В 12 лет я узнала: чтобы играть в волейбол, нужно сначала как следует опозориться. Перед своими сверстниками. А в подростковом возрасте это крайне неприятно.
Я так хотела играть, что готова была на всё. Но когда тренер сказала: «Каждый покупает свой мяч», — внутри всё оборвалось. У дяди денег не было, а просить стыдно.
— Почему свой? — спросила я, глотая обиду.
Тренер присела рядом, посмотрела в глаза:
— Представь, что это кроссовки. Ты же не ждёшь, что школа купит их тебе для физкультуры? Мяч — то же самое. Вы будете отрабатывать подачу и приём в парах. Минимум — один на двоих. Но лучше свой: чтобы чувствовать, чтобы привыкнуть к нему.
Я молчала. Мечта рассыпалась на мелкие кусочки, как стекло.
— Есть вариант, — тихо добавила тренер. — У кафе рядом уборщик заболел. Нужно ловить момент: всего час в день после школы.
Сердце ёкнуло. Уборка? Мне? А если увидят знакомые?
Первый день — как казнь. Я шла к кафе, сжимая пакет. Ветер носил фантики, один прилип к скамейке. Отдирала его, чувствуя липкий сахар на пальцах. Из кафе тянуло картошкой фри — особенно обидно, когда у тебя ни копейки.
И тут — одноклассницы. Три девчонки из параллельного класса. Увидели меня с пакетом и замерли.
— Ой, смотрите! — одна ткнула пальцем. — Это же та, что в волейбол рвётся. А сама мусор собирает!
— На работу устроилась? — вторая засмеялась. — Или это хобби такое?
Я сжалась, но пакет не спрятала.
— Просто убираю, — сказала твёрже, чем ожидала от себя. — Тут всегда мусора много.
— Ну‑ну, «просто убираю», — передразнила третья. — Ты бы ещё на помойке покопалась.
Они засмеялись и пошли дальше. А я осталась. Руки дрожали, но я наклонилась за следующим фантиком.
Так прошло две недели. Каждый день — мусор, каждый день — косые взгляды. Кто‑то молча проходил мимо, кто‑то усмехался, кто‑то отпускал колкие замечания. Но с каждым днём я поднимала голову чуть выше. С каждым фантиком внутри крепла странная мысль: «Я делаю это не ради мяча. А ради своей мечты».
В конце месяца тренер положила на стол новенький мяч:
— Твой. Заработано честно.
Я взяла его в руки. Он был тяжелее, чем я думала. И теплее. Как будто впитал все те дни, когда я наклонялась за фантиками, сжимала пакет до боли, отвечала на насмешки с прямой спиной. Это был мой мяч. Мой.
А потом, уже на тренировке, тренер подозвала меня и сказала тихо:
— Знаешь, это была не просто работа. Это была проверка. На упорство. На то, насколько тебе действительно нужен волейбол. Ты прошла. А те, кто отказался… места в команде они не получили.
Я посмотрела на девочек, которые стояли в стороне, не зная, можно ли им присоединиться. И вдруг поняла: дело не в мяче. Дело в том, что ты готов сделать ради мечты.
Теперь я знаю: даже фантики могут стать ступеньками к мечте. Если, конечно, решиться их подобрать. И если хватит смелости не опустить голову, когда кто‑то смеётся. Потому что настоящая игра начинается задолго до свистка судьи — она начинается в тот момент, когда ты выбираешь не сдаваться.