясницей о край раковины. Спина гудела после смены на ногах – она работала технологом на пищевом производстве, и день сегодня выдался сумасшедший. – Сережа, твое «общение» мне каждый раз обходится в три дня жизни. День я бегаю по магазинам и тащу сумки, день я стою у плиты как проклятая, нарезая тазы салатов, а третий день я все это убираю и мою горы посуды. А твои друзья, заметь, приходят с пустыми руками!
– Да ладно тебе, – отмахнулся муж, доставая из шкафчика печенье. – Толик в прошлый раз пиво приносил.
– Себе! – повысила голос Наталья. – Он принес две банки пива себе, выпил их, а потом пил наш коньяк, который мне на юбилей подарили. А Лариса твоя ненаглядная? Пришла, села за стол: «Ой, Наташа, а что, рыбки красной нет? Я так надеялась». И слопала в одно лицо всю нарезку буженины, которую я, между прочим, сама запекала три часа.
– Ты мелочная стала, Наташка, – Сергей укоризненно покачал головой. – Стыдно. Мы же русские люди, гостеприимство у нас в крови. Нельзя так. В общем, я уже пригласил. Отменять не буду, не пацан я, чтобы слова назад брать. Придумай что-нибудь. Ты у меня хозяйка золотая, из топора кашу сваришь.
Он чмокнул жену в холодную щеку и ретировался в гостиную, к телевизору, считая разговор оконченным.
Наталья осталась одна посреди кухни. Внутри все кипело от обиды. «Золотая хозяйка». Как удобно прикрываться комплиментами, когда нужно переложить на чужие плечи всю грязную работу. Она открыла кошелек. Пять тысяч двести рублей. До зарплаты десять дней. Ей нужны были новые сапоги – на старых молния расходилась через раз, но, видимо, сапоги придется отложить. Опять. Потому что Витя купил новую машину и хочет это отпраздновать за их счет.
В пятницу Наталья отпросилась с работы на час раньше. Она неслась по супермаркету, хватая с полок продукты по акции. Курица (три тушки, мужики едят много), свинина для отбивных (курицей Витю не удивишь), овощи, майонез, сыр, колбаса, хлеб, сок. Пакеты врезались в ладони, оттягивая руки. Пока она поднималась на третий этаж без лифта (тот как назло сломался), она проклинала все на свете.
Дома, едва скинув пальто, она встала к плите. Четыре конфорки работали одновременно. Духовка жарила, пар валил, ножи стучали. Сергей пришел с работы в шесть, довольный и нарядный.
– О, как вкусно пахнет! – он заглянул на кухню, потянул носом воздух. – А я говорил, что ты у меня волшебница! Помочь чего?
– Хлеб нарежь, – буркнула Наталья, переворачивая скворчащие отбивные. Жир брызнул ей на руку, оставив красный ожог. Она зашипела от боли, сунула руку под холодную воду.
– Ой, ну ты аккуратнее, – посоветовал муж и, взяв нож, нарезал три куска хлеба кривыми ломтями, после чего удалился «переодеться».
Гости явились в семь. Звонок в дверь прозвучал как сигнал к началу спектакля.
Первым ввалился Витя – грузный, шумный, пахнущий дорогим парфюмом. За ним семенила его жена Лариса, в новой норковой жилетке, несмотря на то, что на улице была слякотная осень. Замыкал шествие Толик, вечный холостяк с бегающими глазками.
– Привет честной компании! – прогремел Витя, протягивая Сергею руку. – Ну, принимайте гостей! С новосельем моего «железного коня»!
Наталья вышла в прихожую, вытирая руки о передник. Она пробежалась взглядом по рукам гостей. Пусто. Пусто. У Толика в руках был маленький пакетик, в котором звякнуло что-то стеклянное.
– Привет, Наташенька! – Лариса чмокнула воздух рядом с щекой хозяйки. – Ой, как у вас жарко! Ты, наверное, у плиты упахалась? Выглядишь уставшей, мешки под глазами. Тебе бы патчи хорошие, я себе такие взяла – корейские, чудо просто! Правда, дорогие, но на себе экономить нельзя.
Наталья стиснула зубы, изобразила улыбку.
– Проходите, мойте руки. Все уже на столе.
Застолье началось бурно. Толик торжественно водрузил на стол бутылку самой дешевой водки, которую, видимо, купил в ларьке за углом.
– Это для разгона! – подмигнул он.
Сергей достал из бара припасенный виски (на который Наталья откладывала деньги мужу на подарок к 23 февраля, но пришлось открыть раньше).
– Ну, за новую тачку! – провозгласил Сергей.
Витя опрокинул рюмку, смачно крякнул и тут же потянулся вилкой к самому большому куску буженины.
– М-м-м, Натаха, мясо – во! Тает во рту! – он жевал, набивая рот, как хомяк. – Ларка моя так не умеет. Она у меня все по диетам, все на пару. А мужику мясо нужно!
Лариса, брезгливо поковыряв вилкой в салате «Оливье», заметила:
– Витя, тебе холестерин вреден. Но раз уж пришли... Наташ, а ты майонез какой берешь? Жирный? Ой, зря. Я вот перешла на греческий йогурт. Вкус тот же, а калорий ноль.
При этом она положила себе огромную порцию салата с «вредным» майонезом и принялась уплетать его с завидной скоростью.
Вечер тянулся бесконечно. Еда исчезала со стола, словно в черную дыру. Витя рассказывал, какая у него классная комплектация в машине, сколько там подушек безопасности и какой кожаный салон.
– Два миллиона отдал, не глядя! – хвастался он. – Зато чувствуешь себя человеком.
Наталья смотрела на него и думала о своих сапогах за семь тысяч, которые она не смогла купить. Витя, купивший машину за два миллиона, не принес к столу даже пачки сока. Он пил сок, который Наталья купила по акции «2+1».
– А десерт будет? – спросил Толик, когда с горячим было покончено. – Чаю бы сладенького.
Наталья встала, чувствуя, как гудят ноги.
– Пирог с яблоками. Сейчас принесу.
– О, шарлотка! – обрадовался Витя. – Люблю домашнее. А то в магазинах одна химия.
Пока Наталья резала пирог на кухне, до нее долетали обрывки разговора.
– ...Серёга, ты бы ремонт освежил, – вещал Витя. – Обои эти уже прошлый век. У меня в новой квартире дизайнер работал, совсем другой вид.
– Да мы планируем, – оправдывался Сергей. – Вот с деньгами соберемся...
– С деньгами у всех туго, – вздохнула Лариса. – Мы вот в Турцию летом летали, отель пять звезд, ультра ол инклюзив, так цены – космос! Двести тысяч на двоих улетело. Но зато отдохнули!
Наталья вернулась с пирогом. Она поставила блюдо на стол так резко, что чашки звякнули.
– Угощайтесь.
– Суховат немного, – прокомментировала Лариса, откусив кусочек. – Наташ, ты яйца хорошо взбивала? Надо до пиков, тогда он воздушный. А тут как подошва немного. Но с чаем пойдет.
Внутри у Натальи что-то оборвалось. Тонкая струна терпения, натянутая до предела, лопнула с оглушительным звоном. Она смотрела на эту сытую, лоснящуюся женщину в норковой жилетке, которая сидит за ее столом, ест ее продукты, купленные на последние деньги, пьет чай из ее любимого сервиза и смеет критиковать ее труд.
– Ешьте, гости дорогие, – тихо сказала Наталья. – Доедайте.
Гости засиделись до полуночи. Когда за последним захлопнулась дверь, Наталья посмотрела на разгромленную гостиную. Пятна соуса на скатерти. Крошки на ковре. Гора грязной посуды в раковине, возвышающаяся, как Эверест. Три пустые бутылки.
Сергей, румяный и довольный, плюхнулся на диван.
– Хорошо посидели, да? Душевно! Витька, конечно, хвастун, но мужик неплохой. Наташ, ты там приберись быстренько, а я спать, завтра на рыбалку с утра.
– Приберись быстренько? – переспросила Наталья.
– Ну да. Не оставлять же на ночь, тараканы заведутся.
Наталья молча ушла в спальню. Она не стала мыть посуду. Впервые за двадцать лет брака она легла спать, оставив гору грязных тарелок.
Утром Сергей был неприятно удивлен, не найдя чистой чашки для кофе и наткнувшись на вчерашний хаос.
– Наташ, ты чего? Заболела? – спросил он, заглядывая в спальню.
– Нет. Я просто не нанималась в посудомойки, – ответила она, поворачиваясь на другой бок. – Помой сам. Твои друзья гадили – тебе и убирать.
Сергей, ворча и чертыхаясь, гремел тарелками полчаса, разбил бокал, но кое-как справился. Инцидент был замят, но осадок остался.
Прошло две недели. Наталья получила зарплату, купила наконец сапоги (правда, не те, что хотела, а подешевле) и немного успокоилась. Но тут Сергей снова зашел на кухню с тем же самым выражением лица «я принес благую весть».
– Наташ, у Толика день рождения был во вторник. Он проставляться не хочет, говорит, денег нет, в кафе дорого. Я предложил у нас собраться в субботу. Чисто символически поздравим мужика. Одинокий он, жалко.
Наталья замерла с ножом в руке.
– У нас? Опять?
– Ну а что такого? Место есть. Они ребята свои, простые.
– Простые, – эхом повторила Наталья. – Сережа, а ты не хочешь спросить меня? Хочу ли я? Есть ли у меня деньги? Силы?
– Ой, начинается! – Сергей закатил глаза. – Опять ты со своим калькулятором. Я же сказал – я дам денег. Дам две тысячи, хватит?
– Две тысячи? – Наталья рассмеялась. – Сережа, на две тысячи сейчас можно купить килограмм нормальной колбасы и пачку масла. А твои друзья метут все, как саранча. Лариса ест только буженину, Витя уважает мясо, Толик пьет коньяк.
– Ну, придумай что-нибудь побюджетнее! Салатиков побольше, картошки. Селедочку возьми, она дешевая. Пирогов напеки, мука копейки стоит.
Наталья посмотрела на мужа долгим, внимательным взглядом. Она вдруг поняла: он не ценит ее. Совсем. Для него ее труд – это нечто само собой разумеющееся, бесплатное приложение к его статусу «гостеприимного хозяина». Он хочет быть хорошим для друзей за ее счет.
– Хорошо, – сказала она неожиданно спокойно. – Приглашай. Суббота, шесть вечера.
Сергей просиял.
– Вот и умница! Я знал, что ты у меня золото! Я им сейчас в чат напишу.
Всю неделю Наталья вела себя как обычно. Она ходила на работу, готовила ужин (обычный, без изысков). Сергей пару раз спрашивал: «Ты меню продумала?», на что она кивала: «Конечно, не волнуйся». Денег он ей, кстати, так и не дал – забыл, наверное, или решил, что она сама справится.
В субботу утром Наталья встала пораньше. Сергей еще спал. Она приняла душ, сделала укладку, накрасилась. Надела свое лучшее платье, которое берегла для театра.
В десять проснулся муж.
– Ого, ты чего такая нарядная с утра? – удивился он, протирая глаза. – Уже готовишься? А где запахи? Что-то не пахнет пирогами.
– Я ухожу, Сережа, – сказала Наталья, застегивая серьги.
– Куда? В магазин? Давай я тебя отвезу, сумки тяжелые будут.
– Нет. Я иду в салон красоты, а потом встречаюсь с подругой в кафе. Мы давно не виделись.
Сергей сел на кровать, ничего не понимая.
– В каком смысле? А гости? А готовка? Они же к шести придут!
– Вот именно. Они придут к шести. У тебя куча времени.
– У меня?! – глаза Сергея округлились. – Наташа, ты шутишь? Я не умею готовить! Что я им на стол поставлю?
– Ну, ты же говорил: «придумай что-нибудь побюджетнее». Вот и придумай. Картошку сваришь, селедку почистишь. Ты же мужчина, справишься.
– Ты меня подставляешь! – взревел он, вскакивая. – Ты специально?! Люди придут, а у нас шаром покати! Я же пообещал!
– Ты пообещал, ты и выполняй, – Наталья взяла сумочку. – Я устала, Сережа. Я больше не буду обслуживать твоих халявщиков. Витя купил машину за два миллиона, пусть ведет всех в ресторан. Лариса ездит в Турцию, пусть закажет кейтеринг. А я хочу отдохнуть.
– Если ты сейчас уйдешь, – прошипел Сергей, краснея от злости, – я... я не знаю, что сделаю! Это предательство!
– Предательство – это заставлять жену пахать на кухне ради людей, которые даже шоколадку к чаю не приносят, – отрезала Наталья. – Ключи у тебя есть. Вернусь поздно.
Она вышла из квартиры, чувствуя, как сердце колотится в горле. Было страшно. Она никогда так не поступала. Но вместе со страхом приходило пьянящее чувство свободы.
Она действительно пошла в кафе. Заказала себе чашку дорогого кофе и пирожное «Павлова». Сидела, смотрела в окно, читала книгу. Телефон начал разрываться в пять вечера. Звонил Сергей. Потом начала звонить Лариса. Наталья отключила звук и перевернула телефон экраном вниз.
Она вернулась домой в девять вечера. В квартире было тихо. Слишком тихо для застолья.
В прихожей горел свет. Сергей сидел на кухне за пустым столом. Перед ним стояла початая бутылка водки и банка шпрот. Хлеба не было.
Он поднял на нее тяжелый взгляд.
– Ну что, довольна?
– Где гости? – спросила Наталья, снимая туфли.
– Ушли. Через полчаса ушли.
– Что так? Не понравилось угощение?
– Издеваешься? – Сергей стукнул кулаком по столу. – Я сварил пельмени! Купил две пачки «Сибирских». Высыпал в миску, поставил на стол. Хлеба нарезал, огурцов банку открыл.
– И? Отличный мужской ужин.
– Витя сказал, что это неуважение. Сказал: «Мы к тебе как к человеку, а ты нас как свиней кормишь». Лариса нос воротила, сказала, что от магазинных пельменей у нее изжога. Спросила, где твои фирменные салаты. Я сказал, что ты заболела и ушла к врачу.
– Соврал, значит, – кивнула Наталья.
– А что мне было говорить?! Что моя жена взбунтовалась и кинула нас? Позориться перед пацанами?
– А тебе не стыдно было, когда они в прошлый раз сожрали все, что было, и еще критиковали? – Наталья села напротив мужа. – Сережа, открой глаза. Это не друзья. Это потребители. Они любят не тебя, а мой стол. Мою буженину, мои пироги и бесплатную выпивку. Как только халява кончилась – они испарились.
Сергей молчал. Он налил себе водки, выпил залпом, не закусывая.
– Толик сказал, что я жмот, – буркнул он наконец. – Сказал, мог бы и пиццу заказать, раз жена болеет.
– А ты что?
– А я сказал, что у меня денег нет. Что я зарплату не получил.
– И?
– И он сказал: «Ну, тогда в другой раз посидим, когда получишь». И ушел. Даже ту бутылку, что принес, с собой забрал.
Наталья не смогла сдержать смешок.
– Забрал бутылку? Серьезно?
– Да. Сказал: «Вам все равно не до веселья».
Сергей посмотрел на банку шпрот с таким отвращением, словно там были черви.
– Ты была права, Наташ.
Эти слова прозвучали тихо, почти шепотом. Наталья не поверила своим ушам. Гордый Сергей, который никогда не признавал ошибок, сдался.
– Они правда халявщики. Лариска начала ворчать, что так дела не делаются, что они время потратили, ехали через полгорода... А Витя... Витя сказал: «Пойдемте в ресторан, я угощаю».
– Ого! – удивилась Наталья. – Неужели?
– Ага. Только он добавил: «Серёга, ты с нами? Только чур, каждый платит за себя, у меня на карте лимит». Я сказал, что не поеду. И они ушли. Даже не попрощались толком.
Наталья встала, подошла к мужу и обняла его за плечи. Ей было его немного жаль. Его иллюзия «мужской дружбы» разбилась о тарелку с дешевыми пельменями.
– Не расстраивайся. Зато теперь мы знаем, кто есть кто. И денег сэкономили.
– Ты правда хотела уйти? – спросил он, уткнувшись носом в ее живот.
– Нет. Я хотела, чтобы ты меня услышал. Я не против гостей, Сережа. Но я против игры в одни ворота. Если люди приходят к нам в дом, они должны уважать и хозяина, и хозяйку. И наш труд.
– Я понял, – вздохнул он. – Прости меня. Я дурак старый. Привык, что у тебя все само собой получается, как по волшебству. А оно вон как... трудом и нервами.
– Ладно, проехали. Есть хочешь?
– Хочу. Пельмени эти – гадость редкостная, разварились все.
– Я там в холодильнике курицу замариновала с утра. На всякий случай. Сейчас запеку. Будем ужинать. Вдвоем.
Сергей поднял голову и посмотрел на нее с благодарностью.
– Вдвоем – это хорошо. Слушай, а давай на следующих выходных никого звать не будем? Просто в кино сходим? Или в парк?
– Давай, – улыбнулась Наталья. – Только чур, за билеты платишь ты.
– Договорились.
Через неделю Витя позвонил Сергею, как ни в чем не бывало, предложил «пересечься, посидеть». Сергей спокойно ответил: «Извини, Витёк, не можем. Мы с женой в театр идем, а потом в ресторан. Времени нет на домашние посиделки».
Витя удивился, хмыкнул и положил трубку. Больше навязываться он не стал. А Наталья наконец-то почувствовала, что ее дом – это ее крепость, а не бесплатная столовая для чужих людей. И выходные стали действительно выходными, а не второй рабочей сменой у плиты.
Если вам понравилась эта история и вы согласны с тем, что в гостях и дружбе должна быть взаимность, ставьте лайк и подписывайтесь на канал – впереди еще много жизненных историй! А как вы поступаете с такими «экономными» гостями?