Это было Десять лет назад. Мама‑медсестра умчалась на дежурство — в больнице, как водится перед праздниками, было не протолкнуться. Папа торжественно пообещал: «Сегодня я с тобой, никуда не денусь!» И я, десятилетняя мечтательница, уже представляла, как мы вместе наряжаем ёлку, смотрим старые комедии и уплетаем салаты, которые мама заботливо приготовила с утра.
В канун Нового года, всё казалось таким волшебным. А потом — дзинь! — пришло сообщение.
Папа улыбнулся так, будто выиграл миллион. Я ещё подумала: «Ну вот, сейчас скажет, что надо срочно куда‑то съездить…» Но нет. Он открыл шкаф и достал два роскошных подарка. Один — с едва заметным логотипом новенького смартфона. Моего смартфона, о котором я грезила полгода!
Не дожидаясь объяснений, я кинулась его обнимать:
— Пап, это мне?!
Он погладил меня по голове и начал издалека:
— Доченька, тут такое дело… Посиди тихонько дома, ладно? Я ненадолго отлучусь.
— А подарок?! — выдохнула я, глядя на заветную коробку.
Папа взглянул на неё, потом на меня, будто только что заметил:
— А, это? Не тебе. Твой — под ёлкой. Посмотри после Нового года, хорошо? Только веди себя тихо, никому дверь не открывай.
И, словно прочитав мои мысли («А вдруг я всё‑таки выбегу за ним?»), закрыл верхний замок — тот, что даже взрослым не сразу поддаётся.
— Меня не жди, ложись спать, — бросил он на прощание.
Я осталась одна посреди празднично накрытого стола. Салаты, горячее — для кого всё это? Для призраков? Пробили куранты. Я машинально положила в рот ложку оливье, но вкус будто испарился.
Вдруг очнулась: «Подарок!» Под ёлкой лежала коробка. Разворачиваю — и вижу её. Куклу. Ту самую, с полузакрытым глазом, что три года пылилась в углу продуктового магазина, который был возле нашего дома. Цену даже не скрывали: 250 рублей. Куклу. В десять лет. Вместо смартфона.
Через несколько дней я случайно увидела их. Мы с подругой после школы зашли в соседний двор, и из подъезда вышел он — с той самой «новогодней избранницей». Она смеялась, он держал её за руку. А я стояла и думала: «Вот оно и случилось. Это и был его Новогодний сюрприз».
Сейчас, спустя годы, я иногда вспоминаю тот вечер. И знаете, что самое странное? Я до сих пор не могу понять, что было больнее: кукла за 250 рублей или его прощальное: «Ты когда‑нибудь поймёшь…»
Нет, папа. Не поняла. И, кажется, уже не пойму.