Его лицо было знакомо каждому зрителю в Советском Союзе. Неброское, но невероятно обаятельное. Человек из соседнего двора, которого почему-то показывают в кино. Фабио в «Собаке на сене». Федька-Бык в «Зеленом фургоне». Деревенский жулик в «Тресте, который лопнул». Виктор Ильичев. Гений эпизода и ролей второго плана. Его фильмография — больше ста картин. Он входил в двадцатку самых снимаемых актеров по версии «Советского экрана».
А потом он исчез. Словно сквозь землю провалился. Исчез с экранов, из страны, из памяти кинематографистов. Его американская мечта обернулась горьким забвением. Он променял славу на жизнь в солнечной Флориде и до самого конца не мог поверить, что его на родине больше не ждут.
Часть 1: Ленинградский мальчик, который нашел себя на сцене
Его судьба, казалось, была предопределена с детства. Ленинград. Родители рано разглядели в мальчике артистическую жилку и отдали его в юношеский театр при Дворце пионеров. Именно там, под сценическими софитами, он понял, что его жизнь будет связана с искусством.
После школы — никаких сомнений. Только ЛГИТМиК. Курс самого Георгия Товстоногова. Это было попадание в яблочко. Уже на четвертом курсе он блистал в знаковом для того времени спектакле «Зримая песня». А диплом в руках — и прямая дорога в Театр имени Ленинского комсомола.
Но настоящая его стихия ждала не в театре, а на съемочной площадке. Его кинодебют состоялся еще в студенческие годы — эпизод в фильме «Старшая сестра». Потом была картина «Комиссар». А затем — та самая роль, которая вывела его в первый ряд советских актеров. Главная роль в картине «Личная жизнь Кузяева Валентина». Это был звездный час.
Режиссеры полюбили его за невероятную органичность. Он не играл — он жил в кадре. Кинорежиссер Цукерман, уже живя в США, так отзывался о его даре: «Он был блестящим мастером. Когда он появлялся в кадре, казалось, что это твой старый приятель из соседнего дома. Его добрая, светлая внешность сама по себе вызывала прилив хорошего настроения».
Он был трудоголиком. «Звезда экрана», «Одиннадцать надежд», «Хроника пикирующего бомбардировщика», «Инспектор ГАИ». Он мог одновременно сниматься в нескольких проектах. Но настоящая народная любовь пришла к нему после роли Фабио, слуги Дианы, в блистательной комедии «Собака на сене». Его герой был настолько искренним и обаятельным, что затмевал даже главных звезд.
А потом был «Зеленый фургон» и его Федька-Бык — вор-неудачник с золотым сердцем. Зрители ему верили. Верили, потому что он и в жизни был таким — простым, открытым, без звездной болезни.
Часть 2: Балерина, которая стала его судьбой и билетом в Америку
За кулисами шумной актерской жизни была ее тихая, но прочная любовь. Со Светланой Осиевой, балериной Кировского (ныне Мариинского) театра, он познакомился на праздничном вечере в 1968 году. Выпускница Вагановского училища, она была его полной противоположностью — сдержанной, грациозной, аристократичной. Но именно это его и покорило.
Он влюбился с первого взгляда и начал настойчиво ухаживать. Уже через год они поженились. Молодые поселились в центре Ленинграда, на канале Грибоедова, чтобы Светлане было удобно добираться до театра. Их дом стал настоящим культурным салоном.
Сын Михаил, родившийся в 1971 году, вспоминал: «К нам постоянно приходили гости: Александр Демьяненко, Александр Хочинский, Бронислав Брондуков, Михаил Боярский. Ближе к ночи мы всей этой шумной компанией выходили гулять по городу. Прохожие просто рты разевали, увидев такую толпу знаменитостей».
Виктор в то время был на пике славы. Узнаваемость помогала и в быту. Как шутил его сын, продавцы в магазинах часто доставали для него из-под прилавка дефицитные продукты.
Светлана, несмотря на рождение ребенка, продолжала активную карьеру, много гастролировала за границей, что для советского человека было огромной редкостью. Казалось, это идеальная семья — двое талантливых людей, успешных, любимых публикой.
Их сын Михаил, выросший в этой творческой атмосфере, не мог пойти по другой дороге. Он поступил в тот же ЛГИТМиК, что и отец, мечтая о сцене. Но тут грянули 90-е.
Часть 3: Разруха. Как кризис в стране сломал карьеру и заставил уехать
Развал СССР больно ударил по кинематографу. Кино почти не снимали. Актеры, еще вчера бывшие кумирами миллионов, оказались не у дел. Виктор Ильичев, привыкший к плотному съемочному графику, вдруг оказался невостребованным. Изредка он ездил по стране с сольными программами, но зрителям в те голодные годы было не до концертов. Все думали о том, как прокормиться.
Его сын Михаил, окончив институт, столкнулся с той же проблемой. «Кроме театра, мне тогда некуда было податься. Актеры в середине 90-х не были, как сейчас, избалованы приглашениями на телевидение, кино почти не снималось, а сериалы и подавно», — с горечью вспоминал он.
