История знакомства Алисы и Артема началась с о случайной встречи в переполненной кофейне.
Девушка, устав от шума на работе, искала свободный столик, а Артем, погруженный в изучение документов, занял последний.
Они столкнулись взглядами, он смущенно улыбнулся и предложил разделить стол.
Так все и началось Артем был честен с самого начала. У него была ипотечная квартира на окраине города, скромная однушка, в которой пахло свежим ремонтом и долгами.
Он не скрывал этого, говоря: "Это моя крепость и моя обуза, Алиса. Я сам влез в это, и сам выберусь".
Его самостоятельность и ответственность вызывали у нее уважение. У Алисы же было свое жилье, доставшееся ей от бабушки, в самом центре города.
Они встречались больше года, когда девушка приняла решение. Однажды вечером, глядя, как Артем подсчитывает очередной платеж по ипотеке, она сказала:
— Я хочу продать свою квартиру. Мы погасим твою ипотеку, и у нас будет стартовый капитал для покупки большей площади.
Артем оторвался от расчетов, его лицо выражало потрясение.
— Ты с ума сошла? Это твоя квартира, твое наследство. Я не могу принять такой подарок.
— Это не подарок, — твердо ответила Алиса. — Это инвестиция в наше общее будущее.
Пара долго спорила. Артем чувствовал себя неловко, его мужское самолюбие было уязвлено.
Однако логика Алисы была железной: они избавлялись от кабалы, объединяли ресурсы и начинали совместный путь без финансового груза.
В конце концов, мужчина сдался и, обняв ее, прошептал: "Спасибо. Я никогда этого не забуду".
Все прошло гладко. Квартира Алисы ушла быстро, деньги пошли на досрочное погашение ипотеки Артема.
Они скрупулезно все подсчитали – их финансовые вложения в недвижимость были абсолютно равны, 50/50.
В день, когда они получили из банка документ о полном погашении кредита, они отметили скромным ужином при свечах.
Казалось, самое сложное позади. Вскоре они расписались, а через месяц Артем, без лишних напоминаний, предложил оформить квартиру в общую долевую собственность.
— Так правильно, — сказал он, держа ее за руку в коридоре МФЦ. — Теперь это наше общее гнездо. Наполовину твое, наполовину мое. Все по-честному.
Алиса чувствовала себя защищенной и любимой. Он поступил как настоящий мужчина, партнер, который ценит и уважает свой вклад жены.
Они вышли из здания с новым свидетельством, где оба были указаны собственниками.
Эйфория длилась недолго. На следующей неделе к ним в гости пожаловала свекровь, Галина Петровна.
Женщина властная, с твердым убеждением, что ее сын – центр вселенной, а любая женщина рядом с ним – временная гостья, которую нужно держать в ежовых рукавицах.
Они сидели на кухне, пили чай, разговор тек мирно. И тогда Артем, не видя в этом ничего предосудительного, сообщил:
— Мам, а мы, кстати, квартиру переоформили. Теперь она у нас общая, пополам.
Наступила тишина. Галина Петровна медленно поставила чашку на блюдце, и Алиса заметила, как ее пальцы слегка дрожат.
— Как это пополам? — тихо, но очень четко спросила она.
— Ну, я оформил на Алису половину. Это же справедливо, — пояснил Артем, не понимая удивления матери.
Лицо Галины Петровны исказилось. Она встала, и ее низкий и визгливый голос прорезал кухонную тишину:
— Какого черта?!
Алиса и Артем одновременно вздрогнули.
— Почему так? Почему доля в квартире не моя, а ее?! — закричала Галина Петровна, тыча пальцем в сторону невестки. — Это ведь твоя квартира! Ты ее покупал! Моя кровь, мои деньги, вложенные в тебя! А она что? Пришла, разлеглась, и уже половину имеет? Я не позволю!
В воздухе повисло тяжелое, оглушающее молчание. Алиса чувствовала, как кровь отливает от ее лица.
Она смотрела на мужа и видела в его глазах абсолютное, неподдельное недоумение и шок.
Они оба "охренели" — это было самое точное определение их нынешнего состояния.
— Мама, — начал Артем, пытаясь сохранить спокойствие. — Алиса продала свою квартиру, чтобы погасить мою ипотеку. Мы вложили в эту квартиру поровну. Это логично и честно.
— Честно? — фыркнула Галина Петровна. — Это развод по-женски! Закрыла ипотеку? А могла просто жить с тобой и платить за нее, как все нормальные люди! А теперь она совладелица! Это должна быть моя доля, а не ее! Я твоя мать! Я тебя рожала, растила, а она кто? Чужая женщина!
В тот вечер для Алисы рухнула иллюзия того, что свекровь когда-либо примет ее как часть семьи.
После ухода Галины Петровны, хлопнувшей дверью, в квартире воцарилась гробовая тишина.
— Прости, — первым сказал Артем, обнимая окаменевшую Алису. — Я не знал, что она… Я не ожидал такого...
С тех пор отношения со свекровью не заладились. Они стали формальными, натянутыми.
Визиты сводились к минимуму, разговоры – к сухим новостям о здоровье. Алиса чувствовала на себе постоянный, осуждающий взгляд.
Она была для Галины Петровны не женой любимого сыночка, а расчетливой хищницей, отобравшей у нее часть владений.
Прошло два года
Жизнь супругов наладилась, карьера пошла вверх, и они начали задумываться о более просторном жилье, о доме с садом, где могли бы бегать их будущие дети.
После долгих поисков Алиса и Артем нашли идеальный вариант: двухэтажный дом в пригородном поселке, с камином и большим участком.
Теперь это была их новая общая мечта. Супруги были на седьмом небе от счастья, когда приехали к Галине Петровне, чтобы поделиться радостной новостью.
Сидя в ее гостиной, Артем с энтузиазмом рассказывал матери о доме, который они только что смотрели.
— Мам, мы нашли дом! Просто мечта! Два этажа, участок, место для сада. В ближайшее время будем оформлять документы.
Галина Петровна сидела в своем кресле и слушала сына, не выражая эмоций. Когда Артем закончил, она медленно отпила глоток чая и произнесла с ледяным спокойствием:
— Отлично. Дом. Я буду там жить, а вы на выходные ко мне приезжать.
В комнате снова повисла тишина. Если тогда, два года назад, это был шок от несправедливого обвинения, то сейчас это было осознание полного неприятия их жизни как отдельной семьи.
Алиса не выдержала. Она медленно подняла глаза и посмотрела прямо на свекровь.
В ее взгляде не было ни злобы, ни раздражения, только холодная, стальная решимость.
— Галина Петровна, — сказала она тихо, но так, что было слышно каждое слово. — Этот дом мы покупаем на наши с Артемом общие деньги. Это будет наш дом. Наша семья будет жить в нем постоянно. А гости, даже самые близкие, будут приезжать к нам по приглашению. В том числе и вы.
Галина Петровна раскрыла рот, чтобы возразить, но Артем, наконец-то найдя в себе силы, встал. Его лицо было серьезным.
— Мама, Алиса абсолютно права. Это наш дом, наше решение и наша жизнь. Мы будем рады видеть тебя в гостях, когда ты захочешь. Но жить ты там будешь только в том случае, если мы с Алисой сами так решим, что маловероятно.
Он взял Алису за руку, и они вышли из гостиной, оставив Галину Петровну в одиночестве с ее разбитыми иллюзиями. За дверью, на свежем воздухе, они оба глубоко выдохнули.
— Знаешь, — сказала Алиса, глядя на мужа, — я думаю, мы наконец-то повзрослели и научились ставить твою маму на место.
— Да уж, — нерешительно ответил Артем, который будто бы немного жалел о том, что был так резок с матерью. — Обиды будет теперь на сто лет. Этот отказ поразил ее больше, чем прежний.
— По-другому было просто нельзя, — пожала плечами девушка. — Или ты считаешь, чтобы иметь с ней хорошие отношения, нужно было отдать часть квартиры и дом?
— Нет, я так не считаю, — задумчиво ответил мужчина, понимая всю правоту Алисы.
Он отлично знал свою мать, с которой по-другому было, действительно, просто нельзя.
Галина Петровна и правда обиделась на сына и невестку и перестала с ними общаться.
Их отказ она восприняла, как личную обиду и нежелание облегчить жизнь матери.