Если вы когда-нибудь видели человека, который постоянно спасает других, растворяется в партнере, терпит унижения из страха одиночества и не может сказать «нет», вы смотрели на цветок, корни которого уходят глубоко в прошлое. В его детство. Созависимость не появляется из ниоткуда во взрослом возрасте. Она не является чертой характера. Это — выученная стратегия выживания в системе, которую психологи называют дисфункциональной семьей. Это логичный и единственно возможный для ребенка ответ на нездоровую атмосферу, в которой он вырос.
Представьте себе ребенка, который живет в доме, где правила постоянно меняются. Сегодня мама добрая и ласковая, завтра — кричит и хлопает дверью, не объясняя причин. Ребенок не может понять, что происходит, но он отчаянно пытается найти закономерность. Он делает простой, трагический вывод: причина в нем. Значит, это он должен стать идеальным. Должен угадывать настроение родителей, должен быть тихим, послушным, удобным. Должен заслуживать любовь. Так рождается главный принцип созависимости: «Моя ценность зависит от того, насколько я полезен и нужен другим. Если я перестану стараться, меня разлюбят и бросят».
Второй питательной средой для созависимости является семья, где игнорируются личные границы. Ребенок не чувствует, где заканчивается он и начинаются родители. Его чувства высмеиваются или обесцениваются: «Не реви из-за ерунды», «Что ты вообще понимаешь?». Его потребности считаются неважными по сравнению с потребностями взрослых. В результате он не учится понимать, чего хочет он сам. Он учится жить для других. Его собственное «Я» остается незрелым, размытым, а чужие эмоции и проблемы воспринимаются как свои собственные. Во взрослой жизни такой человек будет интуитивно искать партнеров с ярко выраженными проблемами — алкоголизмом, депрессией, склонностью к агрессии, — потому что это привычная для него среда, в которой он знает свою роль: роль спасателя.
Одной из самых разрушительных моделей является семья, где царит культ вины.
Ребенку постоянно внушают, сколько всего родители для него сделали, как они страдали. «Я ради тебя всем пожертвовала», «Из-за тебя у меня здоровье пошатнулось». Малыш с самого начала несет на своих плечах непосильный груз ответственности за счастье и благополучие взрослых. Он вырастает с глубинным убеждением, что он всем должен, и что его долг — расплачиваться за свое существование. Для такого человека отказывать, говорить «нет» или ставить свои интересы на первое место — все равно что совершать преступление. Он будет чувствовать себя чудовищно эгоистичным, просто захотев позаботиться о себе.
Еще один мощный корень созависимости — это непредсказуемость. Если родитель сегодня хвалит за уборку, а завтра за ту же уборку кричит, что это отвлекает от уроков, ребенок живет в состоянии хронической тревоги. Он не может расслабиться, потому что никогда не знает, какая его реакция вызовет одобрение, а какая — гнев. Он становится гипербдительным, учится считывать малейшие изменения в интонации, во взгляде. Во взрослом возрасте этот навык превращается в мучительную привычку сканировать настроение партнера, пытаясь предугадать и предотвратить конфликт. Его жизнь становится службой безопасности в тюрьме, которую он построил для себя сам.
И наконец, в семьях, где царит холодность и эмоциональная недоступность, ребенок, лишенный безусловной любви, начинает «покупать» ее. Он добивается пятерок, побеждает в олимпиадах, становится маленьким взрослым, лишь бы заслужить крупицу родительского тепла. Он усваивает: любовь — это не то, что дают просто так, потому что ты есть. Это награда за достижения и услуги. Став взрослым, он будет пытаться «заработать» любовь партнера, без конца жертвуя собой, своими силами, временем и мечтами.
Так из года в год, будто по капле, в душу ребенка заливается ядовитый раствор, который во взрослой жизни кристаллизуется в созависимое поведение. Это не слабость. Это — следствие. Следствие попытки маленького человека адаптироваться к миру, который был небезопасен, непредсказуем и где любовь была не безусловным даром, а валютой, которую нужно было тяжело зарабатывать.
Осознание этого — не повод для того, чтобы винить родителей. Они, скорее всего, тоже были жертвами своих собственных дисфункциональных сценариев.
Это повод для огромного сострадания к тому маленькому ребенку, которым вы были. И это — первый, самый важный шаг к исцелению. Потому что чтобы выкорчевать сорняк созависимости, нужно добраться до его корней. Нужно вернуться в то детство и дать тому ребенку то, чего он был лишен: право на свои чувства, на свои границы и на безусловную любовь. Хотя бы от самого себя.
--
Перейти на форум психологов