Первой не выдержала Светлана. Талантливая балерина, она рано, в 38 лет, ушла со сцены, но стала востребованным преподавателем. Сначала ее пригласили работать в Чехословакию, затем в Португалию и Италию. А в 1995 году поступило заманчивое предложение из США. Ее старый друг и коллега по Кировскому театру, Михаил Барышников, уже давно и успешно обосновавшийся в Америке, помог ей устроиться преподавателем в престижную балетную школу во Флориде.
Она уехала. Виктор остался один в пустой питерской квартире. Его сын вспоминал, что тот целый год провел в апатии, без дела, просиживая дни на даче. Он страдал от одиночества и профессиональной невостребованности. В 1992 году, не выдержав разлуки, он последовал за женой.
Часть 4: Американская сказка с горьким привкусом. Работа упаковщиком и три забытых фильма
Флорида. Солнце, океан, пальмы. Город Бока-Ратон, престижный курортный рай. Как шутил его сын, один из героев «Клана Сопрано» мечтал накопить денег и уехать именно сюда.
Но для Виктора Ильичева эта сказка имела горький привкус. Он, знаменитый советский актер, оказался никем. Он не знал языка. Не имел связей. Не понимал местных правил игры.
В России писали, что он работал уборщиком в школе и упаковщиком в магазине. Его сын эти слухи не подтверждал, но и не опровергал категорически. Он лишь говорил, что по сравнению с «ужасами голодной и холодной России» Америка казалась сказкой.
Но профессиональная боль никуда не делась. Он смотрел по русским каналам новые российские фильмы и нередко удивлялся низкому, на его взгляд, уровню актерской игры. Ему предлагали roles в сериалах, но, прочитав сценарии, он наотрез отказывался. Он не хотел размениваться на чепуху. Он ждал большого кино.
На короткое время вернуться в профессию ему помог режиссер Анатолий Эйрамджан, тоже эмигрировавший и живший в Майами. Он снял Ильичева в трех своих малобюджетных комедиях: «Женитьба в 24 часа», «Заторможенный рефлекс» и «Не нарушая закона» (2004-2005 гг).
Эйрамджан высоко ценил его профессионализм. Но когда режиссер пригласил его в четвертый фильм, «Дар природы», Ильичев запросил слишком большой гонорар, который постановщик не мог себе позволить. Сотрудничество прекратилось. Эти три фильма прошли в США незамеченными, а в России их вообще никто не увидел.
Это был крах его последних надежд. Он понял, что кинокарьера для него окончена.
Часть 5: Тоска по родине и последняя болезнь
За все годы, проведенные в эмиграции, Виктор Ильичев приезжал в Россию всего два раза — в 2001 и 2006 годах. Эти поездки приносили ему не радость, а грусть. Многие его друзья и коллеги уже ушли из жизни. Он признавался сыну, что приезжает на родину, чтобы навещать могилы.
«Он мечтал когда-нибудь прилететь в Россию, чтобы снова сняться в большом кино, — рассказывал Михаил Ильичев. — Отец так надеялся, что его вспомнят на родине и снова будут приглашать в хорошие проекты. Но, увы…»
Он пытался строить жизнь в Америке. Получив гражданство, они с женой купили дом в Бока-Ратоне. Он обожал путешествовать на своей роскошной «Инфинити», объездил всю страну. Но в его сердце всегда жила тоска.
В 2008 году случился страшный удар. Во время обследования у него диагностировали рак мочевого пузыря. Четвертая стадия. Врачи давали ему всего несколько месяцев.
Но он был бойцом. Ему сделали сложнейшую операцию, которую проводили лишь в нескольких клиниках США, — удалили больной орган и сделали пересадку. Казалось, чудо случилось. Уже через две недели он играл в свой любимый теннис. Был бодр и полон надежд.
Но спустя год рак вернулся. С невероятной агрессией. Восьмимесячный курс химиотерапии, облучение, экспериментальные лекарства — ничего не помогло. Опухоль пустила метастазы.
Он боролся до последнего, не теряя веры. Но его организм сдался. Виктора Ильичева не стало 8 октября 2010 года. Ему было всего 64 года.
Эпилог: Прощание под солнцем Флориды
На его похороны в Америке пришло более 50 человек. Он, открытый и обаятельный, успел завести там много друзей. Как вспоминал его сын, американцы, провожая близких, празднуют их жизнь. Кто-то принес огромные белые букеты. А кто-то — большой торт, на котором была изображена репродукция портрета Виктора.
Он так и не дождался звонка из России. Так и не снялся в том самом большом кино, о котором мечтал до последнего дня. Его сын Михаил так и не стал актером, получив два экономических образования и устроившись брокером в крупную компанию.
История Виктора Ильичева — это горькая parable о том, как круто может измениться судьба. О том, что слава — дама капризная и непостоянная. Он променял всенародную любовь на тихую, спокойную жизнь с женщиной, которую обожал. Пожертвовал сценой ради семьи.
И до самого конца не мог поверить, что его, Виктора Ильичева, того самого Фабио и Федьку-Быка, на родине забыли. Эта незаживающая рана и свела его в могилу. Но для нас, зрителей, он навсегда останется тем самым парнем из соседнего двора, который своим талантом смог завоевать сердца миллионов. Просто где-то там, за океаном, об этом не знали